Чтение онлайн

После того, что Майкл совершил, предстоящая задача не казалась ему особенно трудной. Тело было не слишком тяжелым, и Майкл старался не спешить и не суетиться. В какой-то момент он подумал, что лучшее место для могилы не под дубом Дейрдре, а под старым миртом напротив дома. Именно там он впервые увидел «того человека». Майкл был тогда мальчишкой. Он перелезал через забор, а Лэшер пристально смотрел на него и на губах его играла улыбка.

Но потом Майкл испугался, что случайный прохожий может увидеть его с улицы. Нет, лучше закопать труп на заднем дворе, решил он. Никто не увидит, как он возится под дубом Дейрдре. А потом надо позаботиться о двух других трупах — Норгана и Столова. В том, что

Столов тоже мертв, Майкл не сомневался. Судя по тому, как тяжело тот рухнул на пол, Майкл сломал ему шею. И Норган наверняка убит. Убит им же, Майклом.

Наверное, Норган замешкался внизу, пытаясь оказать помощь своему шефу, вздохнул про себя Майкл. Стоит все же проверить — а вдруг эти двое еще живы? Хотя вряд ли. Так что вскоре ему на собственном опыте предстоит узнать, насколько справедливы все слышанные им легенды, связанные с Мэйфейрами. Ведь по рассказам тех, кому доводилось сталкиваться с этой семейкой, любое убийство, совершенное ее членами, неизменно сходило им с рук. На заднем дворе было темно и сыро. Банановые деревья, уже ожившие после рождественских холодов, касались листьями высокой кирпичной стены. В темноте Майкл с трудом отыскал узловатые корни дуба. Он опустил тело на землю и сложил ему руки на груди. Теперь труп с необычайно длинными конечностями походил на пластмассовый манекен.

Оставив тело у дуба, Майкл вернулся к крыльцу. Несмотря на ночную прохладу, он снял с себя свитер и рубашку. Потом натянул свитер снова и осторожно, стараясь не испачкаться в крови, взял мертвую голову за волосы и положил ее на рубашку. Тщательно собрал остатки кожи и костей — пригоршню жидкого месива. Вытер окровавленные плитки носовым платком, потом положил платок рядом с головой, завязал рубашку узлом. Получился сверток. Очень аккуратный сверток.

Внезапно Майкл пожалел, что у него нет сосуда со специальным раствором. Было бы здорово поместить эту голову в такой прозрачный сосуд. Но все же лучше закопать ее, и поглубже. Дом все еще был погружен в темноту и безмолвие. Мне некогда слишком долго возиться, сказал себе Майкл. Я так давно не видел Роуан. И надо узнать, что с Эроном. Вдруг он тоже ранен? Да и те два трупа, что остались в доме, надо срочно убрать. Вскоре сюда придут люди, непременно придут. Ведь это не дом, а проходной двор.

Он отнес голову к дубу. Затем запер железные ворота, ведущие на задний двор, — на тот случай, если кто-нибудь из чересчур любопытных родственников явится спозаранку и сунет сюда свой нос. Майкл знал, что лопата хранится под навесом. Откровенно говоря, до сих пор ему не приходилось брать ее в руки. Садовник выполнял всю необходимую работу, а у Майкла не возникало желания покопаться в земле. Но теперь ему надо было вырыть глубокую яму. Точнее, могилу.

Благодаря недавно прошедшим дождям земля под дубом оказалась мягкой, и работа продвигалась быстро. Некоторые сложности доставляли только корни дерева. В результате Майклу пришлось отойти от ствола дальше, чем он рассчитывал. Так или иначе, вскоре узкая яма с неровными краями, не имеющая ничего общего с просторными прямоугольными могилами, которые так любят показывать в фильмах ужасов, была готова. Майкл опустил туда тело, а вслед за ним и насквозь пропитавшийся кровью сверток с головой. Скоро наступит лето, а в жару процесс гниения происходит быстро, подумал Майкл. Через несколько месяцев бренные останки Лэшера превратятся в ничто.

