Чтение онлайн

Как язык, который он применял, так и его вид внешности с первого же взгляда позволял отгадать в нем иностранца с долларами. Иностранец с Запада оставил на лавке без присмотра очень толстый, заграничный чемодан…

Оставив буфет через четверть часа, Бьерн с удивлением обнаружил отсутствие своего багажа. Сперва он подумал, что ошибся лавкой, потом решил, что чемодан взял по ошибке какой-нибудь пассажир, потом его охватило лёгкое беспокойство. Он вспомнил, что ему рассказывали какие-то удивительные и не правдоподобные истории о случающихся в

Польше кражах. Кража чемодана, в котором находились исключительно официальные, никому не нужные документы, показалась ему совершенно бессмысленной, и его удивление возросло. Потом он вспомнил упрямство и нервное состояние председателя местного Совета, и его охватил настоящий страх. Потом отошёл его поезд, а только потом он наконец начал выяснять неприятное недоразумение.

Ушёл также и последний в тот день поезд в направлении Шленских Зобковиц, когда дежурный милиционер в вокзальном отделении закончил писать фантастическое сочинение, озаглавленный словом «Протокол», а ошеломлённый и угнетённый Бьерн начал понимать, что то, что с ним случилось, не является грустной ошибкой и не весёлой шуточкой, а печальной действительностью. Фантастика милицейского протокола вытекала из факта, что представитель власти старался объясниться с потерпевшим на двух языках — польском и русском, после чего выяснил непререкаемо, что пропал ящик, наполненный тайными документами.

Главный инженер, вернувшись в равновесие после объяснений от персонала бюро, осматривая, собственно, с интересом особым образом локализованный фонтан, когда, вместе с убитым горем Бьерном, прибыла к персоналу кошмарная весть. Первой реакцией всех заинтересованных было страшное чувство нервной слабости в области низа живота. В следующий момент удалось установить что-то вроде паралича мысли и органов речи. Затем в течение некоторого времени все отказывались поверить в случившееся. Потом некоторое утешение принесло воспоминание времени, когда существовали человеческие жертвы разгневанным богам, и рассматривался вариант принесения в жертву иноземца. Наконец, наступил момент реалистического мышления.

— Это уж слишком, — сказал Януш тоном безнадёжной решимости, — Разные несчастья я мог себе вообразить, но это переходит всякие рамки. Пропала карта! Что теперь, триста тысяч чертей, должны мы делать?!!!

— Повеситься, — посоветовал Каролек решительно. — Только коллективное самоубийство может спасти нашу честь.

— Вообще-то мы можем отравиться, — добавил Лесь с душераздирающей грустью. — Чем-нибудь действующим быстро и без мучений, ибо достаточно уже зла в нашей жизни…

— Вы полностью оба стали идиотами, — оборвала их гневно Барбара. — Эти идиотские роли в пьесе бросились вам в головы. Как можно, чтобы мужчины так сразу, от черт знает чего, совершенно сломались!

— Как это от черт знает чего? — спросил разгорячённый Януш. — Мы становимся вверх ногами, дурим человека, сами дуреем, выдираем у него из зубов ту холерную карту, на коленях даём присягу, что вернём её в идеальном порядке, даём

слово чести, и что? И теряем единственный экземпляр! Как идиоты, как мелкие жулики, как дебилы, как тряпки, как… как…

— Как половина задницы, — подсказал Каролек с горечью. Удивлённый Януш прервал исповедь.

— Что? — спросил он. — Почему половина?..

— Ещё глупее, чем вся, — пояснил Каролек.

— Подождите, — сказал главный инженер. — Это действительно идиотская история, но нужно найти какой-то выход.

— Ясно, что надо, — поддержала его Барбара. — В любом случае мы не можем признаться, что что-то у нас пропало. Об этом и речи быть не может. Януш прав, мы похожи на непроходимых кретинов…

— И такие, как мы, должны заниматься общегосударственной акцией изменения лица туристического родины! — воскликнул Януш с явным отвращением. — От таких, как мы, зависит строительство целых объектов!..

— Заткнись, — прервала его Барбара, находясь на грани взрыва. — Такие, как мы, должны этот паршивый документ найти!

— Как?! Помчишься выслеживать этого злодея по всему Вроцлаву?

Главному инженеру удалось вмешаться.

— Но ведь у вас есть две копии, — сказал он рассудительно. — Нужно эту карту просто-напросто восстановить.

Некоторое время персонал смотрел на него и молчал.

— Она была не на кальке, — сказал наконец тихо Каролек голосом несколько сдавленным.

— А на чем?

— На предвоенном астралоне…

Теперь умолк и главный инженер.

— Послушайте, а может, тот преступник сориентируется, что он украл, и вернёт или подбросит чемодан или документы? — спросил Лесь с отчаянной надеждой.

— Когда он сориентируется, что он украл, то его хватит удар и он со страха выбросит все в реку или порвёт на куски! — ответил хмуро Януш.

— Или сожжёт, — дополнил Каролек. — Нет, на получение того нет никакой надежды. Давайте мыслить реально…

— Все в порядке, — сказал внезапно главный инженер с энергией. — В этом случае нужно сделать лист старого астралона. Он был каким?

— Тонким, — сказал Януш. — Не больше трех десятых миллиметра, а может, даже и две, но разницу в одну десятую никто не заметит. Был несколько пожелтевшим по краям.

— Края — это мелочь, всегда можно сказать, что при копировании желтизна пропала. Есть два оттиска…

— Наш никуда не годится, — прервал Каролек. — Мало того, что разрисован, порван, так ещё и вымазан яичницей.

— Перестань нагромождать трудности! — разозлилась Барбара. — У председателя есть другой в хорошем состоянии и даже не перегнутый а свёрнутый в рулон. И вообще, сколько раз я говорила — не работайте, когда едите!

— Ну, так восстановите по этому второму оттиску!..

Забрезжила надежда. Каролек явственно оживился.

— Заметьте, мы дали ему лучший оттиск, очень неплохо сделанный. Подписи подделаем. Единственное затруднение — это холерная печать с орлом, которая совершенно не нужно так хорошо отпечаталась…