Чтение онлайн

Бабушки улыбнулись и закивали головой.

– Было, милок, было. Да большевики его разграбили...

– Да, разорили. Потом дом культуры сделали. А теперь там ничего нет. Только стены.

– И те уж, наверное, снесли.

– То есть, - уточнил я, - графский дом еще существует?

– Да. Вот на въезде в Слободку, если идти налево и чуть к центру, то выйдите как раз к парку, потом к пруду.

– Лебединому озеру, - перебила Анастасия Павловна свою сестру.

– Да. А потом уж и имение графа Коршунова.

Я вздрогнул от этого имени.

До сих пор я относился к нему как к чему-то не совсем реальному, а тут... Вот оно, рядом. Как будто мы приехали в сказку.

– А вы что-нибудь о графе знаете?

Старушки переглянулись и усмехнулись.

– Вы никак сокровища решили искать?

– Какие сокровища?
– спросил Лешка.

– Да это легенда местная, - объяснил Павлик, - нет они не за сокровищами. Вы по существу отвечайте, раз вас спрашивают.

– Наша мать работала у графа кухаркой. Поэтому мы кое-что о нем знаем, - сказала Анна Павловна.

– Вот это да!
– моему восторгу не было предела, - расскажите нам все.

– Да мы уж половину не помним. Вот Анастасия помнит больше. Рассказывай, что молчишь?

Она как будто спала, а потом проснулась и заговорила:

– Я его помню. В детстве видела. Такой высокий был, стройный, красивый... Все его боялись. Головы не могли поднять, когда он мимо проходил. Говорили, он все насквозь видел. Очень богатый был. Все время ездил то в Париж, то в столицу.

– А жена, дети?

– Жена у него умерла. Трагически. Упала в озеро и утопла. Был сын, кажется. Одно время, мать говорила, он чуть второй раз не женился. В какую-то польку или немку влюбился. Тут у нас много немцев и поляков жило раньше. Сейчас уже почти никого не осталось. Раньше тут и конезавод был у него, и вино делал, даже пиво делал, в город возил.

– Тут виноградники были?

– А что ты удивляешься. Тут имение было. И все при нем жили. А граф, он всем управлял. Да еще как управлял! Умнейший человек был.

Я в этом и не сомневался и продолжал направлять разговор в нужное русло:

– А что-нибудь интересное про него, может, вспомните?

– На машине однажды приехал. Мы все высыпали смотреть. А он как глянет на нас, так две девки аж-нок замерли от испуга, еле потом отживели. Вот такой был. Все про всех знал.

– Ты расскажи, как он находил воров, - сказала Анна Павловна, - помнишь?

– А-а... Вот кто-нибудь по мелочи украдет что-нибудь у другого, идет обиженный к графу, если, конечно, хватит смелости, бьет челом. А он ему и говорит, кто вор. "На воре", - говорил, - "шапка горит". Однажды украли гармонь у нашего гармониста. А она ж дорогая вещь-то. Пошли мужики к нему. Он обещал помочь. А на следующий день сам им вора привел. Они его избили, конечно...

– А как же он все узнавал?
– спросил Лешка.

– Так ведь он колдун был, - сказала Анна Павловна, - в церковь не ходил. Таким нельзя в церковь. А потом он немного тронулся, как раз перед революцией. Все ходил на пруд этот лебединый и кричал что-то. А потом взял ружье и всех лебедей перестрелял

зачем-то.

– Говорили, что он первую свою жену утопил в Болотном пруду, чтобы на польке женится. А полька с другим сбежала, - добавила Анастасия Павловна. Она как будто бы проснулась и ожила от этих воспоминаний, и даже щеки, до этого мертвенно-бледные, стали розоветь, а глаза заблестели.

– Да нет, она не сбежала. Она ж ему сына родила. У графа два сына было.

– Нет, один, - заспорила Анастасия Павловна.

– Два, ты забыла, один от графини, а другой от польки.

– Тот не считается, он незаконнорожденный. Значит, не имеет прав.

– А куда же они потом делись?
– спросил Лешка.

– За границу. Как революция тут случилась, так все богатые сбежали. В Париж. С собой граф сына увез. А этот от польки, он остался вроде, - рассказывала нам Анна Павловна, - мы тогда детьми были. Второй-то сын Настин ровесник вроде. Так мать говорила. Они рожали даже в один месяц. Эта Марыся, так ее звали, что-ли? И мама. А я позже родилась.

– А расскажите нам легенду про сокровища графа, - попросил Лешка.

– Да ее каждый знает, - сказал Пашка, хрустя бубликом.

– Но мы-то не знаем, - сказал я.

– Люди все это понапридумывали, - стала рассказывать Анна Павловна.
– Слухи ходили, что граф свои несметные сокровища спрятал где-то в доме, чтобы вернуться, когда смута кончится. Он ведь продуманный был. Хитрющий. Взял только часть, чтобы во Франции устроиться с сыном. Но, видать, боялся, мало ли что. Написал завещание и отдал его младшенькому. А тот жил у своей тетки пани Иоанны. Да такое завещание непростое - в стихах, а, может, он просто позабавился.

– А где же мать этого второго сына-то была?
– спросил я.

– Слухи ходили, что граф ее убил из-за своей ревности. Уж больно красивая она была. Мать говорила, такая белокурая, вся в кружевах. Настоящая панночка. Вот он и влюбился. А ей, поди, лет семнадцать-то было. Так он от своей жены отделался, а с этой стал жить. Да, люди много, что говорили тогда.

Тут опять в разговор включилась Анастасия Павловна. Своим скрипучим голосом она сказала:

– Там, под имением, у него был ход подземный на завод и на ту сторону Выстрицы, это река наша. Может, там и зарыл он эти сокровища, не знаю. Только охотников много было их найти. Все в округе перекопали. Но ничего не нашли.

Больше ничего ценного мы так и не узнали. В конце разговора уставшая уже Анна Павловна подала нам хорошую идею:

– Вы бы к Дусе сходили, почтальонше нашей. У нее мать еще живая. Она вроде тоже что-то знает. Их семья в имении жила. Отец приказчиком был у графа, пока тот его не выгнал.

– А можно сейчас?

– Да она завтра придет к нам утром, мы уж попросим. А вы бы сходили покупались. Что сидеть-то дома?

И мы пошли купаться.

Имение