Чтение онлайн

Чарли положила трубку и вздохнула с облегчением.

– Редко получаешь такое удовольствие от разговора со специалистом, который знает свое дело. Очень приятный человек, – прокомментировала Чарли, обращаясь к Сэму, своему надежному постояльцу. Сэм лежал, свернувшись, на плетеном коврике. Приоткрыв один глаз в знак признания чьей-то компетентности, он снова заснул.

На следующий день документ ей доставил чумазый, но энергичный юноша лет четырнадцати, назвавшийся Фредди.

– Перебраться через мост ничего не стоит, только скользко и грязно, но это ерунда. Рабочие сказали,

что завтра или послезавтра они положат временный настил, чтобы можно было пройти. Нет, мэм, проехать на машине по нему нельзя, но пройти можно.

Получив пятидолларовую купюру, он, довольный, уехал, насвистывая дикую африканскую мелодию.

Чарли постояла в дверях, глядя ему вслед и держа в руке три копии документа. Один – для Фила, второй она повесит на ограде, а третий будет всегда носить при себе: Так гласило указание юриста. Документы были доставлены вовремя, так как у ограды в третий раз за день появился Фил. Но теперь он не остановился, а подбежал к двери и спросил:

– Я хотел вас видеть. Сэм у вас?

– У меня.

Если предстоит схватка, то лучше начать здесь. На всякий случай она спрятала все три копии за спину. Пусть скажет все, что ему нужно, а потом у нее будет достаточно времени, чтобы вывесить одну копию на ограде, а одну отдать ему.

– Сэм!

Свинья даже не пошевельнулась на зов хозяина.

– Зря стараетесь, – холодно заметила Чарли. – Ваша свинья решила остаться у хороших людей.

– И я тоже. Мне очень жаль, Чарли, что тогда на пляже я выглядел таким занудой. Я вовсе не такой, просто мне противно было слышать про парня, с которым вы встречались.

– Про Джеймса?

– Ага. Надеюсь, вы простите меня, потому что я... – Наступила долгая пауза. Фил походил на обреченного, которого палач собирался повесить. Проглотив слюну, он продолжил:

– Потому что я люблю вас, Чарли Макеннали.

– Я не верю своим ушам, – отозвалась Чарли, – мне послышалось, будто вы сказали...

– Я тоже на днях не поверил своим ушам. А послышалось вам вот что: я люблю вас, Чарли! Л-ю-б-л-ю! Лэ, ю, бэ, лэ, ю!

– Я поняла, хотя вы не совсем правильно произносите, – ответила Чарли и заплакала.

– Что, черт возьми, я опять не так сделал? – В недоумении он нахмурился, на лбу пролегли морщины.

Чарли терпеть не могла, когда он хмурился – тогда он выглядел на все сорок пять, а не на свои тридцать четыре.

– Вы все сделали как нужно, – поспешила заверить его Чарли, – а плачу я от счастья.

– А! – продолжал недоумевать Фил. – Вы счастливы, значит, это слезы радости.

– Один из ваших многочисленных недостатков, Филип Этмор, заключается в том, что вы слишком много говорите. Поцелуйте меня, – решительно сказала Чарли.

– Разумеется, – вздохнул он. – Как я сам не додумался! – И поцеловал ее.

Лишь через несколько минут Чарли, едва переводя дух, объявила Сэму:

– Манна небесная!

У нее покалывало в позвоночнике и вообще что-то непонятное творилось внутри. Черт подери этого Фила, но пусть он целует меня снова и снова, подумала она.

Однако Фил, вместо того чтобы любоваться произведенным впечатлением, вдруг отпустил ее и бросился к себе. А когда он вернулся,

Чарли уже справилась с охватившими ее чувствами. Фил достал маленькую синюю коробочку для драгоценностей, Чарли ее открыла и увидела внутри платиновое кольцо с брильянтом, которое пришлось как раз на средний палец ее левой руки. У Чарли перехватило дыхание, и, плюхнувшись на диван, она снова заплакала. Ей вторила подошедшая миссис Сатерленд.

– Я надеюсь, что это слезы радости, – сказал Фил Сэму и долгое время потом клялся, что в глазах Сэма тоже стояли слезы.

И все же Чарли не совсем потеряла рассудок. Ордер на пресечение действий чуть не прожег ей дырку в кармане, она было хотела его разорвать, но потом сказала себе, что Фил такой непостоянный, так что ордер пока лучше оставить. И потому осторожно, стараясь не привлекать внимания, засунула все три копии распоряжения по штату Массачусетс под диванные подушки и снова залилась слезами.

Потом Фил, Чарли и Сэм нанесли визит в рыболовную компанию Этморов, где ошарашили Клодию Сильвию: события развивались даже быстрее, чем она ожидала. Сомнений в том, что Чарли Макеннали замечательная девушка и что именно такая нужна ее Филу, у Клодии не было. Поэтому она заявила своему шефу:

– Отправляйся-ка на завод и займись там делами. У нас с Чарли женский разговор. Фил ушел, не возразив ни слова.

– Он хороший мальчик, – сказала Клодия, смахивая слезу с кончика носа. Когда его мать сбежала с местным дурачком. Фила это потрясло. А потом умер отец, и ко всем этим бедам – почти обанкротившаяся компания. Пришлось подставлять плечо. И еще эта дура Эмилия, на которой он собирался жениться. Узнав, что денег нет, она тут же исчезла. А Фил работал и учился на вечернем отделении Гарвардского университета. Подгонял нас и сам работал до изнеможения, не зная ни минуты отдыха.

О его холостяцких вечеринках, продолжавшихся по три дня, Клодия решила не говорить.

– Я ничего не знала об этом, – удивилась Чарли. – Он всегда такой одинокий. Даже среди толпы кажется одиноким.

– Тринадцать лет его единственной целью была работа и только работа.

– Не сомневаюсь, что так оно и есть. Я ведь всего девять месяцев живу по соседству, – сказала Чарли, а Клодия закашлялась и покраснела. – Не пойму только, зачем вы все это мне говорите.

– Потому что хочу, чтобы у вас и у моего мальчика была счастливая жизнь. Я догадываюсь, Чарли, что у Фила было много женщин. Могу я вас так называть? Шарлотта Макеннали кивнула в знак согласия. – Так вот, я часто думаю, что, хоть Фил внешне и кажется мягким, сердце у него пиратское. И вы, девочка, будьте начеку!

– Хорошо, что он знает женщин, – прошептала Чарли, – потому что я совсем не знаю мужчин. Я купила книгу о браке и всяких таких вещах. Там, правда, нет картинок.

– Ничего, дорогая, – успокоила ее Клодия. – Интуиция вам подскажет, что надо делать. Но следите за ним! Как только он напустит на себя невинный вид значит, что-то задумал.

Тут как раз, насвистывая, вошел Фил.

– Итак, дамы, вы наговорились?

– Наговорились. Мы с твоей мамой, то есть с Клодией, очень хорошо потолковали о тебе. У тебя уши не горят?