Чтение онлайн

Филин подлил себе еще, когда услышал звуки кипевшей по ту сторону полога страсти.

— Ух-ух, — осклабился дуэргар, — Даэран, дружище, вы слышите это?!

— Ха! Только глухой не услышал бы, — понимающе кивнул ларониец.

— Да, — протянул Филин, — Чую, будут скоро детки на радость старику.

— Полноте, сударь, вы еще в самом расцвете сил! Ваш брат, как я слышал, горазд детей делать до гробовой доски!

— И это верно, черт меня возьми! Основатель здорово потрудился в начале времен, и если во

мне хотя бы одна сотая его сил, то…

Речь дуэргара прервал страстный женский крик.

Рука Филина, сжимающая кружку, взвилась в воздух. Он соскочил со стула и повернулся к ларонийцу:

— Так выпьемте же за здоровье моего будущего крестника!

— Вы собираетесь крестить чадо здесь, в феларской миссии?! — изумился белый эльф.

— А черт его знает, может оно и к лучшему?! Отправится себе в Фелар и найдет там службу, а не будет мотаться всю жизнь по белу свету, как его родители. Уж будьте уверены, я прослежу за этим!

Кружки одобрительно клацнули друг о друга, в поддержку этого утверждения, которое оба не раз постигли на своем примере. Пусть даже и похожи были лишь тем, что бродили то туда, то сюда по родной земле, не успевая не то что сказать «до свидания» вчерашнему дню, а поприветствовать сегодняшний. Обретая что-то ненадолго, они не успевали этим насытиться в полной мере, так как закон дороги беспощаден, и вот теперь одинаково растеряны, потому что оказались снова на дороге, но незнакомой и чужой. Возможно, долгой и трудной… возможно даже в никуда.

Дуэргар остановил этот бег, устроил свой угол, дом и решился, пусть и так поздно, создать что-то для себя. Ларониец потерял все в войне, понимал ценность этого, и ему становилось не по себе при мысли, что завтра Карнаж вскочит в седло и поедет с ним в Форпат, оставив Филина и эту полуэльфку здесь одних.

Но такие как этот красноволосый «ловец удачи» не были похожи на домоседов. Пусть он, Зойт, и повидал еще не так много по эту сторону границ Ларона, однако этот полукровка точно был бродяга, неисправимый…

Рано утром Даэран отправился в заведение мэтра Николауса, чтобы раздобыть лошадей и запастись провизией. Полу-гном полу-дуэргар принял колдуна с распростертыми объятиями, теплота которых была прямо пропорциональна количеству выпитого и съеденного вчера по случаю победы ларонийского колдуна. Мэтр мгновенно организовал лошадей и провиант, хоть час и был ранним, попутно интересуясь, собирается ли маг пойти на прием к Хроносу. Зойт, разумеется, ответил что собирается, иначе могли подумать, что он очередной шпион. Пусть обитатели Лангвальда и не слыли особо подозрительным, однако языки у них были без костей.

В дверях ларониец столкнулся с Филином. Дуэргар пребывал в скверном расположении духа и как-то смутно удивился неожиданной встрече с тем, кого полагал давно едущим по тракту куда-нибудь в Форпат, что было более

чем логично, ведь колдуну прямая дорога в город чародеев.

— О, радушный хозяин? — изумился белый эльф, — Что вы здесь делаете так рано?

— Да, мелочь. Карнаж послал меня сюда с какой-то бумазейкой, чтобы получить положенные ему деньги. Самому ему, видите ли, лень, — буркнул Филин и окликнул Николауса, — Эй, любезный, кто распоряжается ставками за вчерашний поединок?!

Мэтр удивленно посмотрел на дуэргара. По его лицу пробежала тень, и он громко позвал кого-то, очевидно, стараясь докричаться до отдельной комнаты, где потчевал особо важных гостей:

— Эй, сударь, явился посланник от красноволосого счастливчика, чтобы забрать выигрыш!

Воцарилась минутная тишина, после которой в ответ на речь хозяина гостиницы послышался крик полный отчаяния.

— Чего это он? — изумился дуэргар.

— Очевидно, выигрыш слишком велик, а, по правилам, если счастливец не явится за деньгами, вся сумма переходит тому, кто принимал ставку.

Крик повторился, только стал еще громче, словно бедняга расслышал и эти слова мэтра.

— Да что он там, волосы на голове рвет что ли? — скривился Филин.

— О нет, сударь, он лыс как яйцо, — улыбнулся Николаус.

— Ну что ж теперь делать?! Пусть рвет хоть на заднице, но побыстрее, потому что я все равно забираю выигрыш!

Когда в руки дуэргара попал туго набитый серебром кошелек, врученный взаправду лысым, как яйцо, гномом, Филин сочувственно посмотрел на него. Сумма действительно была очень неплоха. Ошеломленный дуэргар некоторое время взвешивал кошелек то на правой, то на левой руке, а потом, опомнившись, засуетился:

— Да! Черт возьми, совсем забыл! Меня просили еще вернуть кому-то вот этот шикарный шестопер…

Лысого гнома вовремя успели схватить и, не без труда, оттащили от Филина.

Карнаж стоял возле крыльца, встречая еще одно, последнее утро в Лангвальде. Дымка утреннего тумана стелилась по поляне возле дома аптекаря. Желтые глаза смотрели как-то растеряно и отстраненно на лес, окружавший чернеющими под пасмурным небом стволами деревьев. Листва угрюмо зашелестела над головой, испуганная нежданным дуновением северного ветра.

Снова торба и ножны с оружием лежали в ожидании у порога.

Сколько их было, этих порогов, у гостеприимно открытых дверей, от которых он уходил, направляя свои стопы к дороге, что всегда найдется где-то поблизости? А зачем считать? Да у любого их хватает, и редко кто сразу отыщет себе надежный приют, где обзаведется семьей, взрастит детей и спокойно состарится.

— Может быть, я еще вернусь… — сказал сам себе Феникс.

Он подхватил поклажу и быстро зашагал по тропинке, собираясь где-нибудь свернуть, сократив путь, и выйти прямо к гостинице.