Левит
Шрифт:
– А что ты так нервничаешь? Неужели дела так плохи?
– Сейчас должна приехать Сапожникова, все вы ее знаете. Помните тот разбитый «Фольксваген»? Она берется представлять наши интересы в суде.
– В суде!? Это значит, что мэрия на нас положила!
– Именно так.
– Мужики! Нужно собирать манатки и думать каждому о себе.
– Ну, я думаю, что Михалыч ещё не все свои возможности исчерпал – в разговор вступил Ваня Плохов – о себе думать, конечно, надо, но вместе мы фирма «Розенгольц», а отдельно мы Ваня, Андрей, Толгат и Игорек. Вы мою мысль улавливаете?
–
– Ребята, не будьте крысами! Корабль ещё не тонет. Михалыч, чего молчишь?
– Мужики! Я могу вам сказать только одно – буду бороться до последнего патрона. Вас это устроит?
– А хрен его знает! Это, смотря когда у тебя патроны кончаться!
– Это у кого тут патроны кончились? – весело спросила Татьяна Сапожникова, входя в кабинет – У вас Борис Михайлович?
Мои партнеры заулыбались, и стали неторопливо выходить из маленького помещения.
Таня неотразимо действовала на мужской персонал нашей фирмы. Уж не знаю, когда она успевала сделать такой качественный макияж и прическу, но мои ребята просто столбенели, глядя на неё. Так произошло и сейчас, её появление моментально вселило в них надежду на хороший исход дела. Усевшись прямо напротив меня, Таня спросила:
– Документы готовы?
– Сейчас принесут. Наташа, чашку кофе для меня и зеленый чай для Татьяны Владимировны!
– Не любит меня, Боря, твоя секретарша. Не сразу пустила к тебе. Сказала, что ты совещание проводишь. Не любит. Или тебя слишком любит?
– Оставь Татьяна, она девчонка совсем.
– Она может быть и девчонка, а ты лопух.
В это время Людмила принесла нужные документы, и наш разговор переключился на интересующую нас обоих тему. Татьяна утверждала, что выиграть такой процесс можно, хотя и очень трудно. Мы прошли с ней каждый пункт договора, каждую строчку протокола намерений. Она проверила все наши платежки, касающиеся помещения. Я сказал:
– Теперь, про оплату твоих услуг, Татьяна……
– Молчи, Борис, если хочешь, чтобы я вела это дело! Когда мне было очень-очень хреново, кто мне помог?
– Ну, это было естественно……
– А теперь я, естественно, помогу тебе. Нет, все текущие расходы по иску вы, конечно, оплатите, так требует закон, а остальное посмотрим потом. Устраивает?
– Хорошо, на первом этапе, мы договорились. Остальное решим потом, если дело выгорит.
– Вот и хорошо. Кстати, от Ладки тебе огромный привет. Документы я забираю и, пусть мне сделают полную доверенность на защиту интересов вашей фирмы в суде. Это обязательно. Все. Об остальном буду информировать. ОК?
– Хорошо. Буду ждать, Таня.
– Такие слова, да по другому бы поводу! Ладно, Боря, поехала.
И она умчалась, как ракета средней дальности. Оставив после себя только легкий запах умопомрачающих французских духов Turbulences.
На следующий день она опять приехала и попросила оплатить чек на госпошлину по принятию иска в судебное производство. Заседание планировалось провести через неделю. Казалось бы, все идет, так
Неделя прошла прекрасно. Ребята работали как никогда. Клиенты шли такой стойкой и постоянной толпой как будто знали, что над нами нависли административные тучи. Тем не менее, фирма ЖАСМИН осваивала строительную площадку около нашей станции. Пару дней я наблюдал из своего окна ударную работу геодезистов. Они расставляли свои буссоли, дальномеры, тахеометры, теодолиты и усердно размечали будущую строительную площадку.
Нас они как будто не замечали. В непосредственной близости от станции оформили склады сборного железобетона и привезли туда огромные фундаментные плиты, весом не менее двадцати или тридцати тонн. И разный другой железобетон.
Мы были уверены, что выиграем процесс, поэтому каждый день начинался в предвкушении радостных вестей. Работа шла отлично. Клиенты были довольны. Создавалось такое впечатление, что весь город решил обслужить свои автомобили у нас. Образовалась очередь, и пришлось открыть ещё один пост для проверки развала-схождения колёс. Мой верный заместитель Иван перестал говорить о грядущих неприятностях и уже дважды приходил с хорошими предложениями по улучшению нашей деятельности. Смущало только одно – Татьяна не звонила, но и время «Ч» ещё не пришло.
Отсутствие информации навевало какое-то нервное спокойствие и веселость. Мы уже не думали о возможных бедах. О том, что суд ведь может быть и проигран. Нет! Простые радости от спокойной работы, достойной зарплаты и приятного общения с клиентами как-то сами собой затмили собой все.
Однажды вечером я засиделся на работе позже обычного. Накопились текущие вопросы, да и на перспективу хотелось немного подумать. Вышел из кабинета, совершенно усталый, часов в девять вечера и с удивлением узрел, что мой верный секретарь Наташа тоже сидит за рабочим столом и по-стахановски раскладывает документацию по папкам.
– Что случилось, Наташа? Неужели в течении дня не хватило времени?
Наташа подняла на меня свои большие серые глаза и лучезарно улыбнулась.
– Представьте себе, Борис Михайлович, не хватило. Но вы, же подвезете меня домой?
– Конечно. Ты не голодна? Как насчет поужинать с директором в каком-нибудь ресторанчике, где вкусно готовят?
– Ужасно голодна.
– Какую кухню предпочитает мадемуазель? Японскую, кавказскую, русскую или, например, итальянскую?
– Ну-у-у-у, русская, пожалуй, на ночь будет тяжеловата. Кавказская тоже. Пусть будет японская.
– Значит, будет японская. Поедем в ресторан, который открыли корейцы из Узбекистана, но готовят они там исключительно суши и сашими.
Мы выключили свет в офисе и тщательно закрыли двери. Ключи сдали ночному сторожу, дяде Ильгизу Габдулахатовичу и поехали в ресторан «Ким-сан». В меню, к радости, Наташи, оказались не только суши и роллы, но и очень горячие супы, острейшие салаты и многое другое. Моя спутница с восторгом выбрала себе яства, а потом и мне тоже помогла определить с ужином.