Лось
Шрифт:
Василий Бархатцев, девятнадцать лет, выпускник того же военного училища, что и Тушнолобова. Старшина. Спортсмен-бегун. Сто сорок шесть искр. Согласие на перевод есть, "ознакомлен".
Юрий Юрьев, двадцать, гражданский. Согласился на службу в СБ из-за возможности получить образование. Спортсмен, чемпион своего города ... та-дам!!! строчку, боясь ошибиться, прочитал дважды... по лапте(!) С другой стороны, значит глазомер точный, потенциальный снайпер. Сто сорок шесть искр, "согласен", "ознакомлен".
На
– Миша...
– тихонько начала курившая у окна Маздеева.
– Большое спасибо, Люда!
– вернув на стол папки, подошел и галантно (ну, я на это надеюсь!) поцеловал женщине руку, - Буду должен! У меня, кстати, день рождения сегодня, буду рад видеть вас на общем сборе в рабочем зале. После рабочего дня, разумеется!
– уточнил на всякий случай.
Команду я подхватил в первый же день и плотно вел, не выпуская из поля зрения. Теперь только все вместе, благо моя личная жизнь тоже обитала здесь. Пришлось даже стать постоянным участником субботних танцев. Сам я особенными умениями похвастать не мог, но общие танцы были несложными, а Масюнино тело само собой иногда выдавало па, приводя женскую часть в экстаз, а мужскую в зависть. Впрочем, если бы ни свободно продающееся на "дЫскотЭке" свежее пиво, вряд ли бы я полюбил эти сборища.
Выбирая оружие из привезенных обещанных образцов, вывез всех на полигон, дав пострелять из всего. Четверо в команде были профессиональными военными, почему бы и ни прислушаться к их мнению? Шелковая после еженедельной (а за хорошее поведение - и не по разу) обработки Маздеева подписывала мои бумаги, не глядя. Угорин, получивший в итоге условный срок с наказанием отбывать его в Муромцево под поручительство шефа, только головой качал и "Viva" издалека показывал. Он бы и другие жесты не постеснялся показать, но возможности его протеза были ограничены.
Поступил в институт на заочное, отчисления от СБ за методичку пришлись кстати, они же заплатили половину стоимости как сотруднику. Ван-Димыч оскорбился бы, если бы я поступил не в родной его политех и не на его же кафедру. Правда, поступать пришлось под другими именем-фамилией, но мне пообещали, что диплом выдадут на настоящие.
Курьез вышел с армией. Если ты про нее забыл, это не значит, что армия забыла про тебя! Отсрочка истекла в июле.
Вручив повестку, которая пришла на адрес Воронинского КБ, Маздеева шепнула:
– На три дня ничего не планируй, нас завтра ждут в Москве!
И шлепнула, сучка, по заднице! Мне на беду мимо нашей парочки в этот момент проходил Сашка - один из работников
Меня! МЕНЯ!!! Побили!
Рвались еще и Люде крашеные волосенки повыдергивать, но, собрав себя в кучку, удалось девчонок отговорить. Для "отговорок" едва хватило остатков дня и полной ночи, впервые пожалел, что имею сразу две подруги. Чуть не стерся в процессе.
В Москву отправился с синяком на скуле, специально до самой посадки на борт не залечивал, чтоб им стыдно было! В самолете, конечно, разогнал искры.
В кабинет к Забелиной пригласили впервые.
– Здравствуйте, Руслана Евгеньевна!
– Хорош!
– вместо приветствия ответила Забелина, - Сколько мы не виделись? Почти полгода?
– Четыре месяца, по-моему...
– Тем более хорош! Житье в тихом городе пошло тебе на пользу: вес, я смотрю, набрал, заматерел! Жаль, Сережа не твоей породы, до старости худощавым будет. Одни кости, обнять и плакать!
– Вот вес-то в моем случае как раз и нехорошо! Пузо к земле тянуть будет.
Маздеева, стоя в сторонке, тихо охеревала от моего общения с главой СБ.
– Проходи, садись. Майор, вы свободны!
– кивнула она куратору, - Мы тут сами.
– Как Сергей, Костя?
– пользуясь шансом, спросил я.
– Второй курс закончили, на море удрали. Шалопаи!
– довольно тепло улыбнулась полковник.
– Привет им от меня передавайте!
– Передам, обязательно. Ладно, с поклонами закончили, давай к делу. Догадываешься, зачем позвала?
– Пока нет, но раз повестка, то, значит, по поводу службы?..
– По поводу, по поводу.
– Разве моя работа не может засчитаться за службу?
– Вот как раз об этом я и хочу поговорить...
Спустя два часа здание я покинул лейтенантом в отставке. Служба прошла почти по тому же сценарию, разве что присягу приносить снова не пришлось - здесь действовало то же правило, что и в прежнем мире. Звание мне выдали авансом, чтобы мог козырнуть им, если мои лейтенанты вдруг начнут залупаться. Вероятность подобного развития событий была минимальна - их специально не самых инициативных выбирали, но и прежние кадровые ошибки учли.
Ночь провели в гостинице, но пришибленная моим карьерным взлетом Маздеева в кои-то веки не навязывалась, пришлось даже самому ее шевелить. Зайки теперь будут бдить, встречи станут редкими, пришлось работать про запас.