Ленивец
Шрифт:
Саммерен невероятно красива на закате. Ржавое солнце заливает ее чутка остывшей лавой, а золотая дорожка рассекает надвое. Когда светило на треть скрылось за окутанными туманом горами, к берегу поспешили разномастные лодки, весельные и парусные. Приземистые баржи гарпунщиков, пузатые ладьи рыбаков, изящные и стремительные яхты.
Я внимательно высматривал нужный борт. Слишком большие отмел сразу - еще сил не хватит. Плоскодонки и яхты, наоборот, маленькие - ни прилечь ни размяться, а плыть долго. Ладьи тяжелые и неповоротливые -
Лишь когда почти стемнело заметил подходящее судно. Небольшое, палубное, похожее на шлюп, но без парусов. Остроносое, легкое, места хватает. А самое главное - причалило не возле стойбища Танбад, а ниже, у одиноко стоящей яранги.
– За мной.
Натянул шапку поглубже и в седло. Лира накинула капюшон - если повезет, в потемках примут за своих и не станут лезть с расспросами. Похоже, никто из местных не знал, куда и надолго ли укатила шаманка. Даже ушкуйники. Бедняги до сих пор ждали гадину в устье. Ну ничего, переварится - всплывет.
Эйны жили привычной жизнью. Я, конечно, не знаток их укладов, но ничего похожего на панику или тревогу в упор не видел. Появление пары всадников тоже никого не удивило. Седой старик, сидящий неподалеку от приглянувшейся ладьи, даже похвалил мою лошадь. Красивая, сказал, достойная табуна шамана.
– Хочешь махнемся? Бери обеих.
Лира шикнула, я поднял палец - мол, все под контролем, не волнуйся.
Дед оживился.
– А взамен?
– Лодку.
– Э, не.
– Эйн хитро улыбнулся, сморщившись как курага.
– Старый я уже верхом рассекать. А рыбка моя и кормит, и поит. Да и стоит дороже двух кобыл. Пусть и таких славных.
– Золото есть? Или меха?
– Быстрее, - процедила попутчица, опасливо глядя по сторонам.
– Только янтарь. Пуд и по рукам!
Школьные знания выветриться не успели, и я помнил, что пуд - это целых шестнадцать килограммов. Знать бы еще, сколько такая куча окаменелой смолы будет стоить в городе.
– Накинь сверху вяленого мяса и попить чего-нибудь.
– Хорошо.
– Дед скрылся за пологом.
– Смотри.
– Лира хлопнула по плечу и указала на реку.
Я вздрогнул. К стойбищу подходила та самая ладья, на которой мы утром отправились к Дверям Духов. Ушкуйники что-то кричали и размахивали руками. У берега начал собираться народ от мала до велика.
– Идем. Живо.
– А пуд янтаря?
– Совсем спятил? Нас сейчас ловить станут по всей округе!
– Подожди минуту, они даже не причалили.
– О, Тенеда...
– Девушка шумно выдохнула и провела ладонью по лицу.
Старик задерживался, а толпа росла и шумела все громче. Но ведь мешок янтаря... Мне же надо на что-то жить в незнакомом городе? Подумаешь, постоим минутку. Ушкуйники вон только-только на землю спрыгнули.
– Дед, ты заснул?
– Иду-иду! Сейчас!
Взглянул на попутчицу. Она скрестила руки на груди и самодовольно усмехнулась - мол,
– К черту. В лодку!
Устроился на кормовой банке и схватил руль. Лира обрубила концы и села напротив, поглядывая на стойбище. Обернулся - люди бегали среди яранг с оружием, многие седлали коней. И тут как назло из жилища вышел старик с мешком на плече. Увидев, что рыбку нагло угоняют прямо из-под носа, завопил не своим голосом и замахал руками.
Эйны тут же бросились в нашу сторону.
– Отчаливай!
– рявкнула девушка.
– Пытаюсь!
Старался изо всех сил, но ладья отошла от берега на жалкие пару метров. И то непонятно, от моих потуг или просто течением отнесло. Внутри все похолодело. Никогда прежде я не был так близко от гибели. Ни в логове Колбана, ни в сторожке с марзальцами, ни под паршивой шаманкой. Накативший ужас мешал собраться с мыслями, я никак не мог вообразить летящую по волнам лодку. Все мерещились сцены расправы - одна жутче и кровавее другой.
– Леня!
Над головой просвистели дротики. Два нырнули в воду, третий вонзился в борт.
– Полный вперед, корыто!
Корыто послушалось, но пошло слишком медленно - пешком догонишь. Переложил руль, беря мористее. Иначе говоря - дальше от берега. Я вовсе не знаток мореходства, но подсмотрел правильные термины в Википедии, чтобы заклепкодрочеры не докопались.
Застучали копыта - приближались всадники. Подстегиваемый страхом смерти, разогнал чертову посудину и ушел на середину русла. Самые отчаянные бросили вслед дротики, но ни один и близко не долетел. Не успел порадоваться успеху, как Лира тихо произнесла:
– Погоня.
Глава 8
За нами устремился чуть ли не весь речной флот. Спустя пару километров большая часть отстала - баржи и плоскодонки такие себе гонщики. Впрочем, они и так ничем особо не угрожали. Другое дело - три узкие длинные ладьи о двух каждая. Косые паруса гнали их дай бог, но ушкуйники еще и гребли изо всех сил.
– Быстрее!
– рявкнула девушка.
– Пытаюсь! Думаешь, это легко?
– Надо было сразу плыть! Жадный дурак.
Промолчал. Смысл препираться, если она права? Лишь заскрежетал зубами, напрягая каждую толику волшебного дара. Но как ни старался, расстояние сокращалось с каждой минутой. Вперед вырвался корабль с полосатыми бортами, часть моряков уже собралась на носу с гарпунами и кошками в руках. Эйнов охватила фанатичная ярость, они ревели как медведи и плевались пеной. На таком допинге неделю грести смогут. И я лучше утоплюсь, чем попаду к ним в лапы.
– Держи руль!
Попутчица без разговоров плюхнулась рядом на банку и вцепилась в рычаг. Я же повернулся к преследователям и представил объятые пламенем паруса. Местами зачернели проплешины, пошел дымок, и все.