Чтение онлайн

Обычный стиль нашего общения я бы назвала перебранкой, а сейчас у меня на это не было ни настроения, ни азарта. Я рассчитывала перекинуться с ним парой дежурных фраз, но Сарда удивил меня повторно.

— Всегда необходимо быть во всеоружии.

— Какие-то предчувствия? — я напряглась. На сегодня мне определенно достаточно событий. Я была совершенно не готова ни вооружаться, ни сражаться. Сарда не успел мне ответить, фигура танца сменилась, и нас разбила другая пара. Когда мы вновь сошлись, я не услышала ничего определенного.

— Дружеская рука подобна мосту над пропастью, —

очередная глубокая мысль вывела меня из себя.

— Сарда, прекрати говорить загадками! Я выпила столько успокоительного, что мои мозги почти не шевелятся!

Он укоризненно на меня посмотрел:

— Не расслабляйся, Амелия, сдается мне, сегодняшняя ночь не исчерпала свои сюрпризы.

Мне захотелось завыть. А можно эти сюрпризы кому-нибудь другому? Тому, кто им обрадуется. Бриану, например, или хотя бы Фаренджеру?

Эдгар захватил два моих танца подряд, чем вызвал негодование женской половины присутствующей на балу. В иной день это могло подпитать мое самолюбие или, наоборот, расстроить из-за ненужного внимания, но сейчас все шепотки казались совершенно пустыми и не имеющими никакого значения. Наверное, принц чувствовал мое мрачное настроение и флиртовать не пытался, а может, и у него самого скребли на душе кошки.

Эдгар предложил отдохнуть в одном из альковов и выпить глоток лимонада, я с облегчением приняла его предложение. Оказалось, его высочество терзало любопытство. Он видел знак, поданный мной Аделине, и сообразил, что он означает. Но вот почему мы называем Клару Пятой, ему было невдомек. Эдгар даже выдвинул несколько версий, и некоторые были довольно любопытны.

Но как это часто бывает в жизни, все оказалось намного проще.

— Клара Пятая в буквальном смысле слова!

Так получилось, что мою первую няню звали Клара. Когда мне было два года, меня попытались похитить, но Клара меня спасла, хотя и сильно сама при этом пострадала. Она уволилась и переехала в другую провинцию. А отец принял решение нанимать личный персонал только в своем ведомстве. Заодно так он тренировал будущих шпионов для жизни под прикрытием. Не мудрствуя лукаво, лорд Бранхерст давал имя Клара второй няне, двум гувернанткам и камеристке. Так что я бы сказала, что «Клара» — это должность в нашем доме.

— И ты знаешь ее настоящее имя?

— Знаю, но в силу определенных причин Клару устраивает нынешнее.

— Чувствую какую-то интригующую историю, — забросил удочку Эдгар.

— Увы, это не мой секрет. Думаю, вам можно доверять, но мне не хотелось бы нарушать слово.

Эдгара подозвал брат, а я уже подумывала отправиться в покои, когда ко мне подсела Алисия. Мимо нас проплыли в танце лорд Джейд и Аделина. Дель послала нам ободряющую улыбку.

— А ты знаешь, что он подарил Аделине сундук с драгоценностями? И бриллиантовый ошейник для Басинды?

— Дель мне ничего не говорила, — я покачала головой.

— И мне не говорила. Леди Каролина проболталась.

— Лорд Джейд задумал свататься? Но зачем целый сундук? Припоминаю, что на охоте я поделилась с ним вкусами Дель, но вроде бы о покупке Аделины речь не шла.

— Леди Каролина тоже сообщила ему, что дочь не продается. На что лорд Джейд ответил,

что поинтересовался нашими традициями, но он не смог выбрать всего одно украшение, достойное Аделины, поэтому привез все, что посчитал нужным.

— Думаю, леди Каролина от него в восторге. Вот это я понимаю, подтверждение серьезных намерений. А как твой интерес?

— Кассиан куда-то исчез, — пожала плечами Алисия, но было видно, что ее это беспокоит.

— Он не может танцевать только с тобой, это неприлично.

— Нет, я имею в виду, его нет ни в зале, ни на балконе.

Я посмотрела на нее выразительно, мало ли по какой причине человек отлучился.

— Не бери в голову, просто у меня неспокойно на душе. Сказывается нервная обстановка.

— Тогда не надо нервировать меня, — попросила я, — достаточно того, что я переживаю за собственного короля, чужой правитель пускай сам разбирается. Я очень сомневаюсь, что Кассиан не может за себя постоять, иначе не сунулся бы в чужое королевство один, будь он хоть сто раз другом Эдуарда.

— Он не один, но его телохранитель такой незаметный, что я всегда про него забываю. Надо попросить его дать урок нашим, их я научилась вычислять на раз-два.

Растревоженная словами Алисии, я оглядела танцующих. Эдгар и Фаренджер пропали из вида. Стала глазами искать Эдуарда, но и его нигде не было. Крайст и Иден здесь, а вот Бриан опять испарился.

За эту неделю дурные предчувствия одолевали меня не единожды, поэтому я вовсе не удивилась, снова ощутив неясную тревогу.

— Я обещала проторчать тут полтора часа, и они истекли. Пройдусь немного по залу, а потом попрошу проводить меня в покои, — попрощалась я с Алисией.

Допрашивать Идена бессмысленно, он ничего мне не расскажет. Поэтому прогулочным шагом я ненавязчиво направилась в сторону Крайста. Возможно, из него получится что-то выудить.

— Крайст, скажи мне как на духу: куда подевались первые лица нашего и чужого государства, и куда при этом смотрит глава Тайной канцелярии?

— Ты, наверное, догадываешься, что говорить с тобой об этом мне не велено?

— А ты не рассказывай, ты думай вслух, — предложила я.

— Ты из меня ничего не выморщишь, у меня на тебя иммунитет.

— Ну подумай сам, я ведь еще ни разу не навредила, но по незнанию вполне могу. Обещаю, сразу после твоих откровений я успокоюсь и пойду спать.

— Фаренджеру доложили, что несколько раз видели Натана во дворце, — прикинув что-то, сдался Крайст.

— И как это связано с уходом Эдуарда и Кассиана? Натана ловят подчинённые Фаренджера, это их работа. Хочешь сказать, король сам за ним с кандалами бегает?

— Не хочу. Натан снова ускользнул.

— И вы не нашли ничего умнее, чем ловить на живца? Прошлый раз вас ничему не научил? Вы хотя бы Эдгару сообщили?

— Эдгар знает, — Крайст не опроверг мои предположения. — Тебя проводить?

— Буду благодарна, отец плотно занялся Плангетом. У него к нему на каждом балу просыпается необъяснимая любовь. И все же это странно: то наш преступник неуловим, то глупо попадается на глаза. Похоже на западню, — беспокойство нарастало.