Личный враг адептки

Тина

— Хреновый из тебя Щит.

Усмешка со спины прилетает сразу после того, как я опускаюсь на землю с двойного прыжка, в котором пыталась защитить Йозефа от огненных бластеров. Парень-маг как раз был наготове — выставил вперед Меч, встал в правильную стойку и с горящим взглядом смотрел вперед, решив напасть на противников сразу, как только я его прикрою.

И черт бы побрал этот двойной прыжок, в который я решила уйти! Тупо не рассчитала, и Щит, уже начавший

вырастать из сложенных ладоней, погас, пропустив все бластеры мимо! Теперь Йозеф, вместо того, чтоб наносить удар, вынужден отбиваться от летящих в него бластеров, а я совершенно неудачно приземляюсь на задницу, и слышу, как за спиной противно так, гаденько ржут.

Ну, по крайне мере в моей голове звучит это именно так.

Мне даже не нужно оборачиваться, чтоб узнать, кому принадлежит самый узнаваемый во всей академии голос. Тот, который выделяется на тренировочном поле из общей массы свистков и криков, и даже магические заряды не способны заглушить его. Он раздражает, заставляя каждый волосок на моем теле приподняться в желании вцепиться в смазливое лицо, и просто доказать этому мистеру «Я Совершенство и горжусь этим», как хороша я в боевом деле…

— М-да, Колибри, не хотелось бы, чтоб ты стала моим Щитом, — как бы между делом произносит Крис Майлкерт, сочувствующе кивая при этом еле отбившемуся Йозефу, — это ж постоянно делать двойную работу…

Спокойно, Тина. Спокойно. Вцепиться в глотку этому придурку, возомнившему себя едва ли не лучшим Мечом, ты всегда успеешь. Лучше его же оружие — сарказм, поддельное сочувствие, унижение.

— Да не волнуйся, Майлкерт, — елейно цежу я, мило улыбаясь, когда Крис переводит взгляд на меня, — тебе Щит и вовсе не нужен. Кому ж придет в голову нападать на папенькиного сынулю!

Зеленые глаза парня, еще секунду назад выражающие безразличное сочувствие, теперь мгновенно вспыхивают и сужаются, буквально впиваясь в меня. На лице разгорается настоящий гнев, и я мысленно рисую над своей головой новую черточку, коих уже накопилось немерено.

Главное, не думать о том, что у Криса таких черточек не меньше.

— Пасть закрой, Колибри. Ты знать ничего не знаешь.

Ага, конечно! Да каждому первому в академии известно, что отец Криса Джемерон Майлкерт на особой службе короля. Правда, никто так и не уточняет, что за «особая служба», но та безнаказанность и лояльность преподавателей, что кружится вокруг этого светлоголового, позволяла думать, что Майлкерты у короля на хорошем счету.

— Пасть ты в зеркале увидишь, Выпендрежник. Когда улыбнешься, — кидаю ответочку я, и слышу с другой стороны поля громкий свисток, призывающий к тишине.

— Всем доброе утро, адептки и адепты академии Меча и Щита! — раздается усиленный магически голос директора Ворога, что стоит на возвышении тренировочного поля, — сегодня для вас один из важнейших дней жизни, навсегда определяющий, с кем предстоит биться плечом к плечу, кого оберегать и помогать, служа на благо принца! Вы были выбраны Судьбой воинами, чтобы защищать народ, и теперь пришло время, когда ваша сила сама выберет себе

лучшую пару!

— Ага, но кому-то явно Судьба подсунула фальшивый дар, — тихо смеется оказавшийся рядом Крис, и я сжимаю кулаки, стараясь унять внутреннее бешенство.

Я нервничаю. Очень сильно, а потому все сложнее слушать его выпады и держать себя в руках.

— Да, верно. А кому-то вообще место явно выбивали по знакомству, — хмыкаю, хваля себя за сдержанность, и еще подрисовываю в голове черточку. Правда, и этому идиоту тоже.

Мне нужно пройти в этом году Отбор! Уже два раза я оставалась без пары, и мысль провести в тренировках третий год кажется мучительной…

— Также я напоминаю, что тем, кто останется без пары — не расстраиваться, а ждать следующего Отбора, порой это весьма долгий и сложный процесс. А мы, как говорится, начинаем!

Он хлопает, выпуская сигнальный огненный шар в воздух, и адепты, как по команде, расходятся вдоль поля, образуя что-то вроде круга. В центр выходят двое, те, к кому подлетел выпущенный директором шар, и встают рядом друг с другом.

Я с замиранием сердца смотрю на пару молодых парней, которые сами, кажется, волнуются не меньше моего. Первый уже подрагивающими руками наколдовывает из магического сплетения Меч, занимая боевую стойку, а второй просто стоит, вглядываясь в место, где между студентами образовался пробел.

Как раз там появляется профессор Рог, которая скучающе идет к студентам, по пути закатывая рукава длинного бордового плаща. Она, кажется, никогда не теряет флегматичности — просто выполняет свою работу, которую делала кучу раз, и этот совершенно не исключение.

— На счет три выпускаю боевые бластеры, — наклоняет профессор Рог короткостриженую голову, и смотрит исподлобья, разминая кисти рук, — вы отражаете атаку, и пытаетесь ударить меня Мечом со всей силы. Если получается хотя-бы задеть — Отбор пройден. Начинаем.

Она не дает время ни на подготовку, ни на раздумья. Просто высоко задирает одну руку, делая коленом выпад — и запускает четыре бластера подряд, вылетающих с громким свистом из ее рук.

Фиу-фиу!

Бластеры летят в парней, и пока я соображаю хоть что-то, Щит уже выпрыгивает вперед, заграждая собой Меча. Не просто пытаясь защитить, а, кажется, становясь прозрачным с одной стороны, гася своим светом бластеры, и давая возможность Мечу двигаться вперед, нападая на скрестившую руки Рог.

Я с напряжением вижу, как двое парней уже разгоняются, готовясь нанести удар преподавателю, но та лишь делает легкий жест рукой — и они оба смещаются вправо, успевая лишь коснуться ее плаща. Парни кубарем отлетает вбок, и я успеваю заметить, как Щит снова светится, ловя Меча, и не давая ему больно удариться.

— Какая милость, — хмыкает Рог, и отряхивается от пыли, — следующая пара.

— Стойте! А мы?!

Нападавший парень встает, и тут же дает руку своему напарнику. Я не знаю точно, но замечаю в его глазах триумф — и в следующий момент тот показывает бордовую тряпицу в руках, явно от плаща профессора Рог.