Чтение онлайн

Постановщик трюков совместил несколько школ выдающихся мастеров средневековья и дал мне основы, без которых я бы выглядел деревенским увальнем с дубиной. Мне приходилось выполнять по двадцать раз один и тот же укол, а потом, меняя стойку, делать двадцать повторений другого удара. За те полтора месяца я выдохся сильнее, чем за несколько лет качания железа. Однако теперь я имел фундамент и знал основные стойки и приемы фехтования длинным двуручным мечом.

Маг Кост'oнтис в магическом мире так же постоянно занимался, и его тело было привычно к нагрузкам и тяжести клинка, так что выходя на

поединок с Баратией, я был уверен в победе. Я, конечно давно не махал такой бандурой, но кое-что помню. У меня две любимые стойки имелись: «глупец» и «плуг». При одной клинок был опущен вниз для мгновенного выхода на диагональную атаку снизу вверх, а когда мне приходилось защищаться, я поднимал меч на уровень пояса и слегка прижимал правый локоть к боку. Из так называемого «плуга» очень хорошо получались различные блоки с последующей контратакой. Разумеется, ассом я себя не считал, но эта женщина не должна доставить много хлопот. Логика проста: два ее клинка короче, чем стандартный меч-каролинг, а длинный двуручник имеет преимущество и его обладатель может атаковать противника с дальней дистанции. Это большой плюс, так что сейчас Михаил Евгеньев покажет класс, и местная валькирия окажется повержена. Ну-с, начнем не торопясь.

Хрясть. Бум. И я на земле. Не понял? Это что такое было?

Баратия скупо улыбнулась и предложила подняться на ноги. В этот раз я следил за ее движениями, но все равно прозевал момент атаки. Да, правый меч я отвел в сторону, но левый клинок уперся мне в живот. Ну я так не играю. Третий раунд. В этот раз я атаковал и попытался достать ее уколом из «гневного острия», — когда рукоять поднята над головой и меч направлен в сторону противника. Но женщины от природы более гибкие, чем и воспользовалась Баратия, отклонив корпус и приблизившись ко мне вплотную. Толчок, подножка и вновь я собираю пыль на камзол.

Несколько раз я падал или получал удары. В конечном итоге я перестал бросаться как бык на красную тряпку и начал выстраивать поединок как разумный мечник. Используя разнообразные приемы, которые мне показал руководитель группы каскадеров, я добился первой победы. И это после десятка поражений подряд. Позор на мою седую голову, мужчину побила девчонка!

Меня захватил азарт боя, и я расслабился и перестал продумывать последовательность действий, предоставив интуиции импровизировать. Применяя стандартные приемы, я загнал себя в определенные рамки, но в настоящем бою не бывает правил, так что пришлось использовать грязные приемы.

В принципе Баратия сама не помышляла о благородстве, применяя подсечки и удары по ногам. Я много раз получил по нижним конечностям и начал хромать. Однако у фехтования длинным мечом есть одна нехорошая особенность, если противник сократил дистанцию, то его можно ударить перекрестием в голову. Я, разумеется, только отметил попадание, но Баратия отпрянула и округлила глаза от удивления. Несколько раз я завершал раунд на близкой дистанции и пару раз вывернул ей руки, при этом со стороны эта поза казалась двусмысленной.

Не знал что «непоколебимая скала», изображающая «замороженную рыбку», может краснеть как помидор. А в таком вида она очень симпатичная, но чертовски злая. Баратия продемонстрировала гнев и ярость, бросившись

в безрассудную атаку. Подловить разъяренного человека легко, но если ты не собираешься его убивать, то лучше нейтрализовать противника как-нибудь тактично, например, сместиться с линии атаки и, проскользнув за спину провести залом, полностью обездвижив бешеную фурию.

— Хватит! — резко прозвучал голос ведуна. — Мих-Кост'oнтис, собирайся.

Я и сам хотел прекратить это издевательство над старым организмом, но так даже лучше. Радует, что в сегодняшнем противостоянии мне удалось размочить счет и оставить последнее слово за собой. А ведь как напыщенно я рассуждал о длине мечей и слабой женщине. М-да, век живи, век учись. Не стоит судить книгу по обложке, а противника по хозяйству в штанах. Вон Баратия меня по земле поваляла, а у нее нет большой силы присущей альфа самцам. В бою на мечах главное трезво оценить противника, и только потом важна сила и ловкость.

К дворцу мы подошли вдвоем с ведуном. Он вошел внутрь, и я последовал за ним. Видимо я много пропустил, не оставшись на вечерний пир, плавно переходящий в оргию. На столах и в разных закутках валялись свободные ванны из охраны конунга в обнимку с местными невольницами. Вообще-то день на дворе, а они до сих пор спят. Непорядок. Меня удивил рыжий детинушка, обнаруженный со спущенными штанами возле обнаженной девицы. Рядом с этой парочкой сверкая пятой точкой посапывал Уль-найденыш. Они что любовь втроем практиковали? Я не ханжа, но насколько мне известно, актрисы из категории фильмов для взрослых перед подобными сценами тщательно чистят животик. Любопытно, а эта невольница хотя бы умывалась?

Я в жизни многое повидал, а маг Кост'oнтис перед ссылкой на край света принимал участие в подобных развлечениях, но то что произошло тут, слегка не укладывается в рамки менталитета ваннов. Ладно если бы два-три человека возжелали любви и не дотерпели до сеновала, но когда двадцать воинов вдруг набросились на невольниц с целью утолить возникшее желание, это наводит на определенные мысли. Любопытно, а что они пили?

Ведун взял со стола какой-то кувшин и принюхался к содержимому. Сделав глоток, он сразу выплюнул и сказал:

— Любовное зелье.

Я с недоумением посмотрел на спящих ваннов и невольниц. Зачем кому-то переводить дорогой продукт на обычных воинов? Ответ пришел незамедлительно. В зал вбежал разъяренный конунг и схватил меня за грудки заорал:

— Где она?

— Кто? — удивился я.

— Фая!

— Не знаю.

Ведун положил руку на плечо Аль-йорда и тихо сказал:

— Он всю ночь у меня был.

— Мне доложили, что его видели на реке. Он кого-то в лодку на носилках перенес.

— Это Мида его родившую невольницу увезла, — объяснил ведун. — Ушла до заката. А ты Фаю на пиру видел. Значит, Мих-Кост'oнтис не виноват.

— Точно? — неуверенно спросил конунг.

— Он до утра никуда не выходил. А Фая действительно пропала? Она пила за столами?

— Нет, — ответил Аль-йорд. — Она ушла в покои. Я напился и ходил ее искать, но в спальне не нашел. Я повалял рабыню и уснул. Утром проснулся, а Фаи нет. Куда она делась?

— Странное дело, — проворчал ведун. — А по какому поводу был пир?