Легионер
Шрифт:
«Шикарно живет. Очень даже не бедно…», – мельком подумал о хозяине дома Рей. Он заметил на стеллажах запыленные бутылки с весьма дорогими французскими винами, которые считались коллекционными.
Его усадили на стул, который принес кто-то из охранников, встретивших Рея и иже с ним на пороге дома, и оставили под надзором скучающего «быка», обладателя круглого детского лица с пухлыми розовыми щеками. Выражение детскости портили лишь глаза – маленькие, невыразительные и злобные как у гиены, у которой отобрали кусок тухлого мяса.
Дебил, решил про
Ждать пришлось недолго. Массивная дверь подвала отворилась, и по лестнице в сопровождении двух лбов спустился невысокий коренастый мужчина с длинными обезьяньими руками-клешнями почти до колен. От него явственно исходила угроза – как от готового к броску питона.
– Попался, голубчик, – процедил он не без злорадства сквозь зубы, гипнотизируя Рея неподвижным взглядом. – А то мои хлопцы все ноги сбили, гоняясь за тобой по всему городу и окрестностям.
Мясник! Точно, он. Именно таким и описал его Пеха. Рей невольно содрогнулся и похолодел.
– Добровольно расскажешь, как было дело, или тебе нужно помочь? – между тем продолжал мужчина.
Детина с невинным детским лицом осклабился, показав золотые фиксы. Остальные быки стояли как истуканы.
– Что я должен рассказать? – стараясь не выдать волнения, спросил Рей.
– О том, как ты девушку умыкнул.
– Вы имеете ввиду дочь Чвыкова?
– А что, ты еще кого-то слямзил? Ну ты прямо маньяк, парень. Да, именно об этом я и хочу тебя спросить. Только звони всю правду, иначе…
Мясник не договорил, но его голос вдруг заскрежетал, будто мгновенно заржавел.
– Я не похищал ее, – твердо ответил Рей.
– Не понял… – Мясник приблизился к Рею почти вплотную. – Мы ведь договорились, что ты будешь курлыкать как на исповеди.
– Я говорю правду. Меня подставили.
– То есть?…
Рей, стараясь не упустить ни единой детали, обстоятельно рассказал о событиях на даче Чвыкова и о том, как сбежал от продажных ментов.
Когда он умолк, на квадратной физиономия Мясника воцарилось недоуменное выражение. Видно было, что он усиленно размышляет.
Собрав нервы в кулак, Рей ждал. Он понимал, что сейчас поставил на кон свою жизнь. Все зависело от того, поверит ли ему Мясник или нет.
Если да, то у него был шанс выйти сухим из воды, а если нет… Тогда его сначала искалечат под пытками, а потом отправят на дно реки раков кормить. Притом в расчлененном состоянии, вспомнил Рей кровавое «хобби» Мясника.
– Вот так штука… – наконец молвил Мясник. – Если это правда, то…
Договорить он не успел. Снова заскрипели плохо смазанные петли входной двери, и в подвал спустился… Татарин! Он держал раненую руку на перевязи и был не один.
С ним пришел худощавый мужчина в дорогом костюме, за спиной которого маячил крепко сбитый и явно хорошо тренированный малый спортивного вида в кожаной куртке.
Это был телохранитель худощавого, притом явно настоящий
– Сука, падло! – взревел Татарин, подбежал к Рею и сильным ударом здоровой руки свалил его вместе со стулом на бетонный пол подвала. – Убью, на кусочки порежу!
Он пнул беспомощного Рея ногой, но тут по безмолвному приказу Мясника в ситуацию вмешался круглолицый бык. Он схватил Татарина за талию и осторожно отодвинул его в сторону.
– Не горячись, – наконец подал голос худощавый, наблюдавший за происходящим со скучающим выражением на резко очерченном лице, которое словно было вылеплено из темной глины и обожжено в костре. – Не лезь без очереди. Успеешь… – Он криво ухмыльнулся.
Мясник подошел к худощавому и не без показного подобострастия пожал ему руку. Почему показному? Когда он возвращался на прежнее место, Рей успел заметить волчий блеск в глазах бандита и нервный тик, на миг покрививший его топорно сработанную физиономию.
Похоже, отношения с худощавым (интересно, кто он?) у Мясника были отнюдь не простыми, и уж точно не лазурными.
– Вы уже допросили его? – деловито спросил худощавый с таким видом, словно Рея, который все еще лежал на полу, не было в подвале.
– Да, – коротко ответил Мясник.
– Ну и?…
– Или фуфло [8] гонит, или все верно, в натуре. Я пока еще не определился.
– Так определяйся быстрее. Поднимите! – вдруг повысил голос худощавый, указывая на Рея. – А то еще простудится. – Он снова осклабился.
8
Фуфло – ложь (жарг.)
Рея подняли и снова усадили на стул. Удар Татарина по скуле был так себе, не очень, но Рей решил немного повалять Ваньку, притворившись оглушенным. Он опустил голову на грудь и тряхнул ею несколько раз, словно пытаясь прийти до памяти.
– И что он там клепал? – спросил худощавый.
Мясник пересказал «исповедь» Рея почти дословно. Оказывается, у этого садиста очень неплохая память, не без удивления отметил про себя Рей.
– Даже так? – Худощавый был удивлен и озадачен. – Неужели менты затеяли какую-то игру? И сразу же напрашивается вопрос: против кого? И кто заказчик?
– Понятия не имею, Пал Сергеич, – буркнул Мясник. – Вам и карты в руки, с такими делами разбираться. Я свое дело сделал, фраера нашел и доставил.
– За что тебе большое спасибо. Наш клиент будет доволен. Вообще-то, все эта история очень смахивает на правду. Нутром чую, что затевается какая-то игра. Но кто мозгами раскидывает в этом деле? И какие силы за ним стоят? Вот в чем вопрос… – Худощавый подошел к Рею и, схватив за подбородок, резким движением поднял его голову вверх. – А все ли ты рассказал нам, друг ситцевый?