Чтение онлайн

— Хорошо, но можно я сама ее опустошу? — Он колебался, и я мило попросила: — Ну, пожалуйста?

Он подумал какое-то мгновение, а затем передал сумку мне.

— Ладно, но ты сделаешь это здесь. Прямо передо мной.

Проклятье! Мне надо было лишь незаметно скрыть кое-что. Одну за другой я вытаскивала вещи из сумки. Две футболки, потрепанный мужской свитер, который хорошо помогал в холода, пара черных джинсов с дырками на ногах, пара серых носков и...

Быстренько схватив их, я попыталась засунуть вещь

в мой карман, но его рука схватила мое запястье, останавливая. Он крепко сжал мою руку, но я не сдалась.

— Покажи мне.

Гордость держала меня в своих сетях. Мои щеки покрыл румянец.

Лев сжал достаточно сильно, чтобы остались следы, и я вздрогнула.

— Показывай.

Я вытащила их из кармана и бросила на кровать. Подавлено произнесла:

— Трусики. Просто трусики.

Он взглянул на черный шарик из материала на кровати, прежде чем перевернул мою сумку вверх дном и потряс ее. Маленький швейцарский ножичек, который я нашла на улице, выпал из бокового кармана. Я тут же попыталась защититься:

— Он тупой.

Мужчина поднял его и внимательно рассмотрел.

— Ты все же могла бы воткнуть его в кого-нибудь, если потребовалось бы, — он положил его в свой карман. — Тебе он больше не нужен.

Ну конечно, не нужен. А что насчет моей души? Хочешь и ее тоже? Она ж мне тоже не нужна.

Естественно, я была благодарна, но по-прежнему не понимала мотивов этого парня.

Подняв мою сумку, он засунул туда обратно одежду, затем закинул ее на плечо.

— Пошли, — приказал он, и я покорно поплелась за ним. Дверь слева, следом за книжной полкой во всю стену, была открыта, и вид ванны, душа, шампуня и мыла послал приятную дрожь по всему телу.

— Ты можешь помыться здесь. Не торопись. — Он отступил и добавил: — Только прошу, чтобы ты не запирала дверь. Я не войду, пока ты не попросишь. Когда я позову, пожалуйста, ответь, или я решу, что тебе нужна помощь.

Это звучало приемлемо. Но я все же спросила:

— Ты обещаешь не входить?

Его холодные глаза пригвоздили меня к месту.

— Я не ищу перепихона, — на мой пристальный взгляд, он пробормотал: — Я не войду. Пока сама не попросишь.

— Поверь мне, не попрошу, — я вошла внутрь и начала закрывать дверь, но она резко остановилась.

Глаза цвета светлого виски уставились на меня.

— Сними одежду и подай ее мне через приоткрытую дверь. — Я только собралась спросить «зачем», самым едким тоном, когда он продолжил: — Я положу ее в стиральную машинку с другой одеждой.

Дверь закрылась, и я сняла одежду, обернула вокруг себя пушистое полотенце, повернула ручку, выбросила одежду наружу и крикнула:

— Спасибо.

Молчание, затем:

— Не за что.

Лев оставил меня в покое, пока я наполняла ванну горячей водой и мужской пеной. Я взглянула

на ванну, прежде чем посмотрела на себя в зеркало.

Я была грязной. Чумазой.

Как бы сильно я не хотела забраться в ванну, я решила сначала ополоснуться под душем, и в тот момент, как теплая вода скользнула по моей обнаженной коже, согревая меня, что-то между смешком и всхлипом покинуло мои губы. Когда я подняла лицо к струям, меня поглотило ощущение удовольствия, затем я вытянула руки и нанесла шампунь на волосы, массажируя кожу голову. И я даже улыбнулась, хотя и неуверенно.

Я продолжила смывать с себя четыре месяца грязи. Сказать, что это было приятно, было бы приуменьшением века.

Это ощущалось божественно.

Сполоснувшись в душе так быстро, как это возможно, я вышла из него и забралась в ванну, аккуратно входя в горячую воду и смывая с себя одинокие ночи в холодном переулке.

И как и обещал, Лев не вторгся.

6 глава

Мина

Зеркала не лгут. Они могут поднять самооценку, но также могут быть жестокими и грубыми.

Зеркало в ванной Льва было мерзкой стервой.

Оно показывало каждую рану, каждую неровность кожи и каждую выпирающую кость так, что это шокировало даже меня. Зато мои волосы были чистыми и я, возможно, пахла как мужчина, но неприятный запах пропал. Я вымыла лицо дочиста, оно стало приятного оттенка розового, трехдневный макияж исчез с лица и ресниц, что было просто отлично.

Пришло время выбираться из ванной, и я быстро поняла, что у меня не было одежды. Я немного приоткрыла дверь и высунула голову, выпустив пар из помещения.

— Лев?

Он вошел в комнату и, смущенная своей наготой, я захлопнула дверь. Он легонько постучал.

— Мина?

— Эй, — начала я. Я смотрела на дверь, нервно скручивая пальцы. — Приветик, — я закатила глаза на свое глупое поведение и сделала глубокий вдох. — Я тут поняла, что у меня совсем одежды нет и... — я с трудом сглотнула комок в горле и тихо продолжила: — Мне нужна одежда.

Он долго не отвечал, но затем вновь постучал.

— У меня нет женской одежды, но думаю, вот это подойдет на ночь.

Я приоткрыла дверь, прячась за ней, и его огромная рука просунулась в щелку. В его руке была белая рубашка. Поблагодарив его, я ее взяла. Я надела ее и застегнула пуговки. Все это навеяло грусть. Когда-то у меня были изгибы, которые могли прекрасно заполнить рубашку. Она была похожа на простыню на мне. Я посмотрела вниз на свои ноги и задалась вопросом, почему я думала, что тот излишек веса, который раньше у меня был, казался тогда неправильным. Было очень печально видеть, как торчат коленки под бледной кожей.