Личный космос
Шрифт:
— Мы могли бы просто обыскать вместо этого дворец, — сказал он. — Мы бы обязательно выкурили Колокольника.
— Если он скрылся, мы никогда не узнаем, кого искать, — возразила она. — Нет. Действуй! Сделай это! Быстрее! Я сейчас чувствую себя так, словно умираю.
Анана лежала на диване. Она закрыла глаза, пока он надевал ей на голову колокол. Затем он держал ее, пока тот не завершил свою работу. Ее дыхание, быстрое и неглубокое из-за беспокойства, через некоторое время замедлилось, веки затрепетали
Подождав несколько лишних минут для гарантии, что колокол закончил пересадку, он мягко снял его с ее головы и положил в шкатулку на полу, после чего связал ей руки и ноги и плотно прикрутил ремнями к дивану.
Он установил ей на голову колокол, содержавший разум Траумграсса.
Когда прошло двадцать минут, он почувствовал уверенность, что передача завершена.
Лицо ее ожило, глаза стали дикими, как у попавшего в силки ястреба, голос остался прекрасным голосом Ананы, но модуляции стали иными.
— Я могу определить, что нахожусь в теле женщины, — произнесла она.
Кикаха кивнул, а затем сделал укол наркотика ей в руку.
Он подождал минуту, а затем стал выкачивать нужные ему сведения.
Для извлечения фактов потребовалось меньше времени, чем для вступления в силу действия наркотика.
Господы ошибались относительно точного числа недостающих Колокольников. Их было пятьдесят один, а не пятьдесят, и Колокольники, конечно же, не посвятили своих врагов.
«Лишним» был Табууз.
Большую часть времени он находился внизу, в лабораториях дворца, где занимался созданием новых Колокольников.
Когда подняли тревогу из-за Кикахи, он вышел из лаборатории. Ему не удалось добиться многого, но он смог помочь Траумграссу нокаутировать Нимстоула, а потом пересадить его.
Траумграсс в теле маленького Господа должен был сделать еще одну попытку убить двух оставшихся врагов Колокольников.
В случае его неудачи Табууз должен был отправиться через врата на Землю со своим колоколом и знаниями.
Там, на Земле, спрятавшись в кишмя кишевшем человечестве, он должен был изготовить новых Колокольников для еще одной попытки завоевания.
— Какими вратами он воспользовался?
— Теми же, что воспользовались Вольф и Хрисенда, — ответил Траумграсс. — Они ведут на Землю.
— Откуда ты это знаешь?
— Мы нашли кодовую книгу и раскололи код и таким образом выяснили, что эти врата ведут на Землю. Табууз получил приказ воспользоваться ими, если чрезвычайная обстановка потребует, чтобы он убрался из дворца в место, где мог бы спрятаться.
Кикаха был потрясен, но, по размышлении, и доволен.
Теперь у него появились две причины отправиться на Землю.
Одна, и самая важная,
Вторая — он должен найти Вольфа с Хрисендой и сообщить им, что они могут вернуться домой, если пожелают. Вольф, несомненно, захочет помочь ему и Анане в охоте на Колокольника.
Он вновь поместил колокол на голову Ананы.
Через пятнадцать минут перекачивание разума Траумграсса в колокол завершилось.
Тогда Кикаха надел ей на голову колокол, содержащий ее собственный разум.
Примерно через двадцать минут она открыла глаза и радостно произнесла его имя.
Некоторое время она плакала, прижимаясь к нему.
Она сказала, что впечатление от пребывания в колоколе такое, словно ее мозг вырезали из головы и поместили в темную бездну.
Она не переставала думать, что с Кикахой может что-то случиться, и тогда она будет заперта в этом колоколе.
Она знала, что сойдет с ума, и мысль о возможности остаться навеки безумной приводила ее в еще большее неистовство.
Кикаха утешал ее, и когда она немного успокоилась, сообщил ей все, что узнал.
Анана сказала, что они должны отправиться на Землю, но им сперва следует отделаться от Траумграсса.
— Это будет легко, — сказал Кикаха. — Я помещу колокол в пластиковый куб и поставлю его в музее. Позже, когда у меня будет время, то есть когда я вернусь с Земли, я доставлю его в Таланак. Можно будет разрядить его в приговоренного к смерти преступника, а потом убить. А пока время давай приготовимся к отправке на Землю.
Он проверил по кодовой книге сведения, данные ему Колокольником.
Врата передавали во врата Южной Калифорнии, без уточнения конкретного места.
— У меня бывали время от времени приступы ностальгии, — сказал Кикаха, — но я преодолевал их. Это мой мир, этот мир ярусов, зеленых небес и сказочных зверей. Земля мне кажется похожей на большой серый кошмар, когда я думаю о необходимости постоянно жить там. Но все же у меня время от времени возникает небольшая тоска по дому.
Он помолчал, а потом сказал:
— Мы, возможно, пробудем там какое-то время. Нам понадобятся деньги. Интересно, припас ли их где-нибудь Вольф?
Банк памяти подземной машины сообщил ему, где найти склад-хранилище земной валюты.
Кикаха вернулся из хранилища со странной усмешкой и мешком в руке.
Он вывалил содержимое мешка на пол.
— Множество американских долларов, — доложил он. — Много стодолларовых банкнот и дюжина тысячедолларовых. Но самые поздние выпущены в 1985 году.
Он засмеялся.
— Мы все-таки захватим их. Возможно, нам удастся продать их коллекционерам. Мы захватим также несколько драгоценных камней.