Чтение онлайн

— Осторожно, дорогая. Мы избавились от одной камеры, но это вовсе не означает, что других не осталось.

Напоминание было своевременным: она и впрямь вышла из роли.

— Разумеется. Но боюсь, что потребуется минута-другая, прежде чем я смогу взять себя в руки и изобразить обожающий взгляд.

Реймонд тихо рассмеялся.

Патрик принес клубнику: огромные ослепительно-алые ломтики, изящно уложенные на хрустальном блюде в окружении матового соуса из взбитых сливок и апельсинового ликера. Реймонд отобрал у Барбары вилочку и принялся собственноручно

кормить свою спутницу ягодами.

По крайней мере, с надеждой подумала она, когда эта очаровательная для зрителей сцена наконец закончилась, сегодняшним своим заявлением магнат существенно ускорил события. Может быть, не так уж эта затея и нелепа, как показалось в первое мгновение. Если газетчики клюнут на приманку и ринутся на поиски мифического брачного свидетельства…

Нет, надеяться глупо. Желтая пресса живет по своим законам, и если Адамс наивно полагает, что газетчиков легко водить за нос, его ждет разочарование.

Несколькими часами раньше, проходя через вестибюль, Барбара не обратила внимания на казино. Шум, толпы народу, ослепительно перепивающиеся огни — примерно так представлялось ей святилище азартных игр. Теперь, остановившись в сводчатом проеме, Барбара с любопытством оглядывалась по сторонам, пока Адамс что-то говорил охраннику у входа.

Насчет огней она не ошиблась: зеркала, хрустальные канделябры и позолота наводили на мысль о дворце. Но остальные предположения не подтвердились; несмотря на то, что в посетителях недостатка не было, зал оказался весьма просторным, и ощущения тесноты или давки не возникало.

Сто или более игральных автоматов, расставленных вдоль стен, наполняли зал ритмичным пощелкиванием, которое перемежалось звонками и гудками. В центре зала распорядитель выкрикивал какие-то загадочные цифры, а скрытые в потолке громкоговорители призывали того или иного посетителя подойти к стойке. Перекрывая приглушенный гул голосов, игроки перебрасывались только им понятными жаргонными словечками — отрывисто и кратко.

Охранник ответил на вопрос Адамса — самого вопроса не было слышно — и уставился на Барбару с явным интересом. Должно быть, сплетня о захватывающих событиях в ресторане уже распространилась по всему отелю.

Реймонд взял спутницу под руку.

— Попытаешь счастье в «двадцать одно»?

— Спасибо, не хочется, — проворковала Барбара. — Прогулка с тобой заменит мне любую азартную игру.

Магнат рассмеялся.

— Тогда просто постой рядом: ты принесешь мне удачу. — Он послал к кассиру за фишками, а сам уселся за ближайший карточный столик.

Барбара встала подле и положила руку ему на плечо, надеясь, что поза выглядит достаточно интимно. Не успела она решить для себя, как следует пойти, Реймонд уже сделал свой ход, вызвавший бурную реакцию среди игроков. За несколько минут Адамс выиграл, проиграл, а затем снова выиграл баснословные суммы. Ритм игры завораживал, и Барбара придвинулась ближе, стараясь понять профессиональный язык картежников.

Реймонд завладел кистью своей спутницы, прижал ее к груди, так что узкая ладонь

легла на ткань ослепительно-белой рубашки как раз над сердцем, и удерживал там, продолжая играть одной рукой.

— Это так ты развлекался прошлой ночью? — полюбопытствовала наконец Барбара. — До рассвета играл в «двадцать одно»?

— Ну-ну, любовь моя, — прошептал Реймонд, не отрываясь от карт. — Неужели я взял в жены ворчунью? — В голосе его слышались нежные, ласкающие нотки.

Крупье во все глаза воззрился на Барбару: должно быть, еще не слышал последней сплетни и едва не выронил карты.

— Впрочем, ты права: на свете есть немало других достойных развлечений, — прошептал Адамс. И закончив игру, собрал фишки, бросив несколько штук крупье в качестве «чаевых». Лишь удалившись от игроков на несколько ярдов, он ехидно заметил: — Вот теперь слухи станут распространяться, словно лесной пожар.

— Всегда рада услужить, — отозвалась Барбара сквозь зубы. Интересно, является ли замечание насчет жены-ворчуньи частью продуманного плана? Может статься, все кончится тем, что Адамс объявит, будто ее вечные придирки разрушили их счастье, и намекнет, что грядет развод.

Впрочем, какая разница, чем все закончится. Важно сохранить инкогнито, чтобы карьера не пострадала…

— Что-то не так? — поинтересовался Реймонд.

— Что ты! — воскликнула Барбара не без сарказма. — Я почтительно восхищаюсь твоим гением. Ты не только поразвлек сплетников, но и изрядно обогатился. Что за изощренная месть!

— Верно. Ну не чудо ли: чем меньше меня заботит исход игры, тем вернее я выигрываю.

Рядом защелкало, вращаясь, колесо рулетки, постепенно замедляя бег: шарик весело подпрыгивал, затем попал в лунку и замер неподвижно. Барбара остановилась и пригляделась.

Реймонд приподнял бровь.

— Твоя любимая игра?

— Будь я любительницей азартных игр, меня бы, наверное, увлекла именно рулетка, — созналась она.

Адамс покачал головой.

— Вот почему хозяева казино обожают таких, как ты. Поверь, радость моя, единственный, кто выигрывает в рулетку, — это владелец колеса.

— Но ведь то же самое можно сказать о казино в целом! Заведение всегда в выигрыше.

— В конечном итоге, да. Не будь дело прибыльным, казино перестали бы существовать. Однако есть игры, в которых у игроков больше шансов сохранить свои деньги, и рулетка не из их числа.

— Ты не любишь рулетку?

— Предпочитаю тратить время на игру, в которой, по крайней мере, требуется известная доля сообразительности. — Реймонд посмотрел в сторону выхода и перевел задумчивый взгляд на спутницу. — Как насчет того, чтобы выпить напоследок по бокалу вина в баре?

— И слегка приумножить сплетни? — Барбара вздохнула. — Если это необходимо, то пошли, но у меня и без того голова кружится от шампанского.

— Надо было доесть утку. Если хочешь, на сегодня можно и закончить. Думаю, поставленной цели мы добились, а слишком далеко заходить и впрямь не следует — возникнут нежелательные вопросы.