Чтение онлайн

Его отбросило назад, он упал на пол, тяжело дыша, словно вытащенная на берег рыба. Крейг полежал, пытаясь прийти в себя, остановил взгляд на своей правой руке. В сумраке она казалась лишь бледным пятном, но Крейг различал на ней темные капли: кровь маленькой девочки.

«Только это не маленькая девочка, — напомнил он себе, — совсем не девочка. Она просто выглядела как маленькая девочка. А на самом деле она главный лангольер, и без нее остальные не смогут… не смогут… Не смогут что? Найти его?»

Но теперь он вновь слышал их голодную поступь, сводящее с ума похрустывание: с востока на него словно

накатывалась армия гигантских прожорливых насекомых.

Все смешалось у него в голове.

Крейг увидел маленькую дверь, ведущую наружу, поднялся, двинулся к ней. Остановился. Шоссе, несомненно, вело в Бангор. А зачем ему Бангор? Бангор определенно не вписывался в ОБЩИЙ ЗАМЫСЕЛ. Он должен добраться до Бостона. Если он попадет туда, все образуется. И что сие должно означать? Его отец наверняка нашел бы ответ. А значит, от сына требовалось одно: ПРЕКРАТИТЬ НОСИТЬСЯ И ДЕЙСТВОВАТЬ ОСМЫСЛЕННО.

Его разум схватился за эту идею, как жертва кораблекрушения хватается за все, что оказывается под рукой, все, что держится на воде, пусть даже это будет дверь от сортира. Если он сможет добраться до Бостона, обо всем, что произошло здесь, можно будет… можно будет…

— Забыть, — пробормотал Крейг.

От этого слова луч рационального пробил мрак в его мозгу, и голос (скорее всего голос отца) прокричал подтверждение: ДА!

Но как ему это сделать? До Бостона пешком не дойти, а на борт самолета, единственного, который мог долететь до Бостона, они его не пустят. После того, что он сделал с их маленькой слепой любимицей.

— Но они же ничего не знают, — прошептал Крейг. — Они же не знают какую я оказал им услугу, они не знают, кто она на самом деле. — Его глаза, огромные, влажные от слез, блеснули в темноте.

Спрячься, шепнул голос отца, спрячься в самолете.

Точно, поддакнула мать. Спрячься. Это выход, Крейги-Вейги. Опять же, если спрячешься, тебе не понадобится билет, не так ли?

Крейг посмотрел в сторону багажного транспортера. Да, по нему можно попасть на летное поле. А вдруг они выставили у самолета охрану? Пилот до этого бы не додумался: попав в кабину, он забыл бы обо всем, кроме своих приборов, но вот англичанин скорее всего об охране не забыл.

И что же теперь делать?

Если в Бангор идти бесполезно и на летное поле выходить смысла нет, что же ему делать и куда идти?

Крейг повернулся к эскалатору. Они скоро бросятся за ним в погоню, наверняка с англичанином во главе, а он стоит у всех на виду, словно стриптизерша, которая только что бросила зрителям свои трусики и пояс.

«Я должен спрятаться, — решил он, — хотя бы на время».

Крейг услышал, как на летном поле взревели двигатели, но нисколько не обеспокоился: в самолетах он кое-что понимал, поэтому знал, что без дозаправки Энглу никуда не улететь. Так что пока можно не волноваться из-за того, что его оставят здесь.

Он медленно поворачивался, вглядываясь в сгущающуюся темноту, и увидел табличку на двери между пунктом проката автомобилей компании «Авис» и стойкой Бангорского туристического агентства. На табличке он прочитал: СЛУЖБЫ АЭРОПОРТА.

Означать это могло

что угодно.

Крейг поспешил к двери и, тревожно оглядываясь, попытался ее открыть. Дверь открылась, стоило только чуть надавить на нее плечом. Крейг в последний раз оглянулся, никого не увидел, переступил порог и закрыл дверь за собой.

Полная, абсолютная тьма окутала его, он ослеп. Как маленькая девочка, которую он ударил ножом. Крейг не возражал. Темноты он не боялся, наоборот, радовался ей. Если только ты не с женщиной, в темноте можно ничего не делать. В темноте эффективность твоих действий уже не являлась основным критерием.

Более того. В закрытой комнате похрустывание лангольеров слышалось не столь отчетливо.

Крейг медленно двинулся вперед, выставив перед собой руки, не отрывая ног от пола. Три осторожных шага, и бедром он во что-то уперся. Кажется, в край стола. Крейг опустил руки. Да. Стол. Руки прошлись по поверхности, находя предметы, знакомые каждому американскому «белому воротничку»: стопка бумаги, проволочная корзинка для входящих и исходящих документов, баночка со скрепками, письменный прибор. Он обошел стол, опять же бедром наткнулся на кресло. Втиснулся между креслом и столом, сел. Настроение сразу улучшилось. Крейг почувствовал себя самим собой, к нему вернулись спокойствие и хладнокровие. Выдвинул верхний ящик, сунул в него руку в поисках оружия… хотя бы чего-нибудь острого. Усилия его не пропали даром: он сразу же нашел нож для вскрытия писем.

Посидел, прислушиваясь к биению сердца и приглушенному реву авиадвигателей, затем его руки нашли стопку бумаги. Крейг взял верхний листок, поднес к себе, но не увидел его белизны: такая стояла тьма.

Все правильно, Крейги-Вейги, вновь где-то в его мозгу прозвучал голос матери. Посиди в темноте. Посиди, пока не придет время действовать. Когда оно придет…

Я тебе скажу, мрачно добавил отец.

— Хорошо, — согласился Крейг Пальцы переместились к правому торцу листка. Оторвали аккуратную длинную полоску.

Ри-и-ип.

Разум его наполнился покоем, как бассейн — прохладной, отливающей синим водой. Он выронил невидимую полоску на невидимый стол, принялся за следующую. Все получалось как нельзя лучше. Просто отлично. Он даже начал напевать себе под нос:

— Назови меня… утренним ангелом, крош-шка…

Ри-и-ип.

— Прикоснись к моей щеке, прежде чем покинешь меня… крош-шка…

Спокойный, умиротворенный, Крейг сидел и ждал, пока отец скажет ему, что делать дальше, точно так же, как не раз бывало в далеком детстве.

— Слушай внимательно, Алберт, — говорил Ник. — Мы должны переправить ее в самолет, а для этого нам понадобятся носилки. На борту их нет, но в здании аэропорта должны быть. Где?

— Мистер Хопуэлл, капитан Энгл наверняка знает это лучше…

— Но капитана Энгла здесь нет, — нетерпеливо бросил Ник. — Так что нам придется управляться самим.

Алберт нахмурился… и вспомнил табличку на двери, которую видел на первом этаже.

— Службы аэропорта? — спросил он. — Может, там?