Чтение онлайн

Поскольку в любом случае они знают, что у меня есть способности, то отмораживаться и всё скрывать было бы глупо, поэтому я решил раскрыть часть правды.

— Мы умеем создавать большого богомола, это такое насекомое и управлять им. Он невидимый, и у него клинки на передних лапах. Создать можем только вдвоём и управлять можем только вдвоём. При этом тела наши теряют сознание, — Димон озвучил такую версию. Очень близко к правде. — Наверное, это такой телекинез. Нам самим очень интересно узнать всё, что только может быть известно про способности. Так что если ты что-то на тему способностей знаешь, то

будем рады, если поможешь советом или информацией. Здесь мы даже от родителей это скрывали.

— От родителей? А кто это? — не поняла последнюю фразу девушка.

— Это люди, которые нас родили и вырастили. Мама и папа.

— В смысле вас родили?

Славик, Димон и принц переглянулись. Ну, как бы да. Нормальному внешнему хомо, как и формикадо, всё происходящее на этой планете кажется бредом, но мы то привыкли уже. А вот Мататангра вообще не в курсе. Пришлось ей объяснять, как у нас тут обстоят дела, рассказывать про религии и про то, что большинство считает, что они являются мозгом и набором нервных клеток, верят, что они не существовали до рождения и не будут существовать после смерти тела.

Наш рассказ девушку позабавил и заставил задуматься.

— То есть никто на планете не помнит, что было до того, как он родился?

— Да. И мы тоже. Нам пятнадцать лет всего. Почти шестнадцать…

— Я не знаю, сколько длятся на этой планете пятнадцать лет, но подозреваю, что немного. Ваши тела выглядят неразвитыми. И вы ничего не помните?

— Да. Никто ничего не помнит.

— Охренеть… — слово, произнесённое Мататангрой, переводчик перевёл именно так, а я запомнил, пригодится.

Она задумалась.

— Надо будет генерала расспросить про планеты-тюрьмы. Я думала, тут просто отсталая цивилизация, вам не дают использовать определённые технологии, а тут, оказывается, всё намного хуже.

— Расспросим. Кровью напоим и расспросим.

— Я проснулся, — донёсся до нас негромкий голос из-под кедра, под которым лежал генерал.

— Тогда пора есть, — ответила девушка, потом повернулась к нам с принцем и скомандовала, — несите этого зверя, сейчас будем поить генерала кровью.

Димон и Славик даже не пошевелились.

— Саня, давай ты. Мы не удержим, упадём, — признался Славик.

Принц пожал плечами и подхватил тушу. Я осторожно направил свои тела к генералу. Интересно же посмотреть, как кровь пьют.

Мататангра аккуратно переместила генерала так, чтобы он сел и мог запрокинуть голову, после чего попросила принца поднять тушу повыше и аккуратно тонкими пальчиками порвала шкуру животного на шее, как если бы та была обычной бумагой. Порвав шкуру, она быстро залезла пальцами дальше и порвала что-то ещё, после чего тёмная кровь струйкой потекла из раны в рот раненому мужчине. Тот спокойно глотал без всяких признаков, что ему это не нравится.

Какие выводы? Девушка даже анатомию незнакомого животного знает отлично. Уж очень уверенно она нашла артерию или что там она рвала. Красивая, сильная, опытная, умная. Не хотелось бы иметь её в качестве врага.

Генерал пошевелил головой, показывая, что хватит, и девушка пережала дыру в шее животинки, останавливая кровь.

— Мясо будешь? — спросила она.

—

Печень, если можно, — ответил мужчина. — Плёнка разложилась достаточно, снимите её, пожалуйста.

— Хорошо, — коротко ответила девушка на обе его просьбы, после чего приступила к распаковыванию генерала от «целлофана». Плёнка слезала легко, будто и не была до этого намертво приклеена. Места, где дестабилизирующее поле содрало с тела генерала куски мяса, уже подзажили и покрылись новой кожей. Глазницы затянулись кожной перепонкой, которая делала лицо генерала каким-то мистическим. Хоть сейчас в фильм ужасов отправляй на главную роль — рот в крови, глаза затянуты кожей.

Всё это время генерал лежал, зажимая свои гениталии руками, будто ему было стыдно, но судя по потёкам крови, дело было совсем не в этом. Сейчас он неожиданно решил встать, и достаточно легко поднялся на ноги, при этом он убрал руки, и мы увидели то, что лучше бы вообще не видели. Гениталии пострадали серьёзно. Собственно, не было там больше никаких гениталий. Генерал стоял, пошатываясь, но с каждой секундой его шатало всё меньше.

Видимо как-то почувствовав наши взгляды, он усмехнулся своим страшным лицом и произнёс:

— Какое-то время придётся писать сидя и жене лучше на глаза не попадаться.

— А это вообще поправимо? — спросил принц, дождавшись перевода фразы на русский.

— Да. Как и глаза. Но, к сожалению, не очень быстро. Слышу я хорошо, поэтому более-менее ориентируюсь. Давайте переночуем здесь, а завтра попробуем выдвинуться в направлении населённого пункта.

— А как нам эти пункты найти? Мы не очень знаем, где мы.

— Попробуйте, как стемнеет, забраться на деревья и посмотреть. Если будет облачная погода, то уличное освещение отражается на облаках, можно издали заметить. Если ничего не увидите, то придётся идти куда-нибудь, пока не наткнёмся на реку или дорогу. Вряд ли это абсолютно глухая местность. Базы, как та, с которой мы сбежали, не ставят в совсем безлюдных местах.

— Ты нам расскажешь, что это за база была? — спросил принц.

— А мне интересно, что это за планета. То, что мне парни про неё рассказали, просто поражает. Здесь у всех поголовная амнезия, — поделилась впечатлениями девушка.

— Всем всё расскажу. Но давайте сначала вы поедите, потом дайте мне кусок печени, потом спим, потом по пути я всё вам расскажу.

— Хороший план, — пожал плечами Димон, после чего повернулся к Славику, — Чур, я второй после тебя мясо пробовать буду.

— Тебе же хуже, мне всё самое вкусное достанется! — гордо ответил Славик.

— Вот и вперёд, начинай, — присоединился к беседе Саня-принц.

— У меня рука не работает, я не смогу себе кусок оторвать, — не постеснялся я попытаться съехать с поедания сырого копытного Славиком.

Мататангра только переводила в недоумении глаза со Славика, на Димона и потом Саню. Наше детское поведение было ей непривычно. Потом, видимо, посчитала, что мы на этой планете все психи, и взяв под мышку труп, который никто не хотел есть первым отошла в сторонку и принялась рвать пальцами. Выглядело это очень неаппетитно. Вот прям если есть у аппетита какая-то измерительная шкала, то сейчас, несмотря на отчётливое чувство голода, она основательно ушла в минус.