Первые капли дождя упали на разгоряченный лоб Майкла, доставив ему неизъяснимое удовольствие. Что ж, дождь сейчас как никогда кстати. Пусть смоет кровь с плиток. Майкл взглянул вниз, в могилу. В темноте белела лишь рука трупа. Она совершенно не походила на человеческую. Слишком длинные пальцы. Слишком крупные суставы. Такие руки бывают только

у восковых фигур.

Потом Майкл поднял глаза вверх, на ветви дуба. Дождь уже разошелся вовсю, но лишь редкие капли проникали сквозь густую крону.

Ничто не нарушало тишину, стоявшую в пустынном саду. Все окна особняка оставались темными — свет нигде не горел. И в соседних домах тоже все спали.

Майкл вновь поглядел в могилу. Странно, но на этот раз мертвая рука показалась ему меньше и тоньше. Она на глазах теряла плоть. Пальцы сжались, утратили форму, словно сплавились воедино. Теперь то, что видел Майкл, вообще не напоминало руку.

Вдруг что-то сверкнуло во мраке могилы — крошечный зеленый огонек, подобный огоньку светлячка.

Майкл опустился на колени. Опираясь о неровный, осыпающийся край ямы, он опустил вниз руку, пошарил в темноте и схватил зеленый холодный огонек.

Ощутив под пальцами жесткие грани изумруда, он едва не потерял равновесие.

Загадочно посверкивая, огромный изумруд лежал на его грязной ладони. За ним тянулась порванная золотая цепочка.

— Вот он какой! — прошептал Майкл.

Все это время изумруд висел на груди Лэшера, спрятанный под одеждой.

Майкл вертел эту величайшую драгоценность в руках — так, чтобы свет звезд отражался в гранях изумруда. Находка вовсе не доставила ему радости. Ни малейшей радости. Лишь мрачное удовлетворение. Так или иначе, он заполучил магический изумруд Мэйфейров. И теперь пресловутый камень не пропадет, не исчезнет навеки в безвестной могиле того, кому уже никогда не воскреснуть. Того, кто наконец обрел смерть.

Он, Майкл, наконец-то сумел уничтожить чудовище.

Перед глазами у Майкла все поплыло. Впрочем, это не имело значения, так как в саду по-прежнему стояла непроглядная тьма. Некоторое время Майкл перебирал в руках цепочку, словно четки. Затем вместе с изумрудом сунул ее в карман брюк.

Майкл закрыл глаза. Его так качнуло, что он едва не упал в могилу. Когда он вновь поднял веки, зрение слегка прояснилось. Теперь он различал смутные очертания деревьев. А вот мертвая рука исчезла. Возможно, ее скрыли комья земли, осыпавшиеся с краев могилы. Скоро все, что осталось от этого непостижимого существа, навеки скроется под землей. До ушей Майкла донесся какой-то звук. Возможно, скрипнули ворота. Или кто-то расхаживал в доме.

На него вдруг навалилась невероятная, неодолимая усталость. Руки и ноги точно налились свинцом.

Но надо было торопиться…

Надо было торопиться…

Однако вновь взявшаяся невесть откуда слабость не позволяла ему действовать быстро. Едва двигая лопатой, он принялся засыпать могилу землей и провозился не менее четверти часа.

Дождь мерно шелестел в зарослях, мокрые плиты дорожки и листья магнолий блестели в лунном свете.

Завершив наконец свой труд, Майкл немного постоял, тяжело опираясь на ручку лопаты, а потом тихонько произнес вслух строфу из стихотворения Джулиена:

Кто не человек, должен быть уничтожен.На грубый предмет возложите сей труд.И мудрый конец тогда станет возможен.И души страдальцев покой обретут.

После этого Майкл обессиленно опустился на землю и привалился спиной к шершавому стволу дуба. Воль вновь заворочалась в груди. Казалось, она терпеливо ожидала, когда он покончит с важным делом, и теперь решила, что пришло ее время. На какое-то мгновение у Майкла перехватило дыхание, но потом боль немного утихла и он задышал свободнее. Ему даже удалось расслабиться — не только усталым телом, но и сердцем и душой. Дыхание постепенно выровнялось, стало размеренным и глубоким.