Лузер
Шрифт:
– Вот значит, что твой парнишка делал, - ухмыляется Юрий Иваныч, - видимо магический скарб сортировал. Ты у него спроси. Он в отдельный мешок какое-то хозяйство сложил и в надстройку занёс. Теперь вот не отходит от дверей. Даже не скажу, что или кого конкретно охраняет. Серьёзный малец.
– Да! Вот ещё.
– Встрепенулась повариха.
– Там этот....., рыжий очнулся вроде. Когда сюда шла, заметила. Пялится и бухтит что-то.
– Ну вот, появилось очередное срочное дело. В общем, Наталия Ефимовна, Вы кормите людей, а я пойду, пообщаюсь
– Пошли. Только я всё равно его не пойму.
– Разберёмся.
Рыжий действительно пришёл в себя и, будучи не в силах как-то шевелиться, усиленно вращал глазами. Присаживаюсь перед ним на корточки. Слушаю. Медальон активно греется на груди. Выходит, прав я был. Артефакт переводит родную речь гнома.
– Чтоб на вас горы рухнули!!!!! Подземная лихорадка одолела!!!!! Отец гор!!! Помоги!!! Дай мне сил на месть!!!
– Это, за какие же грехи, нам такие проклятья?
– Перебиваю пламенную молитву.
– При чём тут я и мои люди?
Мужик резко затыкается. Глаза по....., в общем, круглыми и большими глаза у него становятся. Удивлён сильно. Я б тоже удивился, если б какой-нибудь китаец, вдруг заговорил на чистом русском. Хотя, в нашем мире, это как раз вполне возможно, а тут, похоже, язык подгорного народа, мало кто знает. От того и удивление. Собственно, в этом мире, язык людей, используется как международный, возможно потому, что прост в изучении.
– Откуда знаешь речь подгорного народа пират?
– Ну вот, опять ты нас с кем-то путаешь. С чего решил что мы пираты?
– Вы захватили мой корабль!
– Ну, во-первых, это были не мы, а во-вторых, это уже не твой корабль, а мой. Потому как трофей. Но если честно, судно так себе.
– Да что б ты понимал в технике, пират!
– Послушай уважаемый, ещё раз повторяю, не пираты мы. Случайные люди. Если ты имел в виду тех, с парусника, то их нет больше. Есть только мы и только от нас зависит, твоя дальнейшая судьба. Можем помочь, а можем......., ты по-людски, говорить обучен?
– Получше тебя вашу речь знаю.
Слышу привычный уже диалект, на котором изъяснялся Кар. Медальон тут же перестал нагреваться.
– Отлично. Подожди немного. Сейчас вернёмся.
Перехожу на русский.
– Иваныч, а ну отойдём.
Отходим за надстройку, чтобы нас не видно было рыжему товарищу.
– Кар!
– Снова зову пацана.
Тот появляется через несколько секунд. Снимаю с шеи медальон и подаю Юрию Ивановичу.
– Одевай.
– Зачем?
– Сейчас проверим мою гипотезу.
– Без каких либо проблем, перехожу на местный диалект.
– Кар, ты меня понимаешь?
Мальчишка кивает. Выходит язык местных мне уже знаком. Какой полезный медальончик я откопал. Действительно рояль в кустах, вернее, под землёй, а главное, как вовремя.
– А ну-ка скажи что-нибудь.
– А что сказать?
– Недоумевает.
– Понимаю.
– Ещё более недоумённо говорит бывший милиционер.
– Ей богу понимаю.
–
– Говорю на местном наречии, но выходит это теперь естественно, как если бы всю жизнь разговаривал.
– Гипотеза подтвердилась. Всё парень, иди кушать. Спасибо, очень помог.
– Можно с вами Петровьич? Я уже поел.
– Пошли. Почему нет? Это может быть, даже полезно. Но, ни слова о том, кто мы. Усёк?
– Да.
Вот что мне в нём нравится - немногословен. Всегда только по делу. Возвращаемся к представителю, как он сам выразился, подгорного народа.
– Ну что гноме, продолжим беседу? Расскажешь, - спрашиваю, а сам вопросительно смотрю на Иваныча, тот кивает, понимаю мол, - как тут оказался?
– Если вы не пираты человече, развяжи меня!
– Может и развяжу. А ты драться не будешь? Впрочем, если начнёшь, снова в лоб получишь. Реж ему путы Кар.
Малец сноровисто перехватывает моим ножом, который теперь у него постоянно на поясе висит, верёвки на руках и ногах бывшего узника. Тот, кряхтя, растирает руки и поднимается на ноги.
– Пить хочу.
Киваю моему пироману. Убегает и через минуту, приносит деревянный ковш, до краёв наполненный водой. Гном жадно пьёт. Кадык на горле, судорожно скачет вверх, вниз. Бах! Ковш летит на палубу, а рыжий варнак кидается на меня. На рефлексах закрываюсь от нехилого такого удара и пробиваю серию в обратку. Двоечку по корпусу и один по рыжей бороде. Руки у меня длиннее, чем у этого коротышки. Но его удар тоже был хорош. Если б попал....., можно подумать, что тоже боксом занимался. Однако не помогло ему, поплыл. Глаза закатились, тело валится на палубу.
– Нокаут.
– Комментирует Иваныч.
– Ты Серёга прям боксёр.
– Так и есть, - отвечаю, - только бывший. Я теперь кругом бывший. В юности увлекался.
А Кар уже изготовился жечь напалмом. В прямом смысле.
– Отставить. Нам тут пожар без надобности.
Мальчишка явно расстроен. Вижу, что ему просто не терпится что-то или кого-то подпалить. Приходится кратко объяснять, технику безопасности на судне и о возможные последствия. Вроде проникся.
– Что с этим будем делать?
– Юрий Иваныч легонько пинает рыжее туловище.
– В чувства приводить. Вон ведро на верёвке. Черпани-ка из-за борта, польём бедолагу. А то, похоже, совсем мозги перегрелись в машине.
Холодный душ помог. Гном заворочался и сел, опершись спиной о комингс горловины трюма.
– Эка ты меня отоварил. Давно так не получал.
– Смотрит уважительно.
– Так будем разговаривать или продолжим силой меряться? Повторяю, не пираты мы.
– А кто тогда?
Рассказываю ему, сильно отредактированную версию событий. Умолчав естественно о своей роли, в произошедшем побоище. Мол, демоны не справились и, понеся серьёзные потери, отступили на свой корабль, отбыв восвояси, а я типа случайно подоспев, только добил оставшихся работорговцев. Вроде поверил. Пригорюнился.