Чтение онлайн

— Давай я помогу тебе.

Мальчик послушно протянул шерифу поводья. Хен ласково потрепал холку лошади, тихо нашептывая что-то животному на ухо.

— Как его зовут?

— Санди.

— О'кей, Санди, давай поговорим. Адам засмеялся.

— Разве с лошадьми разговаривают?

— Конечно. Я постоянно беседую с Бримстоном.

— Ой, а вот Джесси боится вашего Бримстона как огня.

— И правильно делает. Но вот тебе ни Бримстон, ни этот великан никогда не причинят зла. Лошади нужно дать понять, что от нее требуется.

— Я хочу проехать на ней верхом.

— Тогда скажи ей об этом. Похлопай легонько

по шее и скажи, что собираешься делать.

Адам решительно подошел к лошади. Санди насторожился и высоко поднял голову.

— Я тебе немного помогу, — шериф подхватил мальчика на руки. — А теперь смотри прямо ему в глаза.

Адам выглядел не совсем уверенно, но все же погладил Санди и заговорил.

— Видишь, она уже успокаивается. А теперь я посажу тебя на спину Санди.

Тело мальчугана испуганно напряглось, когда он оказался верхом на громадной лошади. Адам напоминал маленькую нахохлившуюся птичку.

— Намного проще сидеть в седле. Но индейцы, например, не пользуются седлами и никогда не падают. Так что держись покрепче руками за гриву и прижми колени к бокам Санди.

Тело Адама несколько расслабилось.

— А вы умеете ездить верхом без седла? — полюбопытствовал он.

— Конечно. Мы с братом частенько так делали, чтобы покрасоваться.

— Я бы тоже хотел иметь брата, — вздохнул Адам.

Придерживая мальчика рукой, шериф повел лошадь по поляне. Он то и дело подсказывал Адаму, как себя вести и что делать. Не прошло и получаса, как настроение Хена совершенно изменилось — он почувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Наверное, тишина и покой каньона так умиротворяюще подействовали на него. Неудивительно, что Лорел не хотела покидать этот райский уголок. Но он предпочитал все же открытые безбрежные равнины: ему нравилось наблюдать за бесконечно удаляющейся линией горизонта. Хотя, пожалуй, он смог бы привыкнуть и к жизни в ущелье. Этот замкнутый мирок давал чувство безопасности. Здесь можно было скрыться от посторонних глаз и побыть наедине с собой.

Да и жизнерадостность Адама помогла Хену успокоиться. Молодой человек не знал, любил ли он детей, но этот мальчик нравился ему. Детское простодушие и невинность, доверчивость и наивная пытливость вызывали в ответ теплые чувства. Одним словом, молодой человек давно не ощущал такого прилива сил.

Так, дети детьми, но рядом с ними, как правило, всегда находятся матери. Хен поймал себя на том, что мать этого конкретного ребенка не оставила его равнодушным. Но кто, скажите на милость, остался бы равнодушным к прекрасной женщине с бархатисто-матовой кожей и жгучими черными локонами?

А ее глаза? Таких огромных сверкающих глаз нет ни у кого. Хен помнил недоверие, сквозившее в них: годы разочарований не прошли бесследно. И… надежду, ожидание… или сомнение? Сама того не ведая, она задела его, Хена, за живое. Лорел — загадочная и непонятная женщина, но волею судеб именно она помогла ему посмотреть на все другими глазами. И именно она владела ключом к его сердцу.

Скрываясь в тени деревьев, Лорел наблюдала за сыном и шерифом. Нужно немедленно подойти к ним, прогнать Хена, а Адама в наказание привязать к дереву, чтобы не убежал! Сын должен держаться подальше и от лошади (она была велика даже для Лорел), и от шерифа. Но она не могла сдвинуться с места, застыв, как вкопанная:

мальчик буквально светился от счастья.

«После сегодняшнего дня уже не удастся удержать Адама на расстоянии от этой проклятой лошади», — обреченно подумала женщина.

Мальчик смотрел на шерифа, как на божество! До настоящего времени Лорел не предполагала, насколько сильно ее сын нуждался в отце. Она выбивалась из сил, стараясь стать ему и отцом, и матерью. Но как ни старайся, она не умела так ловко обращаться с лошадью, как Хен. Будь прокляты Блакторны, подарившие лошадь Адаму! И будь прокляты жители города, отказавшиеся купить это злосчастное животное у нее! Почему она не отвела коня в пустыню и не выпустила его на волю? Но сейчас, к несчастью, слишком поздно.

Конечно, Адам (как никто другой) заслужил самую лучшую лошадь на свете. Но какая бы лошадь у него ни была, ему нужен и мужчина, способный научить искусству верховой езды.

Но и ей, Лорел, тоже нужен мужчина. Эта неожиданная мысль привела женщину в замешательство. Она попыталась отогнать неуместную мысль. Нет, ради собственной безопасности и ради счастья Адама она никогда не выйдет замуж. И прекрасно обойдется (как обходилась столько лет!) без мужчины!

И все же Лорел не могла оторвать глаз от Хена: молодой шериф казался сказочным принцем. Каждый раз, когда он находился рядом, тело охватывала трепетная дрожь. Глаза жадно скользили по красивому и мужественному лицу молодого человека… и по мускулистым бедрам. Широкая линия плеч и изгиб могучей спины притягивали взгляд.

Раньше ей не нравились светловолосые мужчины — они казались хитрыми и двуличными. Она терпеть не могла белесые, почти не видные брови и усы, придающие лицу жалобное выражение. Но Хен был чисто выбрит и не выглядел хитрым. Он производил впечатление сильного, уверенного в себе человека.

Лорел невольно охватило желание прижаться к его мощному плечу. Со дня гибели Карлина она была одинока. Приходилось выполнять черную работу, чтобы выжить, и избегать общества людей, чтобы защититься от презрения.

Жизнь проходила мимо, и она смирилась со своей горькой участью. Но настанет время, когда Адам вырастет и покинет мать. У Лорел защемило сердце. А может, Хен Рандольф — это последний шанс устроить свою жизнь?

Она посмотрела на шерифа: на долю секунды он застыл с Адамом в руках. Он что-то рассказывал мальчику, они вместе гладили лошадь.

Совершенно неожиданно Лорел почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Казалось, она снова превратилась в наивную девушку. И снова вернулись мечты о любящем, преданном супруге, о куче детей и о счастливой семейной жизни в тихом, укромном уголке. Все, о чем она грезила, находилось сейчас перед глазами: тихий пейзаж: и мужчина с ребенком, бок о бок застывшие в лучах заходящего солнца.

И сердце учащенно забилось, упрямо отказываясь прислушиваться к доводам здравого смысла. Представшая взору картина поражала совершенством.

Хен опустил Адама на землю и, положив руку на плечо мальчика, повел по тропинке. Лорел едва сдерживала рыдания.. Будь проклят Карлин! Он испортил ей жизнь!

Шериф с мальчиком медленно приближались. Глядя на них, трудно было поверить, что хладнокровный убийца мог уделять столько внимания и неясности чужому мальчику. Мальчик, казалось, всей душой, как пчела к яркому цветку, тянулся к Хену.