Чтение онлайн

Через несколько минут Умка вернулся с озабоченным видом.

— Там дед какой-то просил передать это, — сообщил парнишка.

Умка протянул мне свернутый платок. Раскрыв его, я был удивлен и озабочен.

Я попытался выяснить кто и как смог передать это сообщение, но не получилось. Мы с Умкой и Агой прошлись по лагерю. Но никого, кто подходил бы под описание оруженосца, найти не удалось.

На платке была выведена надпись гардарскими рунами: «Каменоломни на севере Плиски. Завтра. В полдень. Карнат.»

Глава 13

Середина

лета 827 г., Плиска.

Солнце светило в зените, поглаживая яркими пятнами зубцы Балканских гор. Было жарко, хотелось спрятаться в тени. Извилистая тропа, как назло, обегала любой намек на места с манящей прохладой. Моя кольчуга блестела и ощутимо нагревалась. Я ехал в задумчивом молчании. Радует, что Дастан, мой вороной жеребец, с легкостью преодолевал знойное болгарское пекло.

Позади меня шагал Ага. Он пыхтел как паровоз, так как отказался от лошади и топал пешком. Видимо, пожалел бедное животное. Несмотря на это, его взгляд постоянно сканировал округу в поисках признаков опасности.

Чуть дальше, верхом на бойкой кобылке, скакала Эстрид. Ее лицо, обычно освещенное проказливой улыбкой, было озарено беспокойством. Она знала цель нашего выезда и ей не нравилось это. Приглашение Карната, полученное вчера, ее напрягало. Она задавала разумные вопросы по поводу того, что необязательно было тащится в такую даль, если волхв уже был в военном городке. От внушительного сопровождения я отказался. Ходот хотел отправить со мной сотню легионеров. Переубедить его в этом стремлении было тяжело. Нашли компромисс: легионеры будут идти следом за нами, на достаточном удалении.

Замыкал шествие оруженосец Умка, долговязый мальчик, на юном лице которого отражалась смесь волнения и удальства. Он крепко сжимал мои боевые топоры. Костяшки его пальцев побелели, нервничает все же парнишка.

По мере того как мы поднимались вверх, воздух становился холоднее, ноздри наполнял аромат хвои и сырости. Тишина гор нарушалась лишь ритмичным топотом копыт по каменистой тропе.

Ближе к концу нашего маршрута, был один отрезок пути, где резко заканчивалось лето и начиналась лютая зима. Появились сугробы снега и противный ветер. Он выл, швыряя ледяные осколки снега. Пришлось спешиться. Сапоги погружались в сугроб по колено при каждом мучительном шаге. Гора, которая когда-то была далекой величественной вершиной, теперь нависла над нами будто угрюмый белый великан.

Что удивительно, этот участок закончился через несколько сотен метров. Мы снова вступили в знойную жару. От резкой смены погоды шумело в ушах. Я мысленно проклинал волхва, придумавшего нам такое путешествие.

Наконец мы достигли поляны, возле каменоломни, которую указывал волхв. Вчера Умка заблаговременно сюда примчался, чтобы сегодня мы не плутали в поисках точки рандеву с Карнатом. С легионерами же шли местные проводники.

В центре поляны стояла одинокая фигура, закутанная в робу. Когда мы спешились, волхв повернулся, показав морщинистое лицо. Вроде ничего не изменилось с прошлой встречи. Такой же трухлявый пень, что и раньше.

— Царь, — разнесся по поляне

голос Карната, низкий, скрипучий шепот, доносившийся, казалось, из самих гор, — ты пришел в поисках ответов.

Я шагнул вперед, разглядывая старца.

— Допустим, — обронил я.

Вот ведь вредный старикашка. Сам пригласил, а теперь говорит, что это я к нему пришел, а не он позвал. Ну что же, поиграем в твою игру. На поляне воцарилась напряженная тишина.

— Ответы, которые ты ищешь, — наконец заговорил Карнат голосом, похожим на шелест сухих листьев, — имеют свою цену.

Моя челюсть непроизвольно сжалась. Мы тут торговаться что ли будем? Он начинает меня раздражать.

— Назови свою цену, — нехотя выдавил из себя я.

— Твоя жизнь, — проскрипел старый хрыч.

— Старый, — вскипел я, — ты достал меня уже. Мало того, что разыгрываешь какой-то спектакль. Сам ведь меня позвал. А преподносишь это так, будто я по собственной воле пришел к тебе. Так ты еще и требуешь какие-то глупости. Еще и торгуешься, как в дешевом фильме. У тебя маразм крепчает?

Меня понесло. Видимо от жары головушку напекло. А судя по ситуации напекло не только мне, но и старику.

Внимательно выслушав, Карнат кивнул в сторону моих сопровождающих и задвинул на голову капюшон. Я жестом попросил отойти свою немногочисленную свиту.

Повернувшись к старику, я немного напрягся. Он трясся как осиновый лист на ветру. Может я перегнул палку? Не хватало еще до инфаркта довести волхва.

— Видел бы ты свою рожицу, царь, — кашляя, прохрипел Карнат.

Так он ржет? Это древний пень издевается? Подождав, пока маразматический смех дедушки поутихнет, я поинтересовался его нездоровому проявлению скоморошества. Оказывается, его рассмешило то, с какими лицами мы пришли сюда. Мои спутники были напряжены, да и сам я был на взводе. И это естесственно с учетом таинственности его письма.

А как я еще должен был реагировать? Не на пикник же пришли. Да и проблем выше крыши. Не знаю за что хвататься.

— Прости, настроение у меня хорошее, Ларс, — примирительно заявил дед, приподнимая руки.

Он улыбался крепко опираясь на посох. Морщинистое лицо старика преобразилось, в тусклых глазах искрилось веселье. Надеюсь он не употребляет какие-либо грибы.

— Ладно, — я вздохнул, — чего звал?

— Дык, давно не виделись, — хихикнул старик.

Нет, он точно принимает что-то запрещенное. И этому человеку я доверился?

— Меня начинает раздражать твое веселье, Карнат, — процедил я.

Он внимательно на меня посмотрел и хмыкнул.

— Извини, радостно мне, — нехотя поделился он, — получается у нас задуманное, Ларс. Оттого и хочется делится этой радостью. Дышать этим воздухом, — он обвел взглядом поляну.

— Как ты определил это? С чего ты взял, что получается задуманное?

— Есть вопросы, ответы на которые тебе знать не обязательно, — проскрипел он, — могу только сказать, что снова появилась возможность призывать гостей в наш мир. А то как, — старик выделил последнее слово, — сейчас надо призывать гостей, знаю только я, то это значит, что наступило равновесие.