Ликей
Шрифт:
Обычный генетик. Ягуар прыгнул снова, целясь на горло. Джейн перехватила зверя за глотку. Сзади, хромая, подоспел Сэм - ударил ягуара какой-то заостренной палкой. Зверь вырвался, разъяренный, прыгнул снова. На Джейн… дальше все завертелось в какой-то безумной карусели - кровь заливала глаза, Джейн тщетно пыталась схватить зверя то за лапу, то за горло, уворачивалась, прыгала… где-то рядом мельтешил Сэм. Наконец Джейн осознала, что держит ягуара за горло, все крепче сжимая хватку, а Сэм запустил руку в пасть зверя… И кажется, больше ягуар не шевелится.
Джейн перевела дыхание.
– Ну как ты?
– спросил он. Только теперь раны дали о себе знать.
– Тут река должна где-то быть, - сказала она, - Умыться бы… А ты как?
– Я ничего… руку только вот зажевал. Но кажется, кости целы. Да нога еще - как я с ней пойду, не знаю. А ты? Вид у тебя, честно сказать…
Ягуар разорвал Джейн плечо, грудь, задней лапой ударил по ноге, порвав брюки и оставив кровавую полосу. Рана на плече сильно кровоточила. Кроме того, приличная царапина была и на лбу, под волосами.
– У тебя плечо сильно кровит. Сними блузку, перевяжем, - предложил Сэм.
Как обычно, алый и золотой огромный шар солнца поднимался над Лейк-тауном, и Джейн смотрела на солнце не щурясь. Как обычно, каждое деревце наклоняло к ней свои ветви, словно здороваясь, и птицы начали свою утреннюю распевку, все вокруг было живым, разумным, все радовалось пробуждению, и Джейн свято верила, как в детстве, что еще немного - и деревья заговорят.
Она шла теперь с горки и видела внизу весь Лейк-таун, как на ладони.
Синевато-темная гладь огромного озера, давшего название поселку, и пышная зелень садов, скрывающих особняки ликеидов, небольшой район двухэтажных желтых домов вдалеке - там жил обслуживающий персонал, четкие линии песчаных дорожек, словно жилки взрезавших бурную зелень… синие пятна прудов и бассейнов, разноцветные клумбы, четыре серые линии автодорог, разделивших поселок на равные части - от любого гаража легко добраться до шоссе. Миг - и Лейк-таун исчез из вида, чтобы позже возникнуть уже не панорамой, а - рядом, лицом к лицу. Пока Джейн беспечно шагала сквозь сосновую рощу, солнце просачивалось сквозь хвойную темень до самого дна, бросая на подлесок, на дорогу, на босые ступни Джейн светлые дрожащие блики.
Она совершенно не боялась того, что предстояло сегодня. Чего бояться, в самом-то деле? Четыре главных экзамена позади, причем сумма баллов - 88, это один из лучших результатов в колледже… да что там, во всем Вирджинском Ликее.
Экзамен по специальности - генная инженерия, затем - общая биология, затем - основы личности (распадающийся на три этапа - физическое совершенство, знание морального Закона и интеллектуальная основа) и наконец - история (включающая, разумеется, и историю искусств). Что ни говори, она уже доказала свою ликейскую зрелость…
Да, доказала. Только одно осталось - сегодняшнее. Самое простое в чем-то - никто не будет гонять ее по истории Междуречья, заговаривать с ней по-испански или требовать сделать двойное сальто. Но и самое сложное - потому что ты не знаешь, что ждет тебя во время Испытания…
И страшное - потому что если ты не пройдешь Испытание… Да, у тебя будет еще один шанс - через год. И потом еще один - и если
Но можно, напомнила себе Джейн. "Настраивайся на худшее" - одно из психологических правил. Любую боль можно перенести. Даже то, что ты окажешься неспособной… неготовой… даже то, что ты не пройдешь Путь Воина.
Не станешь одной из тех, кто строит и защищает Будущее Человечества.
Правда, Джейн пока не знала, как перенесет это… но наверное, уж как-нибудь перенесет.
А впрочем, почему она не пройдет Путь Воина? Она никогда не была хуже других, даже наоборот. Ни в чем она не уступала другим ликеидам. Да, но это не гарантия, напомнила себе Джейн. Среди ребят ходили смутные рассказы о каком-то отличнике, который побил на экзаменах все рекорды, а Путь Воина не прошел.
Ликейский фольклор… Но кто знает?
У края бассейна Джейн сбросила кампо, оставшись в упругом синем бикини, натянула на волосы шапочку, рыбкой нырнула вглубь. Ледяная утренняя вода обожгла тело, едва не закрутив икры в судорогу, Джейн несколькими сильными рывками переплыла бассейн поперек, затем прошла его дважды вдоль… пожалуй, достаточно. Девушка вылезла, и не одеваясь, оставляя мокрые следы на плитках, прошлепала в дом. Золотой ретривер Айки бросился к ней, бешено виляя хвостом, норовя потереться о голые коленки. Джейн рассеянно приласкала собаку, взбежала наверх.
Оказавшись в своей комнате, девушка принялась одеваться. Рабочая форма - удобные эластичные брюки, темно-серая роба, под нее - скромная блузка с белым, кокетливо выложенным на форму воротничком, на блестящей пряжке ремня и на левом рукаве - эмблема вирджинского Ликея: скрещенные меч и факел. Не очень-то нарядный вид будет на церемонии выпуска, подумала Джейн и тут же оборвала себя: до выпуска еще дожить надо…
Заново причесалась, аккуратно уложив волосы. Распускать их, тем более - делать сложные прически и на занятиях-то было запрещено. Так же, как и любая косметика. Тем более - Испытание… Впрочем, Джейн и не особенно нуждалась в косметике - юное лицо, сочащееся идеальным здоровьем, яркие полноватые губы, безупречная чуть загорелая кожа без малейших изьянов (разве что едва заметная россыпь веснушек на носу), большие серьезные серые глаза в обрамлении темных, чуть загнутых длинных ресниц. Полюбовавшись на себя, Джейн вышла в коридор и спустилась по лестнице к завтраку.
– Доброе утро, мам, пап! А где Кэрри?
– Guten Morgen, Сара Джейн, - ответила мать, целуя ее в щеку, - Сarry kommt gleich. Nimm platz, du hast heute einen schweren Tag. /Доброе утро, Сара Джейн, Кэрри сейчас придет. Садись, у тебя сегодня трудный день/ Ах да, у нас же сегодня четверг, немецкий день, сообразила Джейн. На секунду ей стало неприятно - уж в такой-то день можно забыть о традициях. Но с другой стороны, это у нее день особый, а Джефу и Кэрри нужно учиться как обычно. Еще немного подумав, Джейн мысленно поблагодарила мать за то, что та тактично успокаивала ее - мол, ничего особенного, все, как всегда. Вот по-немецки сегодня говорим…