Лотэр
Шрифт:
– В ту ночь, когда я тебя нашёл, мы говорили часами. Почему сейчас я вытаскиваю из тебя слова, словно клещами?
– Я озадачена, Лотэр. Звучит так, словно ты меня прослушиваешь на роль, которая уже и так моя. А то, что моё – не подлежит коррекции. Смертная каким-то образом посеяла между нами раздор?
Он сохранил нейтральное выражение лица.
Смертная посеяла.
Дальше захвата престолов и выполнения его задач он никогда не заглядывал, пока человеческая девушка не высказала свои сомнения.
Поэтому
Нет-нет, у большинства смертных были взаимные трения в начале отношений. Особенно если они происходили из разных фракций или культур. Лотэр - не исключение.
По крайней мере, в этом плане.
Как и все другие ллореанцы, Лотэр завоюет свою женщину. он мог быть очаровательным, если хотел. Мог соблазнить её.
– Если не разговором, то чем ещё мы займёмся сегодня вечером, цветочек?
– Будем охотиться. Убивать. Проливать невинную кровь.
Эту страсть к убийствам Лотэр в Саройе никак не мог понять. Если она не питалась кровью, то в чём был смысл? Убийство врагов и политических противников было ему понятно. Он сам этим упивался.
Но Саройя потрошила своих жертв безо всякой на то причины. К тому же, Лотэр поклялся, что не позволит её убивать.
– Никакой охоты. Полностью скрытой от моих врагов ты можешь быть лишь здесь и в дому оракула, - честно признался он, хотя они всё равно могли бы куда-то выйти посредством частичного перемещения, будучи невидимыми для окружающих.
А ещё была друидская татуировка, которая бы не позволила её выследить. Чернила для этой татуировки он бы мог получить у одного из своих должников.
Но пока что я придержу эту информацию.
– К сожалению, Саройя, за твою голову объявлена награда...
– Награда!
– воскликнула она.
– Верни мой божественный статус, и я покараю всех твоих врагов, нашлю на них безумие и чуму, пока они не вскипят и не изойдут гноем, скопившись у твоих ног, чтобы вымолить прощение!
Его губы изогнулись в улыбке.
– Мне нравится, когда ты так говоришь.
– Я стану твоей внушающей трепет королевой, как только ты раздобудешь нам кольцо.
– Она внимательно изучала его лицо, чтобы не упустить заинтересованность в этом...
– Пока же, наслаждайся Элизабет, - сказала она.
– Похоже, с этой смертной игрушкой ты поладил.
– Поладил?
– Когда она выгибалась, пока он на неё кончал?
– Да, полагаю, мы достигли в этом успеха. Хорошо, что ты не ревнива - потому что мы вдвоём тут немного пошалили.
Выскажи неудовольствие, женщина. Дай хоть немного понять, что тебе это не нравится.
Вместо этого, она обронила скептически:
– Вы вдвоём? Тебе разве не пришлось её заставлять?
Задетый за живое, он вскричал:
–
– Но она вот так с этим смирилась? Даже зная, что ты предназначен другой?
– И как же я предназначен, если ты сама предложила мне использовать вместо тебя замену?
– Очевидно, что Саройя не чувствовала ничего похожего на ту связь, какую чувствовал он как вампир. Есть лишь один способ её распалить. В постели.
– Кроме того, Элизабет вбила себе в голову, что может украсть меня у тебя.
– Это меня невероятно веселит.
– Правда? Что-то незаметно. Почему же ты не улыбаешься?
– Никакого выражения.
– Давай, у тебя очень милая улыбка.
– Ты имеешь в виду, у Элизабет милая улыбка. Она тебе притворно улыбалась, Лотэр? И это вскружило тебе голову? Может быть, ты и правда предпочитаешь её мне?
– спросила она насмешливо.
Может ли Елизавета быть моей?
Выкрикивать её имя казалось... правильным.
Мысль была настолько невероятна, что он немедленно её отбросил.
– Я очень близок к тому, чтобы причинить тебе какой-нибудь вред, богиня.
– Разумеется, великий Лотэр не станет глупо привязываться к кому-либо.
Это только Элизабет сама так его возбуждала - или просто тело его Невесты? Настало время выяснить.
– Привязанность? Если это произойдёт, то я очень хочу попробовать её замену.
– Гадость! Ты думаешь, я не вспомню об этих оскорблениях?
– Подойди, и я позволю тебе самой судить об этом.
– Я вижу этот взгляд. Странно. Я думала, что тебя уже удовлетворили сегодня.
– Я могу это делать дюжину раз, если меня заводят. Подойди ко мне. Сейчас же. Это не просьба.
Хотя её глаза оставались прищуренными, она поднялась и поплелась в его сторону. Он усадил её к себе на колени, но она оставалась напряжённой.
– Расслабься, Саройя.
Когда он лежал рядом с Элизабет, закинув на неё одну ногу, а рукой накрыв её мягкую грудь.... они
подходили друг другу.
Сейчас же, казалось, два неподходящих кусочка головоломки пытаются соединить силой.
Нет, нет. Просто мозг запутался.
– Я буду с тобой нежным. Ты не хочешь меня поцеловать? Почувствовать мои прикосновения?
– Ты меня можешь ранить. Элизабет не беспокоит твоя безграничная сила, а
меня - беспокоит.
– Я смог сдержаться и причинить её вред. Дважды.
– Ты пользовался ею дважды? И она тебе не помешала?
– Саройя снова звучала недоверчиво.
– Позволь мне показать тебе, почему она уступила.
– Ты сказал, что не повредил её, но я чувствую сейчас боль, - продолжала она.
– Синяки по всему телу. Ответь, Лотэр, на тебе есть раны или чувствуешь ли ты боль?