Легион Кэнби
Шрифт:
— Молчать! — невольно взвизгнул Ренальдо, а затем закрыл глаза. — Это так важно? Тенниел улыбнулась.
— Как сказать, — ответила она, наклоняясь вперед снова с той жуткой улыбочкой на лице.
— А точнее?
— Все зависит от того, сколько вы захотите заплатить, — объяснила Тенниел. — И позвольте предупредить вас, мой тучный друг, за сведения об этом человеке цена будет высока.
Ренальдо почувствовал внутреннее облегчение. В конце концов Тенниел настоящая проститутка. Граф улыбнулся, слишком усталый,
— Место директора, — выдохнул он, — в правлении «Объединенных реактивов». Это мое лучшее предложение; решай сама.
— Директора? — переспросила Тенниел.
— «Объединенных реактивов», — повторил Ренальдо. — Они почти полностью мои.
Тенниел долго смотрела на него, затем улыбнулась и снова раскрыла юбку.
— Ренальдо, — проговорила Тенниел, — считайте, что вы заключили выгодную сделку.
Для Кэнби середина сентября была самой красивой порой в Бэттери-Парке. Летняя жара, а также влажность исчезли до следующего года, и погода казалась идеальной для человеческого организма. Кэнби сидел на скамейке, обняв Тенниел и глядя, как Дамиан радостно играет в шумной стайке мальчишек и девчонок.
— Пусть он и живет в верхнем городе, — заметила Тенниел, пожав плечами, — но его настоящие друзья остались здесь, в Бэттери-Парке.
— А в тех дворцах в верхней части, где вы живете, вообще-то есть дети? — в шутку спросил Кэнби. Тенниел кивнула.
— Да, есть немного. Иногда он играет с ними. Похоже, со здешними детьми ему лучше. Взгляни, — она показала на детей, которые играли вдоль узкой обочины тротуара в игру «делай как я», — у них нет никаких игрушек, зато им, кажется, весело. — Тенниел передернула плечами. — У Дамиана целая комната завалена дорогими играми, которые я не могла покупать ему раньше, но когда мы сюда приходим, он ничего не берет с собой. Говорит, что они мешают.
— Наверное, у его друзей в верхнем городе тоже полно игрушек, — сказал Кэнби.
— Ну, еще бы, — подтвердила Тенниел. — У некоторых даже больше, чем у Дамиана.
— Вероятно, воображаемые игрушки интереснее — в конце концов они идеально подходят для любой ситуации. — Кэнби рассмеялся. — Посмотри вон на того мальчугана с палкой. По-моему, сейчас это у него лазерная винтовка, но мгновенно может превратиться в мушкетон тринадцатого века или даже в дисраптор.
Бросив на него странный взгляд, Тенниел покачала головой — почти с грустью.
— Ты так смотришь… — заметил Кэнби. — О чем ты думаешь?
— Я думаю, — ответила Тенниел, посмотрев ему прямо в глаза, как будто увидела впервые, а затем нахмурилась и покачала головой, — что еще никогда не встречала
— Просто люблю, вот и все, — удивился Кэнби. — Разве любовь не такая?
— Пожалуй, ты прав, Гордон, — печально промолвила Тенниел. — По крайней мере именно так и должно быть.
— А разве все не так?
— Может быть, в совершенном мире, — согласилась Тенниел, затем закрыла глаза и снова медленно покачала головой. — К несчастью, наш не таков.
— Вероятно, мы сможем сделать его совершенным, — произнес Кэнби, притягивая Тенниел к себе.
Повернувшись, она скорбно посмотрела ему в глаза и проговорила:
— Я на это не рассчитываю.
— Ну вот, — пожаловался Кэнби, — ничего себе счастливый денек! Откуда такая тоска?
— Ты снова прав, Гордон, — сказала Тенниел, глядя на Ист-ривер. Давай поговорим о чем-нибудь другом… поинтереснее. — На мгновение она сжала губы, потом улыбнулась. — Расскажи мне лучше, как ты собираешься поймать тех пиратов.
— Что? — удивленно спросил Кэнби.
— Расскажи, как собираешься ловить пиратов. Наверное, это интересно.
— Ты, которая никогда не заговариваешь о насилии, хочешь узнать, как я намерен избавиться от шайки пиратов? Не могу поверить!
Тенниел улыбнулась.
— Что ж, пора мне хоть немного вникнуть в то, чем ты занимаешься. Я имею в виду, что мы уже достаточно подружились.
Кэнби нахмурился.
— Да, — подтвердил он, — это так. Но… вообще-то оперативные документы держатся в секрете. О планируемых операциях знают лишь те легионеры, которые непосредственно в них заняты, и то у них есть доступ только к своей части задания. Полный план, возможно, известен лишь шестерым.
Тенниел капризно изогнула бровь.
— Похоже, ты мне не доверяешь, Гордон.
— Конечно, я тебе доверяю, — поспешил заверить Кэнби, недовольный неожиданной темой разговора. — Просто дело в том…
— В чем? — не уступала она. — Что может быть такого в твоем задании, чего ты не можешь мне сказать? Да и с кем я могла бы этим поделиться — с Дамианом?
— Ну, — парировал Кэнби, которому теперь уже действительно стало не по себе, — у тебя ведь есть этот твой клиент…
Тенниел рассмеялась.
— Чепуха! С какой стати я буду ему что-то рассказывать? Кроме того, зачем ему, по-твоему, это нужно — чтобы проболтаться и провалить твое задание? Полный вздор!
К этому времени Кэнби не на шутку встревожился.
— Тенниел, я дал слово. Я просто не могу… как ты не понимаешь…
— Да нет, Гордон Кэнби, я все понимаю, — проворчала Тенниел, отодвигаясь от него. — Если я ничем не отличаюсь от других в этом, тогда, может, не стоит со мной и спать. А ведь я думала, что ты меня действительно любишь.