Лошадиные истории
Шрифт:
Я пошел к Зине на полусогнутых, дрожащих ногах, ласково, но настойчиво подталкиваемый теплой дядиной рукой. Леонтий Павлович, развязав повод уздечки, передал мне.
— Держи, Енька, и будь для нее другом, заботливым и ласковым, защищай от дураков. Мне же самому за всеми дураками не уследить. — Погладил лошадь по шее, приклонил ее голову ко мне. — Вот, Зинуля, с ним будешь работать. Слушайся его.
Не знаю, для того ли, чтобы я набрался уверенности, а может, и для лошади говорил он эти слова, но только Зина потянулась ко мне, прикоснулась, мягко щекочущими губами
— Ну, вот видишь, она согласна, она тебя признала! — довольно засмеялся Леонтий Павлович.
Я держал повод в руке и смотрел на Зину критическим, оценивающим взглядом, как на неожиданное приобретение, которое неведомо еще на что годится. На ней, видно, давно уже никто верхом не ездил. Занехаянная она была: грязная, шерсть пыльным войлоком сбита, кожа подырявлена личинками оводов, кровь полосами присохла на ребристой спине и боках. И худа она была так, что хребет колуном торчал, — каково было на ней верхом сидеть!
Я так и сказал Леонтию Павловичу. Видимо, это была последняя попытка отказаться от Зины.
— Она, наверно, больная… Вишь, какая тощая!.. И ноги какие… И хромает…
Но по тону моему и взгляду определил дядя, что я уже начал жалеть старую лошадь.
— Нервные — всегда тощие, — раздумчиво произнес он, поглядывая на Зину. — Ничего не поделаешь, надо бы ее привести в порядок, причепурить. Она еще послужит колхозу. Знаешь что, Енька, своди ты Зину на речку, отмочи ее хорошенько, чтоб вся эта кожура на ней размякла, да с мылом и щеткой искупай ее!.. А потом покажи нашему коновалу Федору Попову. Знаешь, где он живет?
Я знал: жил он в соседнем хуторе Верочкином. Знал хорошо и самого ветфельдшера Попова. Отец дружил с ним. В составе одного донского полка воевали они, потом вместе партизанили, сражались с белогвардейцами.
— Осмотрит он, — продолжал Леонтий Павлович, — лекарства нужного даст, посоветует тебе, что сделать, чтоб она на поправку пошла. А потом в кузню своди, там ей копыта подстругают, подкуют. Поухаживай за ней — она почувствует в тебе заботливого хозяина и зауважает, будет за тобой ходить следом, как собака, и слушаться будет. Все понял? Все сделаешь?
— Все понял, все сделаю, дядя Лева, — ответил я степенно, уже ощущая на себе груз забот о пожилой больной лошади.
— Даю тебе на это три дня, а потом решим, что будете с Зиной делать. Подыщем работу вам по силам.
— Ладно, — сказал я и повел Зину со двора.
— Ты бы напоил ее, Енька, — посоветовал он.
В водопойном корыте у колодца с журавлем вода была мутной, в ней плавал мусор.
— Я напою Зину дома, доброй водой, — ответил я.
— Ну-ну, как знаешь, — с удовлетворением заметил дядя.
3
Каким только насмешкам мы с Зиной не подвергались, идя через хутор ко мне домой! И старый и малый цеплялись к нам, словно репейники:
— Эй, Енька, куда Зину волокешь? На живодерню в Каялу? (До станции Каяла — двенадцать километров).
— Бурлучок (Бурлуки — наше родовое прозвище), ты зачем эту одру в Кирсонию привел,
— Он ее вместо собаки во двор на цепь привяжет!
— На курятник веди сельсоветскую коняку, Енька. Туда ей дорога так или иначе — курам на корм!
Я шел молча, пригорбленно, злым волчонком поглядывая на насмешников, и Зина брела за мной понуро.
— Ну, пара — Семен и Одара! Ха-ха-ха!
Был я худой, высокий для своего возраста мальчишка, с большими ступнями, и старая лошадь была высокая, худая, мосластая. Какое-то сходство обнаружилось между нами, и меня это злило очень.
А тут еще эта шебутная разбойная братва Волошины: Сенька, Витька и Петька — с очень выразительными прозвищами — Стенька Разин, Врангель и Ермак!.. Завидев нас, они высмыкнули камышины из стрехи погреба и, улюлюкая, хохоча, выскочили на дорогу.
Я выдернул из тына палку и зашипел, брызгаясь горячей слюной:
— Кто тронет Зину, голову развалю!
Я, наверное, светился отчаянной решимостью, если они тотчас умерили свой пыл, а старший из них, Стенька Разин, мой сверстник, совсем благодушно спросил:
— А скажи, куда ты ее ведешь?
— Я буду работать с ней!.. Только вначале надо ее привести в порядок — так сказал бригадир. Зина больная — дураки ей нервы попортили: то бьют ее, то дразнят! — с намеком добавил я.
И тут Сенька Разин, бросив камышину, погрозил кулаком братьям:
— Я вам вот покажу, как дразнить Зину! А ну-ка, марш домой, будем картошку тяпать.
То-то было радости моим младшим сестренкам Нине и Сане, когда я завел лошадь во двор. Они тотчас стали жалеть ее, приговаривать: «Такая бедная конячка, такая худая, такая занехаянная!..» Захлопотали, стали овощной суп в шаплыке готовить. Крошили туда бураки, морковку и пастернак, я принес оклунок сухарей, воды свежей вытащил из колодца — залил ею все это добро, посыпал солью и размешал челбой. Поставили мы шаплык с «супом» на табурет, подвели к нему лошадь. Она понюхала еду и посмотрела на нас с недоумением, недоверием.
— Ешь, Зинуля! — уговаривали мы ее. — Это же вкусно.
Нет, не смела она прикасаться к этой очень соблазнительной для лошади пище. Давно, видно, не кормили ее чем-либо подобным. Я вынул из «супа» размокший сухарь, подал ей.
— На, ешь, Зина.
Она захватила губами сухарь, с удовольствием съела — и только! Не решалась сунуть морду в это добро. Стояла и кивала головой, поглядывая на нас. Я зачерпнул пригоршней жижу с крошеными овощами и хлебом, омакнул ей рот, посвистел негромко. Косясь на меня выразительным темно-синим глазом, она ела из моих ладоней, которые я потихоньку опускал, пока не притопил в шаплыке. И тогда лишь стала она смело, не отрываясь, поглощать наше кулинарное произведение. Радуясь аппетиту лошади, мы неотрывно наблюдали за ней. Так смачно хрустели на ее зубах бурак и морковка! Все Зина съела, ничего не оставила в шаплыке. Оглядела нас, каждого обнюхала, что-то ублаготворенно бормоча. Что она хотела нам сказать? Что ей очень понравился такой корм? Благодарила?.. Во всяком случае, именно так мы поняли ее «разговор».
Жена со скидкой, или Случайный брак
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
рейтинг книги
Катастройка, Повесть о перестройке в Партграде
Проза:
русская классическая проза
рейтинг книги
Цикл романов "Целитель". Компиляция. Книги 1-17
Целитель
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
рейтинг книги
Инженер Петра Великого 4
4. Инженер Петра Великого
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
рейтинг книги
После Кастанеды: дальнейшее исследование
Религия и эзотерика:
эзотерика
рейтинг книги