Les Etudes

Посмотрел на себя.

Ситуация – сплошная неправда,

Убегаю от места, где

Всегда запарно.

И музыка убивает

Достаточно рано.

Что не выходит?

К тому не приду больше ныне.

Счастье и уныние

Как два брата

Из пыли.

Забыли убитые клетки

Жизнь бренную,

Минуты счастья редкие,

А уныния мерзкие.

В стихах больше боли,

Чем смысла

закопано.

Частично все вымысел.

Даже вселенная ложь

Незавидная,

Даже ограниченое краем —

Мы об этом не знаем.

В чем проблема?

В чем причина?

Архетип под личиной

Психоватого поэта.

Почему? Поэтому!

За все это

Награждаю себя

Пустотой отсебятины

Смежной, между отчаянием

И надеждой.

Что за человек безмятежный,

А что значит грешный?

У человека есть брешь —

Это эмоции. Лишь

Живешь,

Хотя жизнь не в кайф.

Все от тебя убегает!

Не хочу попасть в рай,

Ведь там не выживают.

Дерьмо иногда случается.

У меня не получается!

Ты лелеял мечту?

Похорони ее заживо!

Я твой голос учту,

И отдам никому все, что нажил я!

Фикция – это слово я использую часто.

Несчастье без участия – это все про меня.

Стой за себя. Желаю счастья!

Мы падали в яму.

Я кричал, что другим

Никогда не стану.

Но поменялся явно.

В чем причина? Явка?

Симбиоз-затравка

К чему привела?

Не понятна эта загадка,

Зато ответ ясен.

Разложение – страшно,

Когда свет в конце гасят.

Мне долго хотелось

Быть просто собой,

Ведь раньше я писал,

Лишь двигая рукой.

Но не терпит время,

А мне носить то бремя —

Измены явно не к лицу,

Лишь быть собой – вот что хочу!

Но каждый день

Как новый сказ,

Мне очень лень

Писать рассказ.

И музыку я не пишу —

Эмоций нет и не хочу!

Любое изменение

Для меня критичное;

Мои измерения,

Пропали в безразличие.

И то, чем я дорожил,

Теперь я запросто забыл,

А то, что я хотел отдать,

Теперь обидно потерять!

Крик души звучит,

Но никто не обернулся,

Лишь мои враги

Ехидно посмеются!

Мне кажется, что я

Не поменяюсь никогда,

Но чаще замечаю,

Что я себя меняю.

Я ненавижу себя за то,

Что прокрастинировал много.

Я убил бы себя за то,

Что жил беззаботно.

В ярости ножом бы пырнул

Себя, а затем бы навеки уснул!

Я

ненавижу себя за то,

Что когда-то сказал плохое.

Я убил бы себя за то,

Что не ценил время покоя.

И даже если меня любят, я

Все еще ненавижу себя!

Я ненавижу себя за то,

Что «Покемонов» смотрел.

Я убил бы себя за то,

Что верил в вымысел.

И мне обидно, что меня никто

Не отдалил от «Покемонов»!

Я ненавижу себя за то,

Что когда-то влюбился в Пичу.

Я убил бы себя за то,

Что сейчас себя убить хочу.

И хоть у меня все в порядке,

Я не выдержу этой разрядки.

Я ненавижу себя за то,

Что не достаточно искренен,

Я убил бы себя за то,

Что не пытался защитить её.

Я хватит мечтать уже, да.

Не бросай на ветер слова!

Теперь во мне нету искры.

Кажется, мне до лампочки беды,

Из-за которых когда-то я быстро

Возгорался и потухал бедно…

А теперь я в норму пришёл —

Вроде клёво, согласись?

Но тогда было шоу!

А сейчас его нет – зато мне зашибись!

Раньше я был загадкой

С огромной пробоиной где-то в груди!

А сейчас с жизнью своею сладкой

Сердце в упоение стучит!

Сто семьдесят два.

Как злые слова звучат!

А зубы стучат, да!

Сто Семьдесят Два.

Это не просто число, это чье-то имя,

Теперь имя мое…

Навсегда, да!

Сто Семьдесят Второй!

Не как все, а такой.

И, чего-то пугаясь,

Трясешься и бродишь.

В комнаты

Всякие

Входишь.

Странное чувство,

Будто бы огонь в груди разгорелся…

Это все нечестно!

Искусство только ради…

Зачем; я резко огляделся…

Сзади!

У каждого, знаю, бывает порой:

Ты мечтаешь о чем-то, забывая мир свой.

Это все ожидания, приятные очень,

Но за ними реальность, и чтоб ты не прочил,

Буду честен, мечте редко случается

Реальностью хоть на секунду стать,

А если и выйдет, то, получается,

Тебе после придётся страдать.

И ведь правду Шекспир писал

В одном из сонетов:

«Лишь однажды горечь познал,

Дальше живу лишь бедами».

Я перевёл не очень точно, но сейчас объясню все:

Как видно выше, Шекспир потерял то, что

Сердцем ценил, после оплакивал долго,

Но больше горечь его и не трогала.

Теперь только малые беды, что не сильно вредят,

Так как он закалён, ведь не зря говорят:

«В учении трудно, но в бою все как надо».

Да, я снова недословно, но иначе накладно.

Но при чем тут мечта, и почему после горе?