Летающий полководец

Летающий полководец

The Flying Warlord

Франковски Лео

Frankowski Leo

1

ПРОЛОГ

–

Дерьмо! Это наконец-то случилось, - сказала она, - Сто лет отслеживания маршрутов

миграции древних людей по Африканской равнине подошли наконец к концу! Это так здорово

осознавать, что я почти тебя больше не ненавижу!

– Ну, не стоит так радоваться. Ты заслужила каждую минуту за то, что отправила

двоюродного брата начальника в тринадцатый век, а парень даже не знал, что возможны

путешествия во времени. И ты заслуживаешь двойного наказание за то, что меня в это впутала.

Давай, засовывай свое костлявое тело в этот ящик. Время дорого!

– Съешь свое сердце! Я получу назад мое прежнее сексуальное тело и буду принимать

ароматные ванны и, пока ты будешь есть падаль, я буду объедаться омарами, нью-йорскими

чизкийками и...

Он запечатал ее в стазис-камеру, а затем наблюдал обратный отсчет до нуля

на временной транспортной канистре.

Прозвучал сигнал и он открыл капсулу, вытащив своего нового подчиненного, даже

не взглянув на него, и начал загружать внутрь свою предыдущую начальницу. Было очень

дорого держать капсулу в 2 548 850 году до н.э, поэтому правила требования подготовить ее

к отправке как можно быстрее.

Он почти что поместил ее внутрь, когда что-то показалось ему очень и очень

неправильным. Он внимательно посмотрел на тело, которое только что извлек. Он поперхнулся, а затем его стошнило и вырвало на пол.

Затем он выключил стазис-поле капсулы своего босса.

– Вишневый пирог! Эй! Что за хрень? Почему я до сих пор тут? Осел, ты держишь

капсулу! Ты понимаешь, сколько это стоит?

– Ну что ж, владелец имеет много денег, но у тебя только одна жизнь. Полагаю, что я

ненавижу тебя, но, черт возьми, не настолько сильно.

– В твоих словах никакого смысла - отправь меня из этого периода времени! Я уже и так

ждала достаточно долго!

– Как скажете, леди, но просто взгляни на то, что только что вышло из капсулы, а затем

спроси себя, действительно ли ты хочешь туда попасть.

Она посмотрела на него, а затем на другую стазис-камеру.

Тело внутри нее было сморщено и высушено. Оно лежало на боку с выражением ужаса

на лице. Все его ногти были сорваны так, как если бы человек пытался процарапать себе путь, прежде чем у него закончился воздух.

– Должно быть, отказало его стазис-поле, - сказал он.

– Но это невозможно! Ты

же знаешь, что это невозможно! Цепь стазис-поля всегда

выстраивается внутри самого поля и время внутри него не существует, поэтому как это

возможно, чтобы цепь имела время для отказа?

– Да, я знаю. Но я продолжаю утверждать, что кто-то где-то облажался. Субъективно, путешествие сюда занимает шесть лет, а он возможно имел воздуха в канистре на два часа.

Но не это главный вопрос. Более важно то, рискнешь ты или нет предпринять путешествие

назад. Я бы не рискнул.

– Хорошо, но камера в которой нахожусь я не сломана. Почему она должна сломаться

только потому, что сломалась другая?

– Тебе лучше это знать, ссука. Ты находишься в той же самой камере, что и он. Сразу

после отправки тебя обратно, я должен отправить пустую камеру во вчера. Это делается

для обеспечения быстрого оборота. Но прошлой ночью я запустил самопроверку и она прошла

отлично. Так что включи свой мозг. Ты стоишь владельцу миллион баксов в секунду.

2

– В задницу владельца, - сказала она, выбираясь из камеры, - Я никуда не поеду, пока

не увижу, как из этой штуки выползает живое тело!

– Тогда помоги мне затолкать этот труп обратно в камеру. Мы должны вовремя

уведомить людей о возникшей проблеме и у нас для этого не так много времени. Достаточным

объяснением будет получение назад тела!

– Почему бы просто не отправить его в той камере, в которой он сюда прибыл?

Он поместил удивительно легкий труп в другой контейнер.

– Леди, вашей самой большой проблемой является то, что ты тупая.

Он отправил канистру назад в будущее и принялся ждать ответа.

Он ждал еще долгое, долгое время.

3

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ИЗ ДНЕВНИКА ТАДАОСА КОЛПИНСКИ

Люди из моей семьи всегда были лодочниками на Висле. Мой отец был лодочник, и его

отец перед ним и мой прадед тоже был лодочник. И я им был до тех пор, пока несколько лет

назад не потерял свою лодку. И я потерял бы свою жизнь, если бы только не барон Конрад

Старгард.

Возможно, после Игнация, священника и аббата францисканского монастыря в Кракове, я был первым человеком, которого он встретил в Польше. Я застрял на скалах в верхнем

течении Дунайца в одиночестве, если не считать одного странствующего поэта, помогающего

мне оттуда выбраться. В том, что мы застряли на месте, в первую очередь был виноват поэт, поскольку он греб по левому борту в то время, когда я кричал ему грести справа, но вся вода