Ловчие удачи
Шрифт:
Там кишел сущий ад. Отовсюду слышались крики и призывы о помощи, рев адских псов и громкое шипение кружащих над ними выверн. Походило на то, что хозяева «Каменного Цветка» явно переоценил угрозу и пробудил больше своих летающих слуг, чем требовалось, отчего те начинали набрасываться на обитателей пещер и стражей, без разбора разрывая все живое своими острыми когтями.
— Они вышли из повиновения! — воскликнула Скиера, тяжело дыша.
— Не думаю, что это сильно расстраивает здешних владык, — предположил Карнаж.
Однако, наперекор его словам,
— Проклятье! И здесь верховодят маги, — проворчал себе под нос полукровка.
— Откуда эти адские псы вообще взялись? — изумилась Скиера, проверяя натяжение тетивы у своего лука.
— Замечательный вопрос! — ответил Карнаж и, поднявшись, в полтона добавил, словно говоря это самому себе, — Надеюсь, это не из-за тех двоих ублюдков. Крови я пустил порядочно. Могли и унюхать…
— Ты о чем там бормочешь? — спросила полуэльфка.
— Да так. Поторапливайся, скоро выверны начнут возвращаться в свои гнездовья.
Они направились по плавно уходящему вверх каменному карнизу, который вел под самый свод. Карнаж, когда искал башню Диваны, заприметил там небольшую площадку, к которой теперь они и направлялись. «Ловец удачи» был наслышан о древней системе вентиляции, благодаря которой, собственно, это место и стало более пригодно для обитания. Также ходили слухи, что цитадель возводилась здесь далеко не с пустого места, а на остатках какого-то строения. Это лишний раз могло подтвердить, что существование вентиляционных шахт не выдумка. И то, как ревностно оберегали их от посторонних правители цитадели, тоже косвенно подтверждало их существование. Хотя, с давних времен считалось, что попасть в Великие Подводные Пещеры можно было только одним путем — через топи по соседству с Бергшлюсселем.
Через некоторое время путь к площадке преградили гнездовья выверн. Крылатые ящеры спокойно спали в разломах и выбоинах. Звуки творившегося внизу смертоубийства не достигали обиталища и поэтому не потревожили их сна. Скиера попыталась пройти дальше, но Карнаж грубо оттащил её назад, за остаток непонятно зачем вырезанной в скале колонны.
— Дальше нельзя. Разве не видишь? Там, чуть поодаль, их кладка. Та из выверн, что сторожит яйца, никогда по-настоящему не засыпает. Стоит ей поднять крик и… — Феникс многозначительно кивнул в сторону обломков костей под ногами.
— О, Сильф! — полуэльфка прикрыла рот ладонью.
— Нашла когда вспомнить эльфийского Хранителя да еще и под землей, — съязвил красноволосый, внимательно осматривая стены пещеры в поисках способа миновать опасное место.
— Как же онисами проходят здесь? —
— А никак онине проходят! — раздалось у них за спиной.
Карнаж обернулся и, надо признать, немало удивился тому, кого увидел. Жашка стояла перед ними, изрядно потрепанная, но не побежденная, с гордо вскинутой головой. Красные глаза пылали ещё не утихшим азартом схватки, и весьма горячей, судя по опаленному плащу и рассеченной брови.
— …Если эти неучи, что называют себя чернокнижниками и живут в «Каменном Цветке», даже не потрудились узнать, с какой целью все это было сооружено и кем.
— Ты о вентиляционных шахтах? — уточнил Карнаж.
— О них самых, — демонесса приблизилась к остатку колонны.
На ее лице возникло выражение, которое можно было бы назвать скорбным:
— Сколько столетий назад это произошло…. Это был величественный город, возведенный здесь моими предками, как только они снискали способ перемещений между измерениями. Они никого не трогали и жили скрыто от тех, кто обитал на поверхности.
— Что за откровения, Дивана?! — изумился Феникс, отпрянув от чернокнижницы.
— Не удивляйся ничему, «ловец удачи», — загадочно улыбнулась демонесса, — Просто считай, что сегодня ты поймал свою удачу за хвост.
Жашка приблизилась к колонне и начала водить по гладкому камню ладонью, нашептывая что-то себе под нос. Карнаж и Скиера с изумление наблюдали за этим гипнотическим по своей размеренности и неторопливости движением. Вскоре, следуя за движениями ладони демонессы, на колонне начали зажигаться и гаснуть мелкие значки, испещряющие всю поверхность старого камня.
— Будь я проклят! — не выдержал Феникс.
— Узнал письменность? — как-то сдавленно и тихо спросила чернокнижница.
Демонесса закрыла алые глаза и принялась торопливо перебирать своими тонкими пальцами только по одной ей известным точкам, порождая каждый раз вспышки, словно ударяя в разгоревшиеся угли. Раздался треск раскалывающегося камня. По остову колонны пробежали сеткой трещины, и она осыпалась внутрь стены пещеры, освободив узкий вертикальный лаз.
Жашка стояла, покачиваясь, словно пребывала в трансе. На неё нахлынул «поток», высвободившийся из заточения в холодном камне. Он был виден только ей. В голове загудел говор сотен голосов. Ее тело пронзал холодный ветер, вырывающийся оттуда, из глубин. Он нес c собой сонм незнакомых скорбных лиц, переходящих в мученические гримасы…
Неожиданно все это оборвала резкая боль в спине, рев выверны и ругань Карнажа где-то позади. Глаза заволокла черная пелена, в которую она упала, вывалившись из «потока» на холодный камень внутри лаза.
Очнулась она оттого, что кто-то ее упорно тормошил. Дивана с усилием открыла глаза. Ее оттащили подальше от входа. Там осталась с луком наготове Скиера, а Карнаж склонился над чернокнижницей и держал ее левой рукой за ворот. В правой он сжимал свой «Vlos Velve», весь красный от крови.