Чтение онлайн

«Красный цвет — цвет пролитой крови, огня войны и ненависти», — зрачки Обезьяны загорелись красноватым огоньком, поскольку существо было зло. — «Цвет крови — цвет вызова, распущенности. Слабости. Опасности. Враждебности. Агрессивности. Цвет, превращающий всё живое в умершее».

Теперь Хогу была ясна причина, почему анти-человек с особой жестокостью избил Элли и Бёрна, но мягче обошёлся с младшими представителями команды «Серп». В отличие от них, карио эрийцев было красным. Как Обезьяна говорила ранее, анти-люди обладают особым восприятием к миру,

о чём говорила их природа: они выглядели как животные, но превосходили своих приспешников вдвое, обладая при этом человеческим разумом. А животные никогда не были доверчивыми, как люди. К тому же, это была Обезьяна — та, которая владела Абсолютным Опытом. И если Элли могла видеть карио других охотников, анти-человек смог это сделать даже не расстоянии. С помощью своего восприятия он выявил «людей» и «убийц», и, оставив в покое первых, напал на вторых. Цвет кощунства, воровства, убийства — это будило в анти-людях поистине зверскую агрессию.

Раньше Хог не задумывался над тем, почему одни охотники владеют синим карио, а другие — красным. Теперь начинал понимать. Изначально все люди рождаются с синим карио и своими силами не могут его перекрасить. Но карио анти-людей — оно особенное, и имеет свой специфический фокус. Убийство анти-человека и являлось главным кощунством, после чего это действие навсегда отпечатывалось в душе убийцы, а его карио окрашивалось в красный цвет. И совсем не важно, какой анти-человек будет убит. Это и послужило поводом для агрессии со стороны анти-людей.

— Я… даже не знаю, что сказать, — тихо промолвил Хог, глядя на свои ноги. — Но люди почему-то воспринимают красное карио лучше, чем синее. Они говорят о какой-то силе…

«Так и есть!», — перебил его голос. — «Грешный цвет имеет почти те же элементы нашей энергии, пускай и не полные. Но этого хватает, чтобы сделать себя чуточку выносливее, сильнее и опаснее. Элементы нашей энергии улучшают здоровье людей, когда как мы защищены неограниченным иммунитетом. Человечество хвалится цветом убийства, продолжая и дальше убивать наших сородичей».

Хог всё больше и больше узнавал то, чего бы он не узнал среди людей. Это было объяснением тому, почему красное карио в некотором плане превосходило синее. «Грешный цвет» обладал меньшей половиной тех элементов, которые в максимальной формуле присутствовали в карио анти-людей. Теперь волонтёр понял, почему ему трудно было сражаться с охотниками, карио которых было красным. И понятно было, почему все Абсолюты обладали красным карио: убили тех анти-людей, у которых были абсолютные способности. Однако появился следующий вопрос.

— Но… что тогда со мной? — спросил Хог, встретившись с прохладным фиолетовым взглядом. — Я — Абсолют Скорости, но моё карио по-прежнему синее. Почему?

«Ты избранный!», — голос значительно потеплел, когда речь зашла о хэйтере. — «Ты получил способность как подарок, а не украл её. А вместе с этим получил и возможность слышать нас. Ты не убил, чтобы заполучить — ты заслужил, чтобы быть одарённым. Дополнительной наградой был иммунитет,

который защищает тебя от яда, простуды и многих слабостей».

Лимит округлил глаза и резко выдохнул, почувствовав, как его сердце начало сильно стучать. Ответ на свой вопрос он получил, но объяснило это немногое. Но, по крайней мере, теперь Хог знал, откуда взялся в нём неограниченный иммунитет, почему его карио по-прежнему осталось синим, и почему только он один может слышать голоса анти-людей. Но хэйтер ничего о себе не помнил с того момента, как ему исполнилось десять лет. Всё как в тумане. Кто он такой, откуда родом, как получил способность, что после этого случилось — четыре вопроса, на которые волонтёр хотел получить ответы.

«Я не знаю», — ответила Обезьяна, услышав мысли Хога. — «Ты получил способность Гепарда, но что подвигло его к такому решению, мне неясно».

— Но ты же говорил, что моё прошлое печальное, — воскликнул Лимит, надеясь, что анти-человек пошутил и просто не хочет ничего говорить.

«У тебя произошёл очень сильный шок», — это заставило хэйтера замереть и прекратить дышать. — «Ты не помнишь то, что желал забыть. Твоя амнезия как будто защищает тебя от чего-то, но от чего именно, я не знаю».

Мысли волонтёра начали рисовать картины мрачного содержания. Отчего амнезия может защищать? Что случилось такого в его прошлом, сумевшее довести юношу до полной потери воспоминаний? Руки хэйтера продолжали дрожать. Кто он такой? Парень помнил только три детали насчёт себя: его зовут Хог, и он — Лимит. И ему семнадцать лет. Но всё остальное о нём было неизвестно. Ни родителей, ни друзей, совершенно никого — ощущение, будто парень появился из ниоткуда. Тот, у которого нет прошлого. Тот, кого анти-люди зовут «Избранным». Тот, в чьём глазу находится один из Амулетов Коло.

— Да кто же я такой? — Хог округлил глаза и схватился за голову, стиснув зубы.

«Прости, но я не знаю, чем тебе помочь. Ты наверняка сможешь найти ответы на свои вопросы среди людей», — вздохнул голос.

Лимит закрыл глаза и постарался успокоить внутри своего сердца тревогу. Обезьяна права: нельзя терять надежду. Ещё есть возможность узнать о себе, но для этого нужно не отдыхать, а действовать. Пока что у Хога есть цель, а значит, надо придерживаться её. Раньше он не задумывался над этим, но когда стал охотником, вступив в «Луч», понял, что настало время вспоминать о себе что-нибудь.

Хэйтер поднялся из кресла и двинулся простым шагом к выходу. Но застыл в проёме и опустил голову, после чего повернулся лицом к сидящей в кресле Обезьяне.

— Спасибо за то, что позволил мне хоть чуточку узнать о себе, — и на лице волонтёра появилась уверенная улыбка с оскалом. — Теперь я знаю, что являюсь Абсолютом, не укравшим анти-человеческую способность, а получившим её в подарок. Кое-что ты мне объяснил. Теперь осталось узнать и всё остальное.

«Всё в твоих руках, избранный», — ответил ему анти-человек, спрятав фиолетовый взгляд под шляпой. — «Удачи тебе!».