Льуминос
Шрифт:
Так как книги Карлоса Кастанеды в то время было достать нереально трудно, я, наверное, так бы обо всём этом и забыл. Но однажды на день рождения мой приятель Сергей Спекторов, который был одним из инициаторов приезда Артура к нам в город, подарил мне книгу «Учение Дона Хуана», за что я ему очень благодарен и всегда буду в долгу перед ним.
Астроцитома
Позвонил я Алине на следующий день после нашей встречи в ресторане.
– Сегодня вечером, когда я за тобой заеду, – сказал я ей, – обязательно возьми
Мне было к кому обратиться за советом по поводу Алиныной проблемы, и я с самого утра названивал другу, который был уже компетентен в этом вопросе. Его молодая жена, недавно родившая двоих детей, лежала как раз в это время в больнице со страшным диагнозом – астроцитома головного мозга.
Вся эта история – моего друга Вовы и его жены Наташи – разворачивалась на моих глазах.
После того как она родила второго ребенка, у неё начались проблемы со здоровьем: частые головные боли, резко ухудшилось зрение, нарушилась координация движений. Конечно, услышав об этих симптомах, доктор сразу отправил её на МРТ-обследование головного мозга.
Несмотря на то, что врачи предлагали сразу начать какое-то лечение, Наташа настояла на том, чтобы они попытали счастья и попробовали вылечить страшную болезнь с помощью народной медицины. В течение полугода они ездили по бабкам, экстрасенсам, ясновидящим и всякого рода шарлатанам, которые обещали волшебное исцеление. Потратили на это безнадежное дело огромные деньги, но помочь ей так никто и не смог.
А болезнь тем временем всё больше и больше прогрессировала. Потом, Наташе резко стало хуже, и её полностью парализовало. Она с трудом могла дышать и почти не говорила. И только после этого они решили обратиться к официальной медицине. Так как в Украине медицина была не на высшем уровне, Вова позвонил друзьям в Москву, и те договорились с очень известным профессором нейрохирургии Коноваловым. В то время он был директором Центра нейрохирургии им. Бурденко. Без связей к нему было попасть просто нереально.
Помню, как я заехал к Володе домой, а он как раз собирался отъезжать в Москву с Наташей. Там их уже ждали друзья и должны были встретить на вокзале.
В машине на далекое расстояние ей ехать было нельзя, поэтому Володя заказал купе в СВ-вагоне, чтобы можно было комфортно добраться до Москвы.
Дома у него царили ажиотаж и волнение. Ее мать и сестра стояли в растерянности и плакали. Мы с Вовой сделали из нескольких одеял что-то наподобие носилок, вынесли её, положили в машину и поехали на вокзал.
Жуткое зрелище, которое меня тогда проняло до мозга костей. Молодая красивая девушка, которую я еще несколько месяцев назад видел наслаждающейся жизнью, теперь лежала обездвиженной, завернутой в одеяла и с невероятным ужасом в глазах… Я тогда еще несколько дней приходил в себя от увиденного.
Они удачно добрались до Москвы, встретились с профессором. Тот выделил им молодого лечащего врача, сказав при этом: «Не смотрите, что он такой молодой… Он везучий! У него почти все выживают!».
Вечером мы с Алиной поехали в тот же ресторан,
Я заказал побольше еды, нам с Алиной предстоял долгий разговор.
– Молодец, что взяла все справки, – сказал я. – Завтра буду встречаться с нейрохирургом, мне его друг посоветовал. По крайней мере, он объяснит, какие есть варианты. А затем, если будет нужно, поедем с тобой в Москву, там тоже нас примут на консультацию, я уже об этом договорился.
Алина обрадовалась, начала меня благодарить, а потом заплакала…
– Всё будет хорошо, – постарался я её успокоить. – Сейчас медицина на таком уровне, что, думаю, какие-то варианты найдутся. Тем более мы с тобой пойдем по проторенному пути. У жены моего друга похожая проблема. Правда, они полгода потратили на всяких экстрасенсов, но мы с тобой точно не будем терять время на такую ерунду.
Конечно, я не собирался рассказывать Алине про нынешнее состояние Вовыной жены, которая была уже парализована, а врачи в Москве боролись за её жизнь. Ей как раз тогда назначили химиотерапию.
Алину сразу заинтересовала информация о Наташе, и она стала меня расспрашивать о ней. Но я прервал её, и сказал, что сейчас у нас не будет времени на это, об этом поговорим в следующий раз, а сейчас у меня к ней есть разговор несколько иного характера.
– Алина! – начал я.
– Давай лучше Аля, – попросила она. – Мне так больше нравится. Алина – как-то уж очень официально.
– Хорошо, Аля! Ты вчера спрашивала, есть ли у меня какие-то идеи по поводу твоего здоровья и могу ли я что-то тебе предложить. Так вот, думаю, мне есть что тебе предложить, – я попытался как можно более доходчиво и в то же время лаконично, не рассусоливая, донести до нее свой посыл: – Когда-то мне попались книги, которые в итоге сильно повлияли на мою жизнь… Написал эти книги Карлос Кастанеда.
– Я знаю этого писателя, – прервала меня Алина. – У нас дома есть его книга. Когда-то давно кто-то дал почитать моему отцу, но она так у нас и осталась. Правда, сама я никогда ее не читала.
– Ну, тут нет ничего удивительного, – продолжил я. – Книги Кастанеды очень популярны. Они известны во всем мире. Если не ошибаюсь, переведены на пятнадцать языков. Их читают все – студенты, художники, учёные, артисты, президенты, космонавты. Хотя он и был мегапопулярным культовым писателем, Кастанеда всегда оставался совершенно недоступным. Его книги разобрали на цитаты, а он так и остался одним из самых загадочных людей современности. О нём до сих пор мало что достоверно известно. Так вот, – продолжил я, – мне бы не хотелось сейчас рассказывать, о чем эти книги и в чём их философия. Если захочешь, прочитаешь сама.