Чтение онлайн

– Да.

– Будь осторожна. Надеюсь, скоро увидимся.

– Ага, – задумчиво согласилась я и деактивировала «око». Повернулась в Лисе и растерянно спросила: – Брайс ходит в бордель?

– А чего ты ждала? Он мужчина, вполне понятно, что у него есть определенные потребности. Ревнуешь?

– Нет. Просто никогда не задумывалась об этом.

– А стоило бы. Эх, бедный кэп. Ладно, чем занимаемся сегодня? – перевела тему разговора Лиса. – Будем думать над нарядами?

– Увы. Через несколько часов у нас гость, – скривилась я. – Порой мне кажется, что он совершенно непробиваемый и делает только то, что

ему хочется, не интересуясь мнением остальных. С такой наглостью напроситься… это талант, иначе не скажешь.

– Любитель посылать цветы и конфеты? – О ком я говорю, Лиса поняла с первого раза. – Он симпатичный?

– Как сказать, – задумалась я. – По-своему привлекателен: высокий, темноволосый. Вот только красота эта порочна, излишне высокомерна и вызывает оторопь. Когда я его вижу, мне хочется оказаться как можно дальше от него, но, к сожалению, это невозможно.

– Интересное описание. Я заинтригована. Что же это за самец такой? Я так понимаю, что лишнего интереса к себе тебе вызывать нельзя, да и желания такого нет.

– Все верно.

– Тогда стоит быть незаметнее и скромнее при выборе платья, – заключила Лиса. – У тебя в гардеробе как раз есть несколько похожих. Кого предпочитаешь: покойницу или старушку?

– Бледную моль. – О богиня, я когда-нибудь забуду слова Сефера?

– Сделаем! – Лисичка улыбнулась и, потянувшись, вылезла из кресла. – А что касается нормальных нарядов, доверься мне. Поверь, я сумею тебя удивить.

Мне оставалось только старательно гасить проснувшееся любопытство. Увы, на все расспросы Лиса отвечать отказалась, лишь пообещала, что и пары дней не пройдет, как я увижу все своими глазами.

Мы чинно расположились в голубой гостиной и делали вид, что наслаждаемся чаем и пирожными. Ален выглядел непривычно серьезным, Лиса старательно пыталась развеселить нас, рассказывая разные сплетни, ходившие по городу в преддверии весеннего бала, но делала это негромко и постоянно поглядывала на часы. Как только они пробили без четверти четыре, серьезной стала и она. Подсела ко мне на диван, придирчиво оглядела и наморщила носик.

– Моль и есть, – скривилась она. – Надеюсь, оно того стоит, так уродовать себя.

– Мне нравится выбор, – поддержал мое решение по выбору наряда Ален.

– Учитывая ситуацию, мне тоже, но это преступление, прятать такую красоту.

Я промолчала и быстро оглядела себя. Бледно-розовое, почти белое платье, скромное декольте, длинные рукава, и все это в пене белоснежных кружев. Из украшений – скромный жемчуг и фамильное кольцо на пальце. Вставать с дивана, чтобы еще раз посмотреть на себя в зеркало, я не стала, зная, что увижу там бледное из-за пудры лицо, обострившиеся скулы и небольшую синеву под глазами – последствия «магии» Карризи. Облик логично завершил белокурый парик, украшенный белой шелковой лентой, из-под которой было выпущено несколько локонов.

– Ты и на бал должна явиться в таком виде? – все еще хмурясь, спросила Лиса.

– Была бы дебютанткой, то да. Но в моем случае можно отступить от заведенного порядка. Я могу надеть любое платье светлых тонов, да и в выборе драгоценностей я более свободна.

– Хоть это радует.

Я посмотрела на Лису. В реквизированном у меня сиреневом платье, несмотря на такой же, как и у меня, светлый парик, выглядела

сестричка великолепно. Ей не надо было становиться жалким подобием себя, и она смотрелась как истинная аристократка. Лисичка не отказала себе в удовольствии подвести глаза и тронуть губы блеском. Да и платье облегало ее фигуру гораздо сильнее, чем мое. Выглядела моя компаньонка великолепно и прекрасно это осознавала.

Но осознавала это не только она. Я поняла это, увидев, как взгляд брата время от времени останавливается на девушке и затуманивается. На сердце стало тревожно. Алену ничего не светит, Лиса слишком любит Тима, и никто другой ей не нужен. Вопрос в том, понимает ли это Ален?

– Лорд аль Карризи, – объявил Ренард о приходе нежеланного посетителя.

Я опустила взгляд, успокаивая забившееся сердце и придавая лицу нужное выражение. Вставать, чтобы сделать реверанс не стала, этикет вполне позволял мне продолжать сидеть. Когда я посмотрела на галгарца, то была полностью спокойна и невозмутима. Спина прямая, на лице непроницаемая маска, и никто не узнает, что по позвоночнику пробежал холодок, а во рту стало сухо.

– Аль Карризи, – приветствовал посетителя брат, – мы бесконечно рады видеть вас. С моей сестрой вы знакомы, но хочу представить вас еще одной леди. Она дальняя родственница нашей семьи и согласилась быть компаньонкой леди Элеры. Представляю вам леди Мирализу де Сар.

– Рада знакомству. – Лисичка встала, сделала реверанс и снова села, скромно опустив глаза и робко положив руку на подлокотник кресла.

Все верно, показала свое уважение, а если Карризи соизволит поцеловать ей руку, как это принято в Алеаре, то ему нужно будет сделать лишь намек на это, и Лиса тут же протянет ее, а нет – так нет, все останется, как и было. Ален молодец. Уверена, он рассказал Лисичке про породистых тараканов в голове у галгарца, жаль, я не додумалась до этого.

– Прекрасная леди… – Карризи склонился и взял Лису за руку.

Хм, видно у жреца сегодня хорошее настроение. Иначе как объяснить вполне искреннюю улыбку и проявленную любезность.

– Присаживайтесь и окажите честь своим обществом.

– Непременно. – Карризи снова улыбнулся. – Но сначала позвольте мне засвидетельствовать свое почтение леди Элере. Признаться, я не находил себе места, пока госпожа неважно себя чувствовала, и бесконечно рад вновь ее видеть.

Не дожидаясь ответа, Карризи пересек расстояние до того места, где я сидела, схватил мою руку и поднес к губам. Его поцелуй обжег кожу холодным льдом, и у меня закружилась голова. Но галгарец не ограничился вежливым жестом. Я почувствовала, как мою руку перевернули, и горячие влажные губы еще и прижались к запястью, причем с такой страстью, что меня передернуло от отвращения. Галгарец явно позволил себе намного больше, чем позволяли приличия.

К несчастью, пышные кружева, оторачивающие рукава платья, скрыли действия Карризи от остальных, да и держал он руку слишком крепко, чтобы я могла ее незаметно отдернуть и не показаться невоспитанной.

Ругая себя на все лады, сетуя, что не надела перчатки и бросив растерянный взгляд на Алена, я мягко потянула руку на себя.

– Знаки вашего внимания не остались незамеченными, милорд. – Наконец я вырвала руку и вцепилась в ткань платья, обтирая ладонь. – Я тронута их обилием и несколько смущена.