Чтение онлайн

— Ну и…что дальше? — Куллер уже примерял на себе новые штаны.

— Эффект был поразителен! Кровь буквально за секунды очистилась от всех вредных веществ и разнообразных микробов. Микроорганизмы вели себя словно санитары. Всасывали всю имеющуюся гадость и расщепляли в себе без следа, словно это для них была пища. И естественно, это послужило толчком для новых опытов.

Лернор посмотрел на короткие рукава рубашки и с разочарованием вернулся к столу для нового поиска.

— Что меня радует в западной униформе, так это наличие огромного

количества разнообразных карманов. В «Нашенском» тряпье ничего лишнего, не было. На всем экономили.

— Это да, но качество и прочность материала больше. — Куллер сунул кулак в разорванную при примерке дырку на спине одной из рубашек.

— На западе никто не рассчитывал на такие мышцы восточных парней, — засмеялся Лернор. — Посмотри на столе размер побольше, а то все обновки попортишь.

Сам он с вдохновением стал застегивать пуговицы, вдыхая приятный запах чистого и выглаженного белья.

— Опыты, направленные в новое русло, открыли неожиданно удивительные свойства вещества. Любые злокачественные опухоли и болезни крови исчезали за считанные секунды. Даже вирус иммунодефицита, излечимый лишь после месяца интенсивной терапии, удалялся из зараженной крови всего лишь за час.

— Нифига себе, — искренне удивился Куллер. — Когда-то это был самый распространенный и смертельный вирус, угрожавший вымиранием всему человечеству. Кто-то из моих дальних родственников довольно долго лечился, правда, сейчас уже не вспомню кто. Толи прапрадедушка толи двоюродная бабушка…

— Не в этом суть, — жестом прекратил поток воспоминаний друга Лернор.

— Это открытие действительно стало большим прорывом в сфере мобильной медицины, но экспериментаторов это не остановило. Они пошли дальше, решая использовать вещество как подручное средство в экспериментах по клонированию человека.

— Теория заключалась в том, что удачно клонировать можно лишь совершенно здорового человека, без аномалий ДНК и прочих порой незаметных болезней. Но нужны были добровольцы, которых как всегда нашли среди местных бомжей…

Куллер ехидно улыбнулся.

— Как я понимаю, их согласия никто не спрашивал?

— Ну а как же иначе? — Лернор завершил приводить себя в порядок, и довольный вернулся к их игре.

— С того момента началась череда новых неудачных экспериментов, пока обыкновенная случайность открыла науке дверь в мир реинкарнации.

— Отсюда, пожалуйста, медленнее и подробнее, — попросил Куллер, наконец, подобрав себе подходящую одежку.

— При очередной попытке с новым бедолагой, все и случилось…

— Ученые ввели дозу препарата, гораздо превышающую, предыдущие нормы и как обычно взяли кровь для очередной попытки производства клона. Как только кровь была взята, объект эксперимента встал и совершенно случайно зацепился ногой за ножку кресла, на котором сидел… Споткнувшись, бедняга стал падать и, ударившись об острый угол стола, проломил себе голову и скончался на месте.

— Жуть!

— Это мрачное событие не омрачило

и не остановило дальнейшего проведения эксперимента…. — Лернор передвинул фигуру и задумался, правильный ли ход сделал, — …Клон был создан. И представь себе…

— Он ожил? — Куллер был настолько увлечен, что даже забыл о шахматах.

— Не только ожил, но стал материть всех, на чем свет стоит за кривые кресла и нарушение прав человека.

— Нде…без ста грамм в этой истории не разобраться, — сглотнул слюну Куллер и стал рассматривать мини-бары.

— Так, давай, наливай. Раз хочется, — встал и подал ему бутылку коньяка Лернор.

После чего вновь вернулся к теме разговора.

— В этот момент все какое-то время пребывали в замешательстве. То, что сотню раз не получалось вдруг произошло. Сразу появились новые вопросы. Почему именно так и не как иначе? Разгорелись новые споры и дискуссии, а созданный клон посадили под ключ, предварительно сообщив ему о собственной смерти. Для убедительности еще и тело показали.

— Представляю, какой у парня шок был, — прокомментировал Куллер, разливая по рюмкам золотистый напиток.

— И не только он. Ведь как клон, даже формально он уже не имел никаких юридически прав. Его донор оказался бродягой, которого использовали, как животное. Осознание всей этой несправедливости, плюс ужас от увиденного, а затем последовавшие заточение, вызвало у бедняги тяжелейшее психическое расстройство. Но, как ты понимаешь, всем на это было глубоко наплевать. Все делалось ради науки.

— Все самые громкие преступления совершались во имя благородных целей… — вставил Куллер,

— …Из камеры, новое создание никто в итоге так и не выпустил, пока оно само ее не покинуло, самым банальным и в то же время удивительным образом…

Лернор с печальным взглядом поднял свой сосуд, желая сделать тост.

Два друга чокнулись прямо над шахматной доской, и выпили за здоровье, пожелав друг другу никогда не очутиться на месте несчастного.

— Опыты с его кровью шли своим чередом, но создать из клона еще один клон никак не удавалось. Даже старый образец крови, взятый у оригинала, не позволял ученым повторить первый успех. А с общеизвестной точки зрения, то, что нельзя повторить несколько раз, в принципе нельзя считать открытием. Все записывалось в разряд случайностей…

С потерянным интересом Лернор печально посмотрел на шахматную доску. На ней конь под ударом слона белых, выглядел гораздо печальнее своего хозяина.

— Ну. И чем же все закончилось? Как он убежал? — Куллер причмокнув, поставил рюмку на стол и вновь потянулся за бутылкой.

— Все что произошло ранее, на какое-то время стали считать обыкновенной случайностью… И вот, одним прекрасным утром. Санитары обнаружили единственный удачный экземпляр клонирования, с перегрызенными венами.

Бывший пограничник с ужасом посмотрел на своего друга и быстро налив только себе одному, затянулся в единственном глотке.