Чтение онлайн

— Когда найдем, скажу.

Что ж, ясно. Вернее пока ничего не ясно. Чак склонился над микроскопом, когда под ухом прозвучал голос Малдера:

— Чак одним из первых сделал фотографию человеческой ауры.

Чак довольно кашлянул, не подозревая, что эти слова не произвели никакого впечатления на Скалли.

— С помощью высокочастотных разрядов я делаю фотографию коронального излучения, — принялся объяснять он, попутно настраивая аппаратуру, которой был уставлен весь кабинет.

— Крональное излучение? —

Скалли вопросительно подняла бровь, скептически скрестив руки на груди.

— Это выброс жизненной силы, — ответил за Чака Малдер, — Китайцы называли это шик. В восточной культуре это общепринятый факт.

— И теоретическая основа точечной медицины, — добавила она с удовлетворением заметив удивленны взгляд напарника, — но причем здесь это?

— Возможно, это причина затуманенного изображения.

Чак взял образец и положил его на лист, напоминающий рентгеновский снимок, нажал пару кнопок и контур образца осветился приятным синим светом. Скалли с некоторым удивлением наблюдала за действием этого оборудования, на котором, как утверждал Чак, он восстанавливал целостное изображение листа и остаточный образ хвоста ящерицы.

С торжественной улыбкой он взял лист, который стал и впрямь походить на рентгеновский снимок черепа и опустил его в какой-то раствор. Подержав там три секунды, Чак извлек его и повесил на стену, включив свет.

— Здесь явно что-то есть, — пробормотал он.

Скалли недоуменно смотрела на изображение, больше напоминающее лицо изуродованного терминатора после какой-нибудь кровавой стычки. Лично она, ничего интересного здесь не увидела, а все потому что впервые в жизни сталкивалась с подобным, она не понимала что и, главное, зачем это происходит.

— Точно. Вот здесь явное скопление энергии, — Чак указал на область, где должны были находиться плечи. Сгусток святящегося синего света.

Малдер кивнул, в подтверждение. Кажется, его догадка верна.

Осталось посветить в нее Скалли, но это чуть позже, а пока он еще раз убедиться.

— Чак, вы верите, что этому человеку оторвало голову?

Чак уверенно замотал головой.

— Что вы! Не может быть!

Малдер удовлетворенно кивнул.

Когда через несколько минут они покинули лабораторию Чака, на лице Скалли читалось полнейшее недоумение.

— Я почти уверен, что этот сгусток — плечи, — констатировал Малдер.

— Не знаю, как это объяснить…

— А что если Леонард Беттс остался жив? — Малдер остановился и в упор посмотрел на Скалли.

— Малдер… — она предостерегающе подняла взгляд.

— Ты сказала, что его тело — сплошь раковые клетки, — продолжил он свою теорию, не обращая внимание на красноречивый взгляд напарницы, — а что такое рак, если не клетка, подверженная бесконтрольному росту по причине каких-то изменений в структуре ДНК?

В ее взгляде

скользнуло непонимание.

— К чему ты клонишь?

Глаза Малдера загорелись, и в них появились фанатичные искорки.

Он чувствовал, что на правильном пути, оставалось втолковать это напарнице.

— Что если рак вызван не нарушением ДНК, не является разрушителем, а нормальное состояние организма.

Скалли опустила голову, вздохнув. Так… спокойно… не нужно взрывов научных лекций… Досчитай до десяти…

— Малдер, ему ведь г-о-л-о-в-у оторвало.

Похоже, этот факт его нисколько не смутил.

— Что если его жизненная сила, его шик или называй как хочешь, сохранила некий слепок человека и обеспечила быстрый рост. Не метастазирования, а регенерации.

Лицо Скалли вытянулось. Да, она слышала сотню безумных теорий, но эта… Эта берет главный приз…

— Ты хочешь сказать, что Леонард Беттс отрастил себе новую голову, — она посмотрела на него, как на маленького ребенка, который только начинает узнавать мир.

— Ванна в его квартире была наполнена йодоповидоном. В опытах над ящерицами его используют в качестве стимулятора к регенерации, — невозмутимо продолжил он, — известно что саламандры отращивают конечности.

— Саламандры — не аналогия, — принялась втолковывать Скалли, — млекопитающие не имеют таких способностей. Двуногое не может отрастить голову.

— В природе все возможно…

Скалли набрала побольше воздуха, чтобы начать длиннющую лекцию для начальных классов о строении и функциях млекопитающих.

Малдер принял воинственную позу младшеклассника, готового доказывать свою теорию. Развитию этой немой сцены помешала телефонная трель. Скалли выдохнула и достала сотовый.

— Скалли.

Следующие слова, сказанные Дейной были коротки и лаконичны.

— Да… хорошо… спасибо…

Малдер вопросительно взглянул на Скалли, которая что-то чиркнула в блокноте и убрала телефон.

— Видимо, кое-какие тайны у Леонарда Беттса действительно были.

— Например?

— Его двойник. Я попросила Дени проверить отпечатки пальцев. Он сообщил мне два имени. Второе — Альберт Тенер, но, в отличии от Беттса, у него есть мать Элен Тенер из Питсбурга.

Не сговариваясь, агенты дружно зашагали к машине

Дверь им открыла немолодая женщина лет шестидесяти с присущей большинству старикам добротой в глазах.

— Добрый вечер, извините за поздний визит. Вы Элен Тенер? — осведомилась Скалли. Если бы это делал Малдер, то он ограничился бы последней фразой, а не этим стандартным набором.

Женщина кивнула — Да.

Скалли раскрыла удостоверение.

— Я агент Скалли, а это агент Малдер. Мы из ФБР.