Чтение онлайн

Его собеседник на другом конце линии негромко хмыкнул.

— Вам нужна хоть какая-то зацепка. Вы надеетесь, что я проговорюсь. Ну, ладно, придется с этим смириться. Дайте мне секундочку подумать… Хорошо, давайте назовем эту операцию «Скачка с препятствиями». А меня вы можете называть просто Наездник. Любые сообщения, которые вы получите от Наездника, будут исходить от меня и иметь отношение к этой операции.

— Какой операции?

— Санк-Марс, не задавайте ненужных вопросов.

Детектив сжал телефонную трубку в руке так, как будто хотел выдавить из нее информацию.

— Тогда расскажите мне

о грузовозе.

— Я уже все вам сказал. Ключ к разгадке — русское судно. Начните с него. Желаю вам удачи, Санк-Марс.

Наездник повесил трубку.

Санк-Марс обдумал сообщение, потом подошел к подметавшей пол жене и без околичностей спросил ее, умеет ли она стрелять из ружья.

— В чем дело, Эмиль? — она оперлась о метлу и пристально посмотрела ему прямо в глаза.

— К востоку от Олдгейт, — невнятно бросил он, отведя глаза в сторону.

— Что ты сказал, Эмиль? Прости, я не поняла. Что это значит?

— Сандра, ты выросла на ферме. Ты должна уметь стрелять из ружья.

— Конечно, я умею стрелять из винтовки. И из дробовика палила, когда мы охотились на уток. Я же американка. Разве мы все друг в друга не стреляем? Это наше конституционное право.

— Я поеду в поселок, куплю тебе ружье. И, пожалуйста, когда меня не будет, все время держи его при себе. Особенно здесь. А если решишь покататься верхом, всегда бери с собой свой сотовый. С этого момента, когда будешь в доме, всегда держи двери на запоре. Мне совсем не хочется тебя пугать, но сейчас настало время, когда надо быть очень осмотрительными.

— Эмиль? — Она заглянула ему в глаза, но в них не было ни утешения, ни улыбки, ни сострадания. Сандра отвела взгляд. Санк-Марс попытался ее обнять, но она увернулась и снова принялась убирать конюшню.

— Сандра, — сказал он, приблизившись и встав за ее спиной.

Она снова посмотрела на мужа.

— Что же дальше будет, Эмиль? Давай, покупай ружье. Не беспокойся обо мне. Стрелять я умею.

— Может быть, ничего не случится, — проговорил он.

— А может быть, случится, — поправила она. — Только как мне об этом узнать, если ты ничего не рассказываешь? Ни с того ни с сего ты хочешь, чтоб у меня было оружие. Ты когда-нибудь будешь мне толком объяснять, что происходит, Эмиль? Когда-нибудь?

Как ему было рассказать ей о своих подозрениях, если он кожей чувствовал, что тучи над ними сгущаются, но не было никаких видимых для этого оснований?

Санк-Марс кивнул.

— Это ведь не просто сказочки про сыщиков и разбойников… Люди пока не осознали, но идет война. Пока никто не знает, что я в ней участвую, но когда узнают… — он оборвал фразу на полуслове.

Теперь они стояли рядом, и когда муж снова захотел ее обнять, Сандра Лоундес не стала ему противиться. Они целовались в холодной сырости конюшни. Потом Сандра отстранилась, снова взялась за метлу и принялась целеустремленно подметать пол, а Санк-Марс через небольшую боковую дверь вышел из помещения на яркий солнечный свет восхитительного зимнего утра.

Полдень еще не наступил, когда сержант-детектив Эмиль Санк-Марс вместе с детективом Биллом Мэтерзом подрулил к одному из въездов в городской порт. Полицейские полагали, что их значки без проблем позволят им попасть на территорию. Однако

смотревший на них свысока из своей будки охранник прочел им целую лекцию о процедуре получения разрешения на въезд. Мэтерз вылез из машины и, почти прижавшись лицом к замерзшему стеклу, спросил у старого хрыча, что тот имеет против полицейских. Постовой с полицейским прилично повздорили. В конце концов охранник кому-то позвонил, разрешение было получено, и Мэтерз расписался в журнале посетителей. В этот момент из машины вышел Санк-Марс, ввалился в будку сторожа и потребовал, чтобы тот дал ему журнал посетителей для ознакомления.

— У меня нет разрешения показывать вам журнал, — сказал охранник, ссохшийся хамоватый зануда, люто ненавидевший всех, кто хоть в чем-то пытался ему перечить.

— У меня тоже нет пока разрешения на ваш арест за то, что вы мешаете проведению расследования, но вы меня вынудите, и я его получу, — предупредил Санк-Марс. Он надеялся, что старик рассмеется, но вместо этого тот положил руку на кобуру и с хмурым видом распрямил спину. — Ну, ладно, я пошутил.

— У меня нет разрешения.

Упорство охранника детективу совсем не понравилось.

— Хорошо, запросите разрешение. Я вполне могу подождать. — Он похлопал охранника по спине с таким видом, будто они с давних пор были братьями по оружию, и вышел на улицу.

Как только сторож кончил разговор, Санк-Марс снова вошел в будку, а Мэтерз подошел к окошку, и они, разделенные стеклом, вместе стали просматривать журнал.

— Вот, смотрите! — вскрикнул он. — Это же надо! Как вам это нравится? — Мэтерз даже присвистнул.

— Вы были на посту за день до Рождества? — спросил охранника Санк-Марс.

— На Рождество мне дали пять дней отпуска — два дня накануне и два дня потом.

— Свяжитесь еще раз с начальством и запросите разрешение на то, чтобы я конфисковал у вас этот журнал в качестве вещественного доказательства.

Охранник перевел взгляд с одного мужчины на другого, как бы соображая, стоить ли ему понапрасну тратить время на звонок.

— Лучше пусть кто-нибудь пришлет мне новый журнал.

Он, видимо, решил, что оба детектива по достоинству оценили его приверженность букве закона. Через минуту полицейские уехали. Журнал посещений лежал на заднем сиденье служебного автомобиля. Они неукоснительно следовали объяснению охранника, который подробно рассказал им, как проехать по докам к русскому грузовозу.

Грузовые корабли стояли у причалов под старыми, обшарпанными элеваторами. Зимой в монреальском порту всегда спокойно, хотя ледоколы неустанно трудятся над тем, чтобы река была судоходной. Грузовозов здесь было теперь немного, от временного запустения огромное пространство казалось мрачным, даже немного жутковатым.

Выбравшись из машины, детективы уставились на черное проржавевшее чудовище, которое и было русским грузовозом. Полицейские, не сговариваясь, переглянулись — это была не квартира с тремя спальнями, — им явно было не под силу найти что-либо в недрах этого гиганта. С его верхней палубы свисали огромные сосульки. Шпринги, удерживающие корабль у причала, тоже были увешаны сосульками, блестевшими на утреннем солнце. Трап, ведущий на верхнюю палубу, казался слишком хлипким. Название корабля покрывали хлопья налипшего и заледеневшего снега.