Ламбрант
Шрифт:
—Нет-нет, никого я не собираюсь выгонять,— замахал руками слегка рассерженный экзарх, поглядывая на присутствующих.— Аброн, распорядись отправить в тот таинственный участок парочку следователей, пусть будут поосторожнее. Мало ли что за чертовщинка там прижилась.
—Мои ученики, месир, сегодня дважды пользовались тем проходом и с ними ничего не произошло,— ехидно улыбаясь, сообщил Гелеонт и на секунду посмотрел в испуганные глаза Бертрана.— Нет смысла проверять канализацию, мы бы учуяли присутствие там посторонних сил. Это связано с нашим неофитом, я уверен.
—Что побудило тебя делать подобные заявления?
—Марти,
—Да молодёжь всегда уезжает в неизвестном направлении, это всегда так бывает,