Ледяное пламя 2
Шрифт:
– Лора, закрой окна, – тихим, но приказным тоном сказала Мерида, и горничная поспешила к ставням, но гвардеец остановил её.
– Не надо. Пусть в комнате будет свежо. Лучше закрепите ставни так, чтобы они не хлопнули от ветра. Я разведу огонь в камине, чтобы поддерживать тепло.
Пока Кристофер возился с дровами, горничная закрепила маленькими брусочками створку около петель и удалилась. Мерида же присела в кресло.
– Я не уйду, пока вы не закончите, – драконица сурово уставилась на задержавшегося в спальне гостя, всем своим напыщенным видом давая понять, что никакие указания по этому вопросу не сдвинут её с места – ведь она отвечала не только за сохранность здоровья принцессы, но и за репутацию.
–
Добившись при помощи магии того, чтобы полено медленно прогорало, не давая сильного жара, Кристофер ещё раз глянул на спящую принцессу, которая мило сопела, уткнувшись в подкладку пальто.
Джеймс ковырял ложкой наваристую похлёбку из курицы и перебирал в голове строки послания от некой «доброжелательницы». Так сам себя именовал автор письма, которое синий дракон получил пару дней назад. Он обнаружил его на подушке в душной комнатёнке с одним маленьким окошечком под потолком. Эту келью выделил ему в качестве спальни начальник Силлотской заставы. Дорогой пергамент с золотистым тиснением не оставлял сомнений: письмо явно доставлено из Королевского дворца, а загадочная незнакомка – Ясмина. Ну а кто ещё мог бы так беспокоиться о судьбе несчастного? Они знали друг друга, сколько юноша себя помнил, а до гражданской войны между их родителями существовало соглашение о браке. Она должна была стать его супругой, но нынешний король отменил прежние договорённости.
Это злило Джеймса. Злило так же, как и решение Ариса отправить его сюда за пустяк: подумаешь, ударил в порыве гнева Ясмину по лицу. И что с того? Отец всегда бил мать, но она вновь приходила к нему, извинялась, просила прощения и, в конце концов, любила. Так почему же он не должен вести себя так же? В том, что синеволосая драконица любит его, шестнадцатилетний юноша не сомневался. Все её ужимки, увёртки и гонения – всего лишь женские капризы, не более того. Отец учил: «Женщину надо держать в кулаке, иначе она сядет тебе на шею», и послушный сын старался.
«Я никогда не сомневался, что ты любишь меня, Ясмина. Я готов простить тебе всё!» – думал Джеймс, доставая из внутреннего кармана послание, что хранил поближе к сердцу. Ему захотелось ещё раз перечитать его, чтобы освежить в памяти важные детали. «Доброжелательница» сообщала, что в бедах юноши виновата Её Высочество леди Алита и что автор готова оказать любую поддержку в осуществлении мести, сообщала дату и время для очной встречи в столице.
Как же Джеймса раздражала эта гадкая ледяная драконица! Подслушала разговор в саду с Ясминой и рассказала брату! Какой низкий поступок! Так вот кто стоял за надуманным поводом его ссылки! Если бы не она, Джеймс не оказался бы в вонючем сыром Силлоте, не выносил бы помои, не чистил бы рыбу, не терпел бы издевательств со стороны гвардейцев Западной Драконьей гвардии. Последние относились к нему хуже, чем к бродячей собаке или безграмотной деревенщине. Юноша еле сносил позор, но, когда пришло заветное послание, многое переменилось.
Удача как будто вспомнила о нерадивом синем драконе – сыне бывшего начальника королевской гвардии драконов, который умер, защищая своего короля в последнем сражении гражданской войны.
Он только задумался о побеге, как тут же судьба свела его с Грегором. С тем, кто ненавидел ледяную принцессу и желал ей мучений не меньше самого Джеймса. Чёрный дракон так же, как и юноша, находился в ссылке. Грегора перевели в Западную гвардию из Королевской, а всё потому, что он знал Рихарда лично, сочувствовал ему и на следствии нехорошо отозвался о леди Алите. Грегор с уверенностью заявлял: «Рихард не мог причинить ей вреда. Не верю. Белобрысая приворожила его, а Рихард боролся с искушением до последнего. Не угодил он ей, и вот, что из этого вышло. Он изувечен, так ещё и в Хиемской
Чёрный дракон, приверженец древних традиций, был до безумия суеверен, а потому считал ледяную драконицу главной виновницей и предвестницейвсех бед. Каждая трагедия – от событий в Вирентисе до задавленного на дороге бездомного в столице – согласно его убеждениям, ложилась на совесть леди Алиты. А после ссылки в голове Грегора окончательно что-то щёлкнуло, и он уверился в своей святой миссии положить конец злу, что принесла в мир новоявленная принцесса.
Так по счастливой случайности Джеймс оказался в компании единомышленника. Вместе они ушли из Силлота ночью, пешком, чтобы не привлекать лишнего внимания. И на каждом шагу их ждал невиданный успех: никто не поднял тревогу, не преследовал, пробираясь сквозь лес по украденной Грегором карте, они не наткнулись ни на одну ловушку. Побег прошёл настолько удачно, что юноша искренне радовался покровительству высших сил.
На второй день они осели в заброшенной хибаре на краю деревни, названия которой он не знал. Никто не интересовался ими. Грегор достал пару кур, овощей и краску для волос. И теперь смольные волосы делали Джеймса не отличимым от чёрного дракона. Только перевоплощение в рептилию могло выдать беглеца.
Глава 3
Резные часы в столовой размеренно пробили двенадцать ударов. Мягкий солнечный свет лился сквозь высокие окна на накрытый стол. Выбеленная скатерть, белоснежный фарфоровый сервиз, ароматный чай с малиной, горячий омлет с овощами, поджаренная ветчина. Алита бросила полный смущения взгляд на компаньонку, которая невозмутимо разливала карамельного цвета жидкость по кружкам, и взялась за вилку. Скоро обед, но принцесса ещё не завтракала, а потому приказала подать то, с чего любила начинать день.
Драконица не помнила, когда в последний раз спала настолько крепко, когда пробуждение вызывало улыбку, когда тело не чувствовало усталости. Мешки под глазами исчезли, кожа засияла, а щёки покрылись здоровым румянцем. Даже аппетит проснулся и торопил Алиту поскорее приступить к столь позднему завтраку.
Магический сосуд полностью восстановился. Но опечаленная полученным вчера горьким опытом, принцесса решила, что надо уметь останавливаться. Такая самоотдача не принесёт ничего хорошего. Можно замертво упасть, если и дальше так надрываться. Вдобавок удручало и то, что она проспала визит Кристофера.
Обнаруженное утром в кровати мужское пальто говорило о том, что он не привиделся ей во сне, а действительно был рядом, нёс на руках, а она обнимала гвардейца за шею. Воспоминание об этом моменте отдалось волной жара по телу, а губы невольно растянулись в улыбке.
– Ваше Высочество, вы прекрасно выглядите сегодня. Вся светитесь, – Мерида придвинула чашку к принцессе.
– Благодарю. Я хорошо выспалась, – Алита хотела добавить «наконец-то», но в столовую вошёл Герберт.
Поприветствовав и одарив дам обворожительной улыбкой, гвардеец подошёл к принцессе.
– Рад видеть вас в добром расположении духа. Как ваш магический сосуд? Восполнился?
– Да, всё замечательно. Присаживайтесь к нам, – принцесса указала на место по левую руку от себя, так как справа сидела Мерида. – Вы так и не разбудили меня, как я просила.
Укор прозвучал как-то весело, и Герберт улыбнулся, пригладив длинные волосы.
– Хех, Ваше Высочество, как я смел прервать ваш крепкий сон? Простите моё непослушание. Надеюсь, что новости, которые я принёс, загладят мою вину, и вы не будете сердиться, – гвардеец присел и сделался серьёзным. Да настолько, что Алита так и замерла с вилкой в руке, ощутив, как учащённо забилось сердце. – Их две. Первая – завтра вас приглашают во дворец. Вот письмо от Его Величества, – дракон положил на стол запечатанный конверт.