Шрифт:
Не зови уходящее — позволь ему уйти.
Не жди будущее — позволь ему наступить.
Не усложняй — пусть происходит то, что происходит.
Нет, четыре с половиной тысячи метров над уровнем моря — это, конечно, серьёзная высота, поэтому здесь и в конце июня ночью было прохладнее, чем на равнине — в конце сентября. Антон сидел на широкой скамейки обзорной площадки обсерватории, кутался в тёплую
Небо было ещё глубоко синим, но звёзды на нём уже слабели, и гасли. Облака белым штилевым морем лежали ни километр ниже, а восток всё розовел и краснел, дожидаясь восхода Солнца.
Антон встречал светило два раза в год: в день зимнего — декабрьского, и летнего — июньского солнцестояния. Это была его традиция, которую он подарил себе сам восемь лет назад, когда стал штатным сотрудником обсерватории после её строительства и принятия в эксплуатацию. За его спиной на вершине горы пучился в небо гигантский купол новейшего пятнадцатиметрового телескопа. На Земле были и пятидесятиметровые, составные телескопы, а этот с цельным зеркалом, был величайшим во все времена, и ещё надолго, учитывая все сложности его изготовления.
…Солнце уже было где-то рядом, под горизонтом, когда Антона отвлекли. Он сначала почувствовал вибрацию во внутреннем кармане куртки, а потом и приглушённый требовательный звонок. Он достал планшет, связывавший его с родной лаборатории, и посмотрел на его дисплей, пытаясь понять причины экстренной автоматической связи.
На дисплее было что-то невразумительное для не спавшего всю ночь, и слегка замёрзшего мозгами на вершине высокой горы. Тогда Антон прямо с планшета позвонил коллеге.
— Игорь, зайди ко мне в лабораторию и посмотри, что там не так. Она меня отвлекает своим звонком…
— Соскучилась, наверное… — насмешливо предположил Соколовский. — А у тебя там как свидание с Гелиосом?
— Уже вот-вот… Ты же понимаешь, не могу я именно сейчас всё бросить, и мчаться куда-то на разборки. Традиция всё-таки…
— Понимаю. Любуйся своим SUNSHINE, а я загляну в твою обитель. Звякну оттуда.
— Договорились! Спасибо, дружище!
Антон положил планшет рядом на лавку, и снова стал смотреть на восток, из-за которого уже выглядывал долгожданный край Солнца…
…Планшет зазвонил в формате телефона.
— У тебя там всё?.. — спросил Игорь напряжённо.
— Да, историческая встреча состоялась! А у тебя там что? У меня?..
— По телефону я внятно не объясню. Требуется твоё персональное присутствие.
— Это личное, или глобальное?
— Это очень похоже на переворот в астрономии… — пространно намекнул Игорь. — И на заворот её кишок…
— Бегу! — встрепенулся
Он нетерпеливо вскочил со скамейки, в последний раз глянул на уже почти целиком взошедшее Солнце, и заспешил на работу вверх по ступенькам, к вершине горы. Триста шестьдесят пять ступенек, как и дней в году. Сто пятьдесят — бегом, столько же — пешком, и оставшиеся — почти ползком. Четыре с половиной километра над миром — не шутка. Кислороду для полноценного дыхания уже не хватает, и тут даже с регулярными тренировками было не особо комфортно…
…Игоря Антон застал в своей лаборатории окаменело стоящим перед большим монитором.
— И где у тебя тут революция? — азартно поинтересовался Антон, повесив на вешалку куртку. — Почему — без меня?
— А вот она, — Соколовский показал рукой на монитор. — Во всей своей стихийной красе!
Антон несколько минут изучал картинки на мониторе, таблицы на нём же, и показания других приборов.
— Я что там, перегрелся?.. — спросил он растерянно. — От холода?.. Мне это мерещится, или всё — на самом деле?..
— Аппаратура не страдает галлюцинациями, и не звонит по этому поводу своему шефу…
— Значит, в Солнечной системе на самом деле появилась новая планета?.. Ниоткуда?..
— Вторая Земля, если быть точнее… — поправил его Игорь.
— Которая находится на той же орбите, но в противоположной от Солнца её точке…
— И имеет массу, до сотого знака после запятой совпадающую с массой Земли плюс Луны.
— И где она?.. Эта сестра — близнец Земли?..
Антон понажимал клавиши на клавиатуре, и кнопками на приборах.
— Она невидима…
— А так разве бывает? — усомнился Игорь.
— Теперь так есть… — сказал Антон растерянно.
— Но это же невозможно! Мы — почти тринадцать тысяч километров в диаметре! При увеличении космического телескопа в пятьсот раз на второй Земле можно было бы разглядеть многие детали её поверхности!
— Может, она и в самом деле — невидимка? — предположил Антон. — Вместе с Луной…
— На снимках нет тёмного пятна, а видны звёзды, — слегка растерянно сказал Соколовский. — Планета что, пропускает свет сквозь себя?
Антон ввёл запрос в компьютер.
— Нет, дело тут совсем в другом. У новой планеты массой с Землю — бесконечно малый диаметр. Просто гравитационная точка, висящая в Пространстве…
— Чёрная дыра весом с нас? — выдвинул предположение Игорь. — Но откуда она взялась?
— Всплыла из иного измерения. В то время, когда я любовался восходом Солнца…
— Нет, ты ошибаешься. Всё произошло часы назад. Просто аппаратуре потребовалось время на то, чтобы получить результаты, обработать их, и только после этого поднять шум.