Шрифт:
Часть 1
Глава 1
По городу гуляет ветер.
Эгорд тоже.
Вчерашним вечером лучший друг и его супруга погибли от руки демона. Витор умирал в постели без ног и части живота.
«Знаешь, Эгорд, – шептал он, – я лишь жалею, что мы с Милитой не успели завести мальчика… или девочку… Странно, да? Пережил столько приключений, а перед смертью мечтаю о простом… Глупо как-то вышло».
Эгорд держал за руку.
«Держись,
Витор улыбнулся.
«Все когда-то заканчивается. Пытался это опровергнуть, но не удалось. Может, получится у тебя… Позаботься о Милите».
Эгорд вышел сообщить жене Витора о смерти мужа. Та лежала на полу. Кулачок сжимал пустой флакон яда, личико было в слезах. Белое.
Похоронил Витора и Милиту за городом, на холме, где влюбленные пять лет назад познакомились.
Идет по городу, кулаки как узлы корабельных канатов.
Зарах!
Он убил не только Витора, но и Милиту. Бедняжка любила мужа всеми силами, смириться с его гибелью было немыслимо, она не могла не последовать за Витором…
Зарах… Эта тварь явилась из мира демонов, завоевать все расы и материки.
Как и у всех демонов, амбиции непомерные, если уж завоевывать – так весь мир, не иначе.
Но демон совершил роковую ошибку.
Убил друзей Эгорда.
Семь лет воин не брал в руки меч, посвятив себя алхимии и магии. Решил, больше не будет разрушать – только создавать. Но явился демон и жаждет разрушить все, что создавалось народами многие сотни лет.
Зарах пожалеет, что стал разрушителем, а не творцом.
Эгорд идет по безлюдным улицам, голова поднята высоко.
Дома Эгорд спускается в подвал. В углу запылившийся молот, удар за ударом воин-маг разбивает каменную стену.
В просторном тайнике, среди паутины, – сундук.
Эгорд откидывает крышку.
Доспехи и оружие блестят в свете факела ярко, как семь лет назад.
Но за мирное время Эгорд прошел путями алхимика и мага, теперь подвластна сила снадобий и заклинаний.
Прощай, дом…
Вскоре здания города, в ужасе притихшие, наблюдают глазницами окон, как мимо шагает воин, доспехи которого покрыты инеем, а следом тянется в воздухе сизый призрачный шлейф мороза. На сверкающую стальную чешую накинут плащ, серебристая ткань вышита сложными узорами, за поясом меч и торбы с зельями.
По улице бегут латники, защитники Старга, так называется город, научивший Эгорда помогать другим, жить в мире, строить свое и общее будущее.
– Что случилось? – кричит Эгорд через стену ливня.
– Демоны снова идут в атаку! – на бегу отвечает кто-то из воинов.
На горизонте, за черепичными панцирями крыш – красная вспышка, грохот, с дымом взлетают огромные глыбы городской стены.
Бойцы уносятся в пелену дождя, кричат:
– Осадные башни!
– Эти твари подогнали башни!
– За мной, к восточным воротам!
– Мы погибли…
Такие же взрывы один за другим с четырех
Эгорд поднимает руку, пальцы сложены в магическую руну, с губ тихо летят слова заклинания. Через какое-то время завеса ливня слегка расступается, позволяет на мгновение увидеть дальше.
И правда, за городом высятся четыре огромные черно-серые башни, похожи на каменные деревья. У каждой меж «веток» сияет и медленно крутится гигантская алая сфера, вокруг пляшут такого же цвета молнии.
Молния срывается с шара, бьет в городскую стену, но не долетает – врезается в невидимую преграду. Энергия удара растекается синей сетью во все стороны, будто Старг накрыт незримым, но прочным куполом.
– Жрецы! – доносится с улиц и окон.
– Жрецы выставили щит!
– Продержимся!
Эгорд бежит к восточным воротам, из-под сапог летит щебень.
На жрецов долго рассчитывать нельзя. Их силы ограничены, огромный щит не может быть прочным везде, где-то удары башен будут пробивать, а скоро и весь щит рухнет…
Из плотной дождевой стены выныривает красная молния, трехэтажный особняк окутывает пламя. Но времени отвлекаться нет, нужно бежать на край города, в очаг битвы.
Позади крики сгорающих людей стремительно меняются на мерзкое рычание.
Эгорд оборачивается.
Из пылающих дверей и окон вырываются охваченные пламенем… нет, уже не люди. Огонь превращает их в демонов. Лоскуты одежд рассыпаются пеплом, обнажают вздутые красные мускулы. Рты разрываются быстро растущими зубами величиной с ножи, из пальцев лезут когти, из хребтов – длинные гребни.
Лицо Эгорда искажает оскал, меч с лязгом прочь из ножен, сверкнул белоснежной дугой. Ноги несут в бой, грохочут, от сапог по земле трещины.
Эгорд и меч как монолит, рассекает демона сплошной белой волной, половины монстра летят в разные стороны.
Гнев дурманит, Эгорд стальным вихрем кружит около горящего дома, свистят рубящие полосы, куски тел разлетаются как щепки вокруг дровосека.
Демоны в безумной жажде бросаются на меч, пронзительно рычат, шипы и когти ломаются под натиском острой стали. Эгорд метает толстые ледяные колья, порожденные заклинанием, бешенство подогревается памятью. Зарах убивал Витора, и каждый удар меча словно предвкушение: вот так Эгорд будет рубить, колоть, резать эту мразь Зараха.
Туман ярости рассеивается. Эгорд тяжело дышит посреди арены из обрубков плоти, костей, ледяных осколков…
Ветер усилился, капли дождя летят параллельно земле, растягиваются, как дротики.Не надо прилагать силы, чтобы бежать, ветер бьет в плащ как в парус, выгибает спину, каждый шаг – полет.
У восточной стены Старга гремит побоище.
Из уродливой бреши с противным копошением текут демоны, от мелких – помесь собак и змей – до великанов, похожих на жуков, вставших на задние лапы. Красная кожа демонов лоснится под сумраком ливня, отражает вспышки красных молний.