Лестинца
Шрифт:
Их разговор сразу стих. Один из солдат встал, подошел их столу. Остальные потихоньку пытались зайти с боков. Дело, по всему, было привычное.
– Будет драка, - сообщил хозяин стаканам, - да, будет драка. Так всегда бывает. Драка, она всегда. Шетен знает. Драка это плохо!
– Ты что-то сказал? Или мне послышалось!
– начал гвардеец, снаряженный богаче всех - в кольчугу с нашитыми латными пластинами.
– Эй, полегче, - замахал руками Итернир, - ну, выпил мужик, ну, с кем не бывает?
– Вас попрошу не вмешиваться, с вами разговор будет особый, указал гвардеец на
– Првильно! Не вмешивайся, - оборвал его воевода, - у нас свой разговор! А про принцев ваших долбанных я сказал, что видел их всех под Ёнковой бабушкой, а Праля сверху плясала! А еще я скзал, что вас, ублюдков, всегда бил, и бить!..
– Погоди!
– снова попытался вступиться Итернир, - ну, я тоже недолюбливаю представителей власти, но зачем же доводить до криминала?
– Оставь!
– заревел воевода, - я сюда пришел подраться с этими холуями, и я это сделаю, не будь я Оружейник Грол!
С этими словами он от всей души приложил огромный свой кулак к лицу ближайшего солдата. Загремела мебель.
– Началась драка, - удовлетворенно заметил Шетен, - да, началась драка. Это плохо, Шетену надо уходить, - он залез под стойку, делая вид, что отсутствует в зале.
Гвардейцы дружно навалились на Грола, но тот их расшвырял, словно кутят.
– Слушай, светлый принц, - весело обратился Итернир к Кан-Туну, - расплатиться бы с хозяином надо.
– А почему опять я?!
– Ну, как тебе сказать, мы сейчас вроде, как твоя свита, невозмутимо отвечал Итернир, - потому и платить за наш прокорм, вроде, как тебе.
Принц не успел и фыркнуть, как Итернир продолжил:
– Я бы и сам сбегал к стойке, деньги твои отдать, - заявил он, умело ставя подножку ретивому служаке, отправляя его в угол, наполненный обломками мебели, - да видишь, руки заняты, хорошему человеку надо бы помочь, видишь - пропадает!
Последние слова он договорил, ловко бросая через бедро не столь ловкого гвардейца. На беду для себя, один из дерущихся задел увлеченно кушавшего Крына, упав в его тарелку. Крын оскорбленно-радостно взревел и, широко поведя плечами, объяснил тому, что он не прав. Солдат еще долго обдумывал сказанное, спокойно лежа под крепкой стенкой.
И тогда действительно, началась драка.
Солдаты быстро оправились от неожиданного нападения на представителей власти. Все-таки поднявшиеся снизу до здешних высот Лестницы это были уже не последние бойцы.
Больше всего доставалось Крыну. Его бычья сила не спасала от выучки гвардейцев. Принц бился холодно и расчетливо, хладнокровно вспоминая все, чему учили. А Грол в компании с Итерниром дрались, словно былинные удальцы. Разлетались в щепки столы и стулья, билась посуда, грохотали повергаемые на пол гвардейцы и ревели Крын с Гролом, пропуская удар.
И лишь вблизи Ланса, продолжавшего трапезу, было спокойно. Даже связанный Котьен, сидевший рядом с ним, которому давно уже было положено быть освобожденным товарищами, сидел тихо, словно ему было меньше всех надо.
По счастью не сразу заблестела сталь. Но, заметив, блеснувший кинжал, Ланс поднялся из-за стола,
Совсем.
Бесчувственных гвардейцев положили за дверями трактира на тенистом крылечке.
– А ты молодец, - хлопнул Ригга по плечу Грол, усаживаясь за не пострадавший длинный стол, - ловко ты их. Ты, как погляжу охотник, сразу видно! А у тебя удар знатный!
– хвалил уже он Крына, - только чуть рыхловат. Я тебе потом покажу, как надо. Эх! Жаль только, что этот ваш угрюмый все прекратил! Уж я бы им показал.
– Ага, - поддержал Итернир, - вот только встал бы с пола из-под трех гвардейцев, и обязательно показал!
– Да ты, малый, шутник, как я погляжу, - прогрохотал Грол и добродушно расхохотался, - давай-ка, Шетен, плесни-ка нам еще по кувшинчику!
Никто из них не заметил, что во время драки, в трактир зашел и встал неслышной тенью возле двери человек, одетый в темное и вооруженный коротким мечом.
– Я тебе всегда говорил, Шетен, - весело проговорил он, отодвигая по пути к столу обломки стула, - поставь вместо стульев чурбаки, они ломаться не будут. А глядишь - и буйные переведутся: когда чурбаком по голове попадут, он как стул не разлетится. Приветствую всех! Я Рейнар Темный, охотник за головами.
– Это как, за головами?
– удивился принц.
– А очень просто, - пожал плечами, усаживаясь, Рейнар, - вот вы сейчас пойдете к замку, и я за вами. Побуяните там, это на ваших широких лбах очень хорошо написано, за вашу голову назначат награду, а я уже тут как тут. Ваши головы - чик! И награда моя. Очень просто.
– А как насчет нас спросить?
– очень вежливо поинтересовался Итернир.
– А вас-то зачем?
– искренне пожал плечами тот.
– А-а! Новые тут!
– раздался от дверей новый голос, одежды вошедшего поражали необычностью, а кривая сабля на боку была, очевидно, столь же бесполезна хозяину, сколь объемист был кошель на широком шелковом поясе, - здравствуйте вам, новые Восходящие. Мир твой дом, Шетен. Здравствуй тебе, Гром, здравствуй тебе, Рейнаб. Ах! Зачем носишь женский имя?
– Рейнар, меня зовут, - привычно поправил тот.
– Я и говорить, зачем женский имя? Зачем?
– риторически спросил он и, поклонившись, представился, - я Аслам. Я торговать здесь! Если вы нуждаться, ко мне приходить.
– Оставь их, - оборвал Рейнар, - им не придется к тебе приходить. За их голову скоро объявят награду, и они перестанут им принадлежать. Они уже успели подраться с гвардейцами.
– Ай!
– воздел руки к потолку Аслам, - зачем сразу драться? Зачем не жить спокойно? Все убивать друг друга, с кем тогда торговать Аслам?
– Ладно, чего их слушать, они могут так спорить целыми днями, разом осушил свой кувшин Грол, - давайте лучше пойдем ко мне, охотнику, я знаю нужен лук, да и у тебя, братец, в фиглярской одежде, мечишко так себе.
– Да я за него четверть сотни золотых отдал!
– обиженно возмутился Итернир.
– Просто тебя обманули раньше, чем это успел сделать ты, поднялся Грол из-за стола, гораздо трезвее, чем малое время назад, даю свою бороду на отсечение, что ты им дал фальшивые монеты, или не свое золото! Ну, ладно, пошли!