Чтение онлайн

Три месяца назад Эли Брандт спрашивал ее, не сочтет ли она возможным принять участие в организуемой им конференции, и зачитал имена приглашенных.

— Возможным? — воскликнула Жени, услышав список знаменитостей. — Но это же большая честь!

— Ты создала себе собственную нишу, — объяснил Брандт. — Работаешь над «человеческим» аспектом реконструктивной хирургии.

— Вы очень великодушны, Эли.

— Я хотел бы, чтобы ты написала статью о врожденных уродствах.

— Вы ее получите. И еще раз спасибо за приглашение.

Бостонскую

конференцию запланировали на два дня: она начиналась в десять часов во вторник, а в четыре в среду выступал последний докладчик. Это означало два дня в обществе Эли. Хотя оба они работали в Нью-Йорке, их дорожки редко пересекались. Время от времени говорили по телефону, иногда встречались на профессиональных совещаниях, но главным образом жили в разных мирах. Эли — блистательный хирург, о нем писали журналы мод, и его присутствие в компаниях освещалось в светской хронике.

В самолете Жени почти сожалела, что согласилась остановиться у Чарли и Тору, а не в гостинице вместе с Эли и другими участниками конференции.

Но приземлившись, она тут же забыла о своих сожалениях. Навстречу бежала Тора Джой и кричала:

— Анжени! — так в детской скороговорке звучало «Тетя Жени!» Девочка была уже достаточно большой, чтобы произносить все правильно, но предпочитала привычное детское имя.

Жени бросила чемоданы и подхватила девочку на руки, и Тора Джой ткнулась ей носом в шею. Черноволосая, с темными, как у отца, но более округлыми глазами, она представляла собой сгусток энергии, трепещущей любви. Жени поставила ее на землю и обняла Чарли.

— Моя крестница у вас что надо, — и Чарли ответила ей горделивым кивком.

В машине Тора Джой сидела на коленях Жени и играла с ее волосами.

— Мама говорит, что ты очень красивая. А мама тоже красивая?

— Конечно. И ты красивая тоже.

— Я? — девочка внезапно посерьезнела.

— Т.Дж. начала воспринимать окружающий мир и очень беспокоится о своей внешности, — объявила Чарли.

Дома Т.Дж. повела Жени на экскурсию:

— Вон папины книги. Папа хирург, а мама только сестра.

В конце путешествия Жени раскрыла чемодан с подарками: альбом с фотографиями зверенышей, пушистый свитер, кукла — Т.Дж., казалось, не могла поверить, что такое богатство привалило ей сразу. Жизнь так прекрасна, говорило ее выражение лица.

— А мы были когда-нибудь так счастливы? — спросила Жени, когда Тора Джой понесла к себе в комнату свои новые сокровища.

— Вряд ли, — Чарли собралась на кухню. — Но Т.Дж. доставляет мне небывалое счастье.

— А помнишь свой сон, когда ты еще была беременна? Про девочку, которая тебе говорила, что делать?

Чарли кивнула и улыбнулась:

— Вот как все обернулось.

— Ты все еще каждый день водишь ее с собой на работу?

— Водила, но теперь взяла отпуск, чтобы написать книгу, — Чарли извлекла из холодильника кочан салата. — Об уходе за детьми с

травмами лица. Задумок много, но нет еще твердого контракта… Ты ведь мне обещала! — подняла она глаза на Т.Дж., которая бросилась от двери назад, чтобы дать взрослым поговорить. — Кое-что я набросала, но законченных страниц еще мало.

Жени сидела за столом напротив Чарли и, потягивая вино, смотрела, как подруга готовит еду. За много лет у Жени это будет первый семейный обед. Руки Чарли двигались автоматически, а сама она без умолку говорила:

— Я должна тебе признаться, Жени. Я кое-что сделала без твоего разрешения.

— Без моего? — Жени наблюдала, как руки Чарли месят, отбивают, режут, тянутся за солью и перцем, и представляла собственные руки во время операции. Вот женские руки, подумала она и на мгновение позавидовала Чарли — ее уверенности на кухне. Сама Жени готовила неважно — приходилось готовить лишь для самой себя.

— Да. Без твоего. Я надеялась… Может, я совсем свихнулась. Я мечтала написать книгу вдвоем с тобой. И вот, — она подхватила чищенную картофелину, — я послала копию твоей «Личины, скрывающейся за лицом» — издателю, заинтересовавшемуся моей книгой. И теперь он готов подписать контракт.

— Что ты хочешь сказать?

Чарли бросила картошку в миску с холодной водой и взяла другую.

— Он заявил, что если мы будем работать в соавторстве, он подпишет контракт, не глядя. Хочет, чтобы в книгу были включены и проблемы взрослых. Считает, что сотрудничество врача и сестры придаст вес книге, — Чарли отвернулась, чтобы не прочитать отказа на лице Жени.

Но идея подруге понравилась.

— А как мы будем работать? Ты здесь, а я — там?

— Тору получил предложение, — ответила Чарли и медленно повернулась к Жени. — Из Нью-йоркского ортопедического госпиталя.

— И серьезно думает об этом?

— Очень.

— Так, — Жени еще отхлебнула вина. Она уже продумывала тематику книги: увечье и его влияние на характер человека, объяснение смысла коррективной хирургии, доступной на современном этапе, советы тем, кто живет с калекой — родственникам, друзьям, тем, кто просто общается с ним — сестрам, обществу в целом. — Книга будет замечательной.

— Знаю, — застенчиво произнесла Чарли.

— Может быть… — интуиция подсказывала Жени, что за дело стоит приняться. — Ладно, обсудим это попозже.

Чарли вытерла руки об юбку и крепко обняла подругу. Та ответила на объятия, проникаясь ее энтузиазмом. Время как-нибудь Жени выкроит. Для начала не станет принимать приглашений на конференции и в следующем году запретит себе писать статьи для журналов.

Зазвонил телефон. Т.Дж. вырвалась из своей комнаты, потому что пришел Тору:

— Папа! Папа!

— Привет, дорогой, — Чарли пошла поднимать трубку, — Жени уже здесь.

Тору расцеловал Жени в обе щеки.

— Это тебя, — подала Чарли трубку подруге.