Чтение онлайн

И правда, что техник говорил, луга осохли.

Там, где вплавь на лодке едва перебирались, — на телегах поехали — и

грунт ничего себе, держал.

На третий год луга вспахали. Лошадей измаяли вконец: дернина тугая, вся корневищами трав оплелась, в четыре лошади однолемешный плужок едва волокли.

На четвертый год весь укос с болота собрали, и кислых трав стало меньше.

Жмых торопил всю деревню — и ни капли не старел ни от труда, ни от времени. Что значит польза и интерес для человека.

На пятый год травой тимофеевкой засеяли всю долину, чтобы кислоту всю в почве истребить.

— Мудер мужик, — говорили гожевцы на Жмыха. — Всю Гожевку на

корм теперь поставил.

— Знамо, не холуй! — благородно отзывался Жмых.

Продали гожевцы тимофеевку — двести рублей десятина дала.

— Вот это да! — говорили мужики. — Вот это не кроха, а пища!

— Холуи вы, — говорил Жмых. — То ли нам надо? То ли советская власть желает? Надобно, чтобы роскошная пища в каждой кишке прела.

— А как же то станется, Жмых? И так добро из земли прет, — говорили посытевшие от болотного добра гожевцы.

— В недра надобно углубиться, — отвечал Жмых. — Там добро погуще. Может, под нами железо есть аль еще какой минерал. Буди землю корябать — века зря проходят. Пора промысел попрочней затевать.