Чтение онлайн

Однажды он заехал за мной на работу в более-менее приличном настроении, глаза его горели добрым огоньком.

– Послушай, Янка, давай съездим куда-нибудь, отдохнем за границей. Куда бы ты хотела?

– Конечно, в Египет.

– А почему именно в Египет?

– Египет это страна моей мечты. Солнце, пески, пирамиды – все это непостижимо влечет меня. Поехали, облазим там ее.

– Ну ладно, давай Египет. Я думал рвануть куда-нибудь на Канары, но слово любимой женщины – закон.

– Спасибо. – Я обняла его и тихонько спросила:

– А ты что такой радостный? Что у тебя произошло?

– Да ничего особенного, просто, знаешь,

подумал, хрен с ним, с этим Андрюхой, главное, что у меня есть ты.

– Ну наконец-то отошел.

– Яна, а когда мы рванем в Египет?

– Давай как только у меня пройдет презентация новой коллекции, так сразу и поедем.

– Ладно, сейчас пойду к пацанам, надо деньги подбить. Андрюхи не стало, а мне правая рука все равно нужна, без нее никак. Поставлю я на его место Игоря.

– А кто такой Игорь?

– Мой старый, хороший, боевой товарищ, годами и жизнью проверенный. Они в моей группировке оба были доверенными лицами. Андрей мертв, остался Игорь. Он по праву должен занять его место.

– Все они хороши до поры до времени. Смотри, как бы и этот не оказался таким же идиотом, как Андрей.

– Нет, Яночка, Игорь порядочный. Он мне жизнь спас. В прошлом году, когда в меня у казино стреляли, Игореха упал и закрыл меня собой, его изрешетили по полной программе, он чудом остался жив, затем несколько месяцев в больнице отдыхал. Я ему жизнью обязан. Он человек женатый, спокойный, рассудительный, а самое главное – башковитый, мозги есть, понимаешь, а это в наше время большая редкость, да и в моем деле довольно-таки немаловажно. У меня боевиков бестолковых до хрена и больше, которым только показывай мишень и отдавай приказания. Они все бывшие боксеры, умеют Только руками махать, им мозги уже давно отбили, да и были ли они у них раньше, сомневаюсь. А таких, как Игорек, у которых голова отлично работает, мало, их днем с огнем не сыщешь, тем более преданных, а преданность и верность свою он мне тысячу раз показывал и доказывал. Смерть Андрея на него тоже очень сильно подействовала. Вроде, знаешь, все свои пацаны, столько лет вместе, одни дела делаем, одной цели служим, не один пуд соли вместе съели – и такая херня произошла. Но я им всем сразу сказал, что если хоть кто-то тебя пальцем тронет или плохо о тебе отзовется, с каждым так будет, чтобы все имели в виду. А к Игорю особое доверие, он у меня уже год, как возит воровской общак. Нас о нем только трое знают: Андрей, царство ему небесное, Игорек и я. Вернее, о том, когда и кто его возит и кому. Вот я и решил, завтра Игореха отвезет общак, а я всем объявлю, что он моя правая рука теперь. Ты одобряешь мои действия? , – Конечно, одобряю, а как же! Если говоришь, что ближе у тебя никого нет, то это мудрое решение. Когда ты хочешь это объявить?

– Завтра.

– А во сколько он этот самый общак везет?

– В двенадцать. Я даю ему в офисе сверток, и он отвозит его в Раменское. Обычно он к шести уже возвращается.

– А сколько в том свертке?

– Шестьсот тысяч долларов.

– Сколько? – спросила я и упала со стула на пол.

– Шестьсот тысяч баксов. Что с тобой, Янка, дай помогу встать.

– И ты доверяешь ему такие деньги?

– Конечно.

– Но почему?

– Он уже год возит такие суммы.

– Хорошо. Ну а если в один прекрасный день он не вернется к шести часам?

– А куда ж он денется! Я его из-под земли достану.

– Ага, скажешь тоже, куда он денется. Да возьмет билет, свалит за кордон, упадет на дно,

и в жизнь тебе его там не найти.

– Но ведь год возит и никуда не свалил!

– А кто еще знает об этих деньгах?

– Да никто, только мы втроем, а теперь вдвоем, и еще ты узнала, – засмеялся Касьян. – Я тебе доверяю как самому себе. У меня от тебя секретов нет, я перед тобой как на ладони.

– Хороший, я смотрю, у вас воровской общак, помалу не возите. Скажи, а предположим, он украдет эти деньги, тебе что за них будет?

– Он их не украдет.

– Ну, я же сказала – предположим.

– Да, тогда у меня были бы большие проблемы. Ты пойми правильно, мы же не коммерсанты, готовые за копейку мать родную удушить, а братва. У нас семья, понимаешь? Мы все делаем одно общее дело, повязаны одной ниточкой, ходим по одному канату.

– Понятно, – улыбнулась я и чмокнула Касьяна в щеку.

Он пристально посмотрел мне в глаза и довольно холодно произнес:

– Я слишком люблю тебя, Яна, понимаешь, даже слишком. Доверяю тебе и надеюсь, что ты меня не подведешь.

При этих словах Касьян взглянул на меня так, что по телу забегали мурашки, а ноги чуть не подкосились. Но я тут же взяла себя в руки и тихо сказала:

– Конечно, Касьян, о чем разговор. Знаешь только, что меня постоянно гнетет?

– Что?

– Где Комар?

– Не знаю, его никто не видел с тех пор, как он полетел за тобой во Владивосток.

– А дома?

– Дома он не появлялся, мои люди следят за его квартирой.

– А у знакомых?

– У знакомых тоже. Яна, неужели ты думаешь, что я бросил это на самотек. Мне хорошо известны все места, где он может объявиться, мои люди расставлены повсюду.

– У меня дурное предчувствие, Касьян.

– Как это?

– Предчувствие смерти, вернее, ее приближения. У тебя когда-нибудь было такое?

– Ты что несешь?

– Знаешь, за несколько дней до того, как я заказала своего супруга, он перестал спать. На его душе была тревога, он мучился, понимаешь. Так вот я сейчас испытываю то же самое.

– Не говори ерунды. Со мной ты в безопасности.

– Хотелось бы верить. Понимаешь, я очень сильно перешла дорогу Комару, я отняла у него самое дорогое, что есть у мужчины. Он никогда мне этого не простит.

– Янка, родная, ну хочешь, я прикреплю к тебе с десяток своих боевиков?

– Не хочу, – засмеялась я.

На следующий день, рано утром, я приехала в мастерскую к Руслану. Он сидел за столом и просматривал негативы.

– Здравствуйте, господин директор, а вы бы не хотели со мной поработать?

– Боже мой, Янка, какими судьбами! С чего это ты решила посетить мою холостяцкую обитель? Должно быть, случилось что-то важное, иначе тебя сюда ни в жизнь не заманишь.

– Да не такая уж она и холостяцкая, – засмеялась я. – Смотри, как разжился! Евроремонт, евромебель, все по-крутому.

– Да знаешь, никак не могу закончить выставку Совершенно нечем платить за рекламу и аренду, да и мастерская еще не до конца доделана.

– А сколько тебе нужно денег, чтобы все это утрясти?

– Много, Яна, очень много. С меценатами и спонсорами сейчас напряженка, сама понимаешь. А своими силами мне вряд ли удастся выкарабкаться.

– Много, это сколько? Тысяча долларов, две, три, десять, двадцать?

– Да ну ты что, матушка! Мне нужна сотка. Сто тысяч долларов.

– Понятно. Так вот, я тебе предлагаю принять участие в одном небольшом дельце и получишь три сотки.