Леди Стерва
Шрифт:
Марк громко засмеялся и крепко меня сжал. Так в любви и согласии мы прожили ровно три недели. Три недели безумной любви, безразмерного счастья я дикой преданности друг другу.
В один из вечеров, когда мы сидели обнявшись у камина и смотрели на огонь, попивая кофе, Марк тихо произнес:
– Нужен труп.
– Что нужно? – не поняла я.
– Я разговаривал по телефону с Касьяном и посылал к нему своих людей на переговоры. Понимаешь, в криминальном мире, по воровским законам, так – нет человека, нет долга. Долг умирает вместе с человеком. Поэтому нам нужен труп. Труп твоего мужа. Да, кстати, тот парень, которого ты замочила на даче, жив.
– Как это? – не поняла я.
– Он выжил. Дополз до ближайшего дома, и там ему оказали помощь. На
– Боже мой, а как же мы найдем труп? – Я была в шоке. – Знаю приблизительно, но это не точно. Где-то в реке, не доезжая Каширского моста. А как ты себе представляешь его поиски?
– Обыкновенно. Возьмем парочку водолазов. Скорее всего, нужно найти киллеров. Уж они-то точно покажут место захоронения.
От этой мысли меня передернуло. Встречаться с милой троицей мне совершенно не хочется. А тем более искать и увидеть труп моего мужа. Пренеприятнейшее занятие, прямо скажем.
В середине следующего дня мы уже добрались до Москвы. Первым делом я позвонила Любке и попросила любой ценой найти Славика, хоть всю Москву для этого перевернуть. Но, к моему глубокому сожалению, ни Славика, ни этих двоих она так и не нашла. Ни сегодня, ни завтра, ни в последующие дни. Их местонахождение оставалось загадкой. Они погорели на каком-то деле, были в розыске, отмыли хорошую сумму денег и ушли на дно. А где это самое дно, оставалось только догадываться. О нем не знал никто, даже Любкин Борька.
Мы решили действовать сами. Приблизительно нашли нужное место. Дно обследовали трое водолазов, и еще с десяток ребят прочесывали лесные окрестности по соседству. Я сидела на берегу и курила. Марк все время разговаривал с кем-то по телефону. Мое сердце могло выскочить в любой момент от жуткого страха. Сколько адреналина выработал мой организм за эти долгие часы, одному Богу известно. Но результат был плачевным. Ни трупа, ни даже чего-нибудь похожего мы не нашли.
Куда он мог подеваться, не имею ни малейшего представления. Я уже было совсем сникла, но Марк постоянно меня подбадривал, вселял надежду и оптимизм. Но по-прежнему настроение было хуже некуда.
– Марик, послушай, знаешь, о чем я подумала. Труп никак не мог оказаться на середине реки. Они же не плыли с ним, а подошли к берегу, привязали камень на шею и сбросили в воду. Мы уже вдоль и поперек обшарили все вокруг, а результат плачевный. Это я говорю к тому, что, скорее всего, труп был найден местными жителями и увезен криминалистами как неопознанный. Может быть, фотографию печатали в газетах, показывали по телевизору в «Петровке, 38», но я уже целую вечность ничего не смотрела и не читала. Его, конечно, никто не опознал, уж больно он был изуродованный. Это в соленой воде труп долго не портится, его всегда можно опознать, а в речной ой очень быстро разлагается, да и рыбки поели.
– Откуда такая осведомленность?
– В детстве все мы мечтаем кем-нибудь стать. Только не всегда наши мечты совпадают с нашими возможностями. Так вот, я мечтала стать экспертом-криминалистом, чтобы выезжать на место происшествия и рассматривать трупы. Определять время убийства, орудие убийства, тяжесть телесных повреждений и так далее.
– Хорошенькая мечта! – присвистнул Марк. – Я всегда знал, что ты сумасшедшая, с самой первой минуты, как только тебя увидел. Вот я, например, хотел стать космонавтом. Да разве можно мечтать о таком в раннем детстве?! Криминалист! Ничего себе мечта детства! Считай, что ты им стала, правда неофициально, негласно, без образования.
– Ты не дослушал. – Я сделала обиженное яйцо. – Так вот, я прочитала массу литературы такого плана и эти сведения почерпнула именно оттуда. Короче, скорее всего, он уже закопан в братской могиле для неопознанных трупов. Знаешь, как это делают? Им роют яму, кидают
Марк внимательно слушал, а я продолжала:
– Можно, конечно, подойти к местным рыбакам и спросить, не находили ли они что-нибудь интересное в последнее время. Но тем самым мы только наведем на себя подозрения. Если они действительно обнаружили труп, то их явно предупредили, чтобы они сразу сообщили в органы о всех подозрительных. Поэтому нам лучше не нарываться. Ко мне уже один подходил, спрашивал, что мы здесь ищем. Я ответила, что на днях купалась здесь со своим другом. Мы хорошо порезвились в воде, и я потеряла бриллиантовое колье. Это выглядело довольно правдоподобно. Крутые машины, мальчики с мобильными, водолазы – все это взбудоражило местное население. Теперь им все станет ясно. Когда будем уезжать, надо сказать, что нашли то, что искали, иначе все местные жители будут с утра до ночи нырять в реке в надежде найти драгоценности. Надо их пожалеть, чтобы они не питали пустых иллюзий.
Мы не там ищем. Марк. Надо искать в библиотеке.
Надо поехать в читальный зал, взять подшивки «Криминального курьера», «Дорожного патруля», «Криминальной хроники» и как следует их изучить. Я уверена, что там мы найдем то, что ищем. Я узнаю его сразу, каким бы изуродованным он ни был. Только вот как мы докажем Касьяну, что это он, я не знаю.
– Вот видишь, как пригодилась мечта твоего детства, – улыбнулся Марк, и мы прекратили поиски.
Через пару часов мы уже сидели в городской библиотеке и листали подшивку криминальной хроники за последние два месяца. Марку это занятие показалось нудным и бесполезным. Он долго мучился, а затем ушел ждать меня в курильную комнату. Тем более что библиотекарша сделала нам уже несколько замечаний, так как у Марка не замолкал мобильный, а отключить его он не мог, ожидая важного звонка.
Итак, Марк ушел. Одной мне было намного спокойнее. При нем я заметно нервничала, и он это чувствовал.
Не прошло и сорока минут, как я нашла то, что искала. Несколько сухих строчек, но таких важных для нас с Марком:
«Следователь просит помочь. В Москве-реке найден труп неустановленного мужчины. Приблизительный возраст 25-30 лет. Одет: брюки темно-синего цвета, пуловер темно-синего цвета, рубашка белого цвета, трусы синего цвета, обувь отсутствует. Особые приметы: на передней челюсти отсутствует два верхних зуба. Справа вверху последний и предпоследний зубы сделаны из золота высокой пробы. На животе большой шрам, 20 сантиметров, после перенесенной операции аппендицита. Больше особых примет нет. По данным экспертизы, мужчина был убит тяжелым металлическим предметом, а позже был брошен в реку. В крови найдены наркотические вещества. Если вам что-либо известно о пострадавшем, убедительная просьба помочь следствию и позвонить по следующим телефонам…» и так далее. Это был он. Его одежда и ненавистный мне шрам. А передние зубы, так это ему маленький их выбил, когда показывал свои боевые искусства. Фотографии трупа не было, но ее и не требовалось. Я на все сто пятьдесят процентов была уверена, что это мой муженек.