Чтение онлайн

Томми отвез Мэнди на «Gare du Nord» [12] и посадил в поезд «Eurostar». Они страстно поцеловались, и у Мэнди подогнулись ноги, когда он обхватил ладонями ее лицо.

— Я очень жду следующей встречи, красавица моя.

Мэнди села в поезд, который должен был отвезти ее обратно в Англию. Расставание было нелегким. Но стоило ей усесться на свое место, как она тут же подумала о Джейке. На нее вдруг нахлынуло чувство вины.

На время поездки Мэнди отключала телефон, чтобы отгородиться от реальности, чтобы ничто не мешало счастью. Сейчас

она наконец включила его. Джейк оставил сообщение. «Только бы он не был сейчас слишком нежен», — мысленно взмолилась Мэнди. Она нерешительно нажала на кнопку прослушивания.

— Ага, — раздался в трубке знакомый голос, — так значит, ты все-таки уехала в Париж. Я пытался позвонить, но мне по-французски ответили, что абонент недоступен. Послушай, я знаю, что поступил с тобой нехорошо, но нам надо поговорить. Да, и на квартиру у меня тоже не получилось приехать, я искренне прошу прощения. Не знаю почему, но всегда так выходит, что как только мы пытаемся наладить отношения, так обязательно что-то между нами встает: мои дети, твои родственники. Может, нам нужно свое пространство? Не знаю, но ты мне обязательно позвони, ладно? Я больше так не могу, нам надо поговорить. Не знаю, счастлив ли кто-нибудь из нас по-настоящему, но ты заслуживаешь счастья. Я тоже заслуживаю счастья, и все наши близкие заслуживают. В общем, обязательно позвони мне. Пока.

На смену чувству вины пришло раздражение. Она вернулась мыслями к неповторимой ночи, которую они провели с Томми. С ним все было так просто, но вместе с тем так красиво. А с Джейком все было сложно и запутанно.

Мэнди постепенно убедила себя в том, что Элен выиграла. Впрочем, Мэнди всегда знала, что этим кончится. Элен, несомненно, из тех женщин, которые добиваются всего, чего хотят. Мэнди подозревала, что та каким-то образом узнала о любовных похождениях Джейка и просто ведет скрытую войну. У Элен было преимущество: она знала Джейка как облупленного. Она совершенно точно знала, как им управлять.

Мэнди чувствовала себя слишком разбитой для разговора с Джейком. Она поехала на свою мейфэрскую квартиру. Здесь все было так же, как при ее отъезде. Джейк определенно здесь не появлялся.

Мэнди переоделась в белую льняную пижаму, почистила зубы и без сил рухнула в постель. Ей очень хотелось увидеть во сне Париж.

Несколько недель кряду Мэнди не отвечала на звонки Джейка. Она еще не выстроила линию поведения, не определилась, что именно ему скажет. Каждое новое его сообщение казалось ей неприятным и лишенным теплоты. «Если ты хочешь свалить из моей жизни, Джейк, то вали куда подальше, — думала она. — И прекрати звонить, чтобы рассказать мне об этом».

Хорошо еще, что с поездкой в Лос-Анджелес все наконец определилось, ведь ее уже дважды переносили. Казалось, Америка упорно пытается ускользнуть от Мэнди и Майкла. Но несколько дней назад они получили окончательное подтверждение от приятельницы Майкла.

На дворе стоял март, и Мэнди взяла с собой очаровательные весенние вещи. Внизу стояла машина, готовая

отвезти ее в аэропорт. Джейк только однажды взял на себя труд приехать на их квартиру, хотя не оставлял попыток ей дозвониться. Казалось, он странным образом почувствовал, что эмоционально она выключилась из их отношений.

Мэнди легкими шагами сбежала вниз по ступеням. Она очень радовалась предстоящей поездке. В телефоне опять высветилось оповещение, что звонит Джейк. Вот такая жизненная загадка: когда ты твердо решаешь, что с тебя хватит, будто какой-то проводок, что связывает тебя с любимым, начинает регулировать движение между вами. Когда ты с ума по нему сходишь, до смерти хочешь увидеться, загорается красный сигнал светофора, и любимый не появляется. Если притвориться, что с тебя хватит, то свет становится желтым. Но стоит всерьез решиться на разрыв, как сигнал становится зеленым и приводит его к тебе.

«Как всегда, — подумала Мэнди, — когда тебе уже надоело, они, словно по зеленому сигналу светофора, бросаются к тебе. Причем такое чувство, что этот невидимый светофор переключается каждый час, каждый день — все это очень запутанно».

Мэнди благодарила судьбу за эту командировку в Лос-Анджелес. Ей сейчас очень нужна была сложная задача, чтобы переключиться с чувств на работу.

Приятельница Майкла, Маргарет, оказалась чудеснейшей женщиной. Она поселила Мэнди в отеле «Bel Air».

— Наконец-то мы встретились! — сказала она.

Маргарет — симпатичная блондинка с волнистыми волосами до плеч, в бежевом пиджаке и с ниткой жемчуга на шее — оказалась весьма предприимчивой, энергичной, жизнерадостной и приятной в общении дамой.

— Вообще-то я из Нью-Йорка, так что не волнуйся, я не такая сумасшедшая, как большинство жителей этого города.

На следующий день они с Мэнди продумали сценарий праздника, выбрали музыку и договорились с журналистами, чтобы мероприятие нашло свое отражение в СМИ. Мэнди очень понравился подход Маргарет к работе. Американка умела жить полной жизнью. Она оказалась очень глубокой и сложной натурой, чего Мэнди, признаться, не ожидала увидеть в Лос-Анджелесе.

Они работали чуть ли не круглыми сутками, но за неделю все успели, и их усилия полностью оправдали себя. Мэнди считала, что все должно быть по высшему разряду. Она часто сравнивала себя с лебедем, который без всяких видимых усилий скользит по водной глади, а под водой быстро-быстро гребет лапами.

Вечеринка вышла выше всяческих похвал. Оркестр из семидесяти музыкантов играл классические композиции, в том числе «Let There Be Love» и «Unforgettable». Мэнди улыбалась, однако по спине у нее пробегали мурашки. Никто этого не знал, но у нее с этими мелодиями были связаны особые воспоминания. Мэнди думала о папе, а еще — о своей соседке Диве.

Этот вечер очень много значил для Мэнди. Ей надо было многое доказать, и она очень нервничала. Праздник устраивали в честь сорокалетия жены одного известного киноактера, которая начинала выпускать одежду под собственной маркой. Маргарет и Мэнди предложили ей устроить одну большую вечеринку, чтобы отпраздновать оба этих события. Виновница торжества хотела, чтобы все было в классическом стиле, поскольку и одежда ее марки будет представлена исключительно классикой: белые блузки, маленькие черные платья и т. п.