Чтение онлайн

Джордж не переставал улыбаться.

— Что-то горчит.

Он удивленно вскинул брови, глотнул из собственной чашки.

— Не знаю, дорогая, мое какао в полном порядке. Может быть, тебе показалось после таблеток?

— Возможно. Я, пожалуй, возьму чашку с собой. — Илэйн с трудом поднялась с кресла.

— Спокойной ночи! Хорошего тебе сна!

Она вытаращилась на мужа.

— Будь у меня хороший сон, Джордж, я не стала бы принимать снотворное!

— Но ведь так принято говорить, дорогая!

Как переменился Джордж

в последнее время! А может быть, это просто игра ее воображения? Илэйн не могла точно сказать, но чувствовала, что установившееся в их отношениях равновесие постепенно исчезает. Джордж смеется над ней! Она готова поклясться на Библии!

— Ну, так спокойной ночи, дорогая! — повторил он.

Она попыталась улыбнуться:

— Спокойной ночи, Джордж!

Он проводил ее взглядом. Уже на лестнице, ведущей в спальню, Илэйн снова охватили сомнения. Последние два месяца, а было начало декабря, с Джорджем творилось что-то неладное. Нет, ничего особенного, просто какие-то незначительные перемены в привычках. Ни с того ни с сего он стал вечерами гулять. Обычно с час, не больше, но…

Она сняла халат из искусственной ткани и села на край постели. Двадцать лет они женаты, и ни разу за все это время он не ходил на прогулки, мало того, терпеть их не мог.

Она сбросила тапочки, отделанные овчиной, почесала мозоль на ступне, поглядела на свои толстые, изуродованные варикозным расширением вен ноги, и ее передернуло.

Подложив под спину подушки, она села в постели и стала читать последний номер своего любимого журнала «Милс энд Бун», но вскоре подействовало снотворное, слова стали расплываться перед глазами. Она поморгала, пытаясь сосредоточиться. Как быстро действуют теперь на нее таблетки!

Бороться больше не было сил, и Илэйн сдалась: погасила лампу и мгновенно заснула.

Через десять минут Джордж тихонько просунул голову в дверь спальни, услышал громкий храп и, очень довольный, кивнул.

Джордж выскользнул из дому в своем самом теплом пальто — ночной воздух был сырым и холодным. На голову напялил вязаную шерстяную шапку, недавно приобретенную, и начал свой променад. В свете уличных фонарей он ничем не отличался от других прохожих, сновавших по улицам в столь поздний час.

Пожалуй, уже два десятка лет он не испытывал такого чувства. Он исходил весь Грэнтли вдоль и поперек, прогуливался не спеша, с достоинством. Потом решил пройтись подальше от той части города, где жил.

Он шел, высматривая окна с незадернутыми шторами. Прошагал всю Байчестер-Террас, свернул направо и по улице Пибоди вышел на дорогу, опоясывавшую Грэнтли. Ни машин, ни другого транспорта здесь не было, лишь изредка попадался какой-нибудь автомобиль с влюбленной парочкой. Еще через пятнадцать минут Джордж добрался до квартала жилых домов в Бичем-Райз.

Он притаился в тени высокой вишни напротив небольшого дома и стал ждать. Только в четверть двенадцатого он увидел

наконец ту самую женщину с третьего этажа, которая на протяжении всех восьми лет, что Джордж здесь бывал, не раз разыгрывала перед ним настоящее шоу. Дома тут были невысокие, не больше четырех этажей, а место, где в тени вишни стоял Джордж, представляло собой небольшое возвышение — деталь муниципального плана по обустройству ландшафта — и являлось идеальной позицией для наблюдения. Джордж извлек из кармана театральный бинокль и приготовился к спектаклю.

Леонора Дэвидсон, отчаянно зевая, откинула назад свои густые темные волосы. До чего же она устала! Нет, пора кончать со всеми этими сверхурочными, не то можно отдать концы.

Она не торопясь расстегнула блузку, движением покатых плеч сбросила ее на пол, высвободила из бюстгальтера груди и принялась изо всех сил их тереть — зуд ее просто замучил. Бросила взгляд в зеркало: под одной грудью на нежной коже виднелась красная полоса. Леонора вздохнула: надо купить бюстгальтеры поприличнее.

Подхватив груди ладонями, женщина слегка покачала их, как бы взвешивая. Никакого сомнения: она опять прибавила в весе. Перешагнув через юбку, которую скинула, Леонора отшвырнула ее ногой.

Наконец она разделась догола и оглядела себя. Не так уж плохо для ее возраста: местами кожа, конечно, уже не была такой упругой, но ведь рано или поздно любая женщина проигрывает сражение с природой. Она невольно подтянула живот, но тотчас же расслабилась. К чертям все это! Никого она больше не интересует, так стоит ли стараться?

Леонора еще слаще зевнула и сняла со стула, стоявшего у кровати, ночную фланелевую рубашку — единственное, что теперь согревало ее ночью. Перед тем, как выключить свет и залезть в постель, женщина еще разок потянулась.

Не в силах оторвать взгляд от окна, Джордж так и стоял, будто зачарованный, в тени вишневого дерева. Вдруг свет погас. Джордж тихо выругался и сунул бинокль в карман. Вытащил носовой платок, приложил его к потному лбу.

Вот сука! Дура несчастная! Чего бы он только не дал, чтобы сейчас очутиться в этой самой квартирке! Господи Иисусе, он показал бы ей, чем кончаются такие шоу! Выставила все свои прелести на всеобщее обозрение! Шлюха поганая! От возбуждения Джордж не заметил, что за ним уже давно наблюдают.

— Ты что делаешь, гад?

Джордж повернулся, как на шарнирах.

— Я… Простите, а в чем дело? — спросил ой писклявым голосом, видимо с перепугу.

У пригорка, на котором Джордж занял наблюдательную позицию, стояли двое парней. Один — темноволосый, лохматый, в длинном кожаном пальто, другой — в огромном овчинном тулупе, из «бритоголовых». Джорджу этот тип парней был хорошо знаком.

— Ты что, оглох, старый козел, извращенец? Я спрашиваю, зачем ты подсматриваешь за миссис Дэвидсон, а? Подонок!