Чтение онлайн

— Уже интересно, — прокомментировал Димон. Вот, значит, как… Поместили мои тела в капсулу и сразу срисовали показатели. Молодцы. В хитрожопости генералу не откажешь, но, с другой стороны, он этого не скрывает и просвещает нас с принцем. Он это делает через Акуну, но вряд ли бы мы вообще затронули эту тему, если бы он хотел придержать эту информацию. А так сам разговор начал.

— Дальше третья эволюция. Изменение всей биохимии тела. Химический состав тканей организма меняется, обмен веществ меняется, системы энергообразования и утилизации отходов преобразуются, чтобы поддерживать уровень

энергии на более высоком уровне. Если перед телом стоят специфический задачи, то в рамках третьей эволюции они легко решаются. Например, устойчивость к радиации. Вернее, не устойчивость, а заточенная на радиоактивное поражение регенерация. Или адаптация тела под высокую гравитацию, или под дыхание под водой, или дыхание смесью газов без кислорода. И так далее. Третья эволюция обычно занимает очень много времени, так как такого рода перестройка болезненна и должна быть постепенной. Конечно, есть умельцы, кто относительно быстро это делает, но они — огромная редкость.

— А как определить, что вот уже не вторая эволюция, а третья? — поинтересовался принц.

— Как только анализ показывает, что химический состав тканей тела начал меняться или как только обменные процессы уже не протекают по базовому алгоритму, то это считается началом третьей эволюции. А уж куда она в итоге заведёт, это никому не известно. Там начинается огромное разнообразие.

— И насколько мы уже… не люди? — спросил Славик.

— Процентов на шестьдесят, наверное. Я могу вам анализ, который медкапсула сделала, показать, но вы мало что поймёте.

— Ну, объясни своими словами. Нам самим интересно, — попросил Димон.

— Если вкратце, то такое ощущение, что над вашими телами работал один и тот же Оранжевый Ранг…

— А это кто? — перебил Славик.

— Это тот, кто может менять тело своё или чужое, проводя его через эволюции.

— Ага, понятно. Продолжай.

— Так вот, ваши тела лепил один скульптор. Как связки крепятся к костной ткани и мышцам. Внутренний усиливающий каркас костей. Одинаковый акцент на скорость реакции и силу мышц. Такое ощущение, что вы только недавно стали отличаться. А до этого ваши тела развивали совершенно по одним лекалам.

Ох уж эта техника… Позволяет увидеть то, что я пытаюсь всеми силами скрыть. И ведь не подозревают меня ни в чём. Честно делятся наблюдениями. Но это пока не подозревают. Генерал за любые нестыковки легко может зацепиться. Чего бы такого придумать?

— Мы же близнецы. Может, наши, как ты говоришь, системы управления телом синхронизировались, вот мы и одинаковые. А так мы часто обсуждали, что будем усиливать и как. Старались это одинаково делать осознанно.

— Очень необычно, — прокомментировала Акуна.

— А у тебя какая эволюция? — спросил я Славиком.

— Тоже третья, но не так далеко зашедшая, как ваша. Плюс разные усиления искусственные. Если у вас естественным образом мышцы структурировались, чтобы максимально эффективно работать, то мне пришлось не один месяц в неподвижности полежать, пока их все волокно к волокну причёсывали.

— А у тебя, генерал? — спросил Димон.

— У меня как у неё, только ещё больше операций и усилений.

Обойти интересом принца было бы неправильно, поэтому Славик спросил и его:

—

Саня, а ты насколько крут?

— У меня тоже третья, — коротко сообщил принц. — Только не такая продвинутая, как у тебя. Возможно, я поэтому облучению противостоять не могу. Врать ещё могу, но с огромным трудом, а прямые команды, типа «встань и иди» выполняю как робот.

— Ну, ладно. Раз мы все такие молодцы, то что дальше? Мы куда-то полетим? Будем скрываться, атаковать или что-то ещё делать? — поинтересовался Димон.

— Или, может, давайте соревнования по прыжкам и бегу устроим, чтобы понять, чья система круче? — предложил Славик.

Генерал и принц одновременно шмякнули ладонью по лицу.

— Славик, мы тут воюем, — как маленькому объяснил принц. — Какие прыжки? Какой бег?

— Да. Потом побегаем. Сейчас план такой. Я полностью убрал возможность перехвата управления нашей Баранкой. Стелс здесь очень неплохой — всё-таки Империя старается не афишировать своё присутствие, а уровень технологий на планете достаточно развитый. Экранированы мы прекрасно. К сожалению, это обычный атмосферный транспортник. На такие никто межсистемные передатчики не устанавливает. Отсюда я ни с кем связаться не могу, а вот на базах передатчики для межсистемной связи точно есть. Вернее, с баз информационный пакет высылается на какую-нибудь орбитальную станцию, а уже оттуда идёт пересылка данных по межсистемной связи.

— Мы будем атаковать базу? — удивился принц.

— Нет. Мы приблизимся в стелсе, после чего я буду пытаться аккуратно и незаметно своё послание отправить вместе с их информационным пакетом. Совсем близко приземляться нельзя, ближайшее окружение сканируется в разы основательнее.

— А что за послание? — спросил Димон.

— Людям, которым я могу доверять. Я приходил им на помощь, они приходили на помощь мне. Когда они получат моё сообщение, точно найдут способ вытащить нас отсюда. Я же генерал. У меня есть в подчинении офицеры, техника, оружие, солдаты. Поскольку меня похитили, а не арестовали, и потом скрывали моё присутствие даже от персонала базы, вряд ли меня официально лишили звания.

— А координаты Земли у тебя есть? — спросил Димон. Это детский вопрос, но я не мог его не задать — я же с амнезией и «местный».

— А зачем? — удивился генерал.

— А как они тебя найдут?

— Так достаточно прислать описание этой системы: количество планет в системе, гравитационные характеристики Земли и Солнца, как они просто по базе найдут координаты. Это же планета на территории Империи. Тюрьма. Для армии она не должна быть засекречена.

— Ага. Ясно, — Димон смущённо улыбнулся.

— И когда мы летим к базе?

— Вот прямо сейчас чай допьём и летим.

— Генерал, а почему на таком большом корабле так мало солдат было? — спросил принц.

У меня этот вопрос тоже был, но я решил, что и так много вопросов задал, а для принца как раз нормально.

— Не знаю. Просто не знаю. Должно было быть ещё минимум человек двадцать на борту. А тут меньше, чем должно быть на Комаре прислали.

— Так ты, получается, когда внутрь запрыгивал, готовился против двадцати вооружённых бойцов сражаться? С неавтоматическим карабином? — спросил Славик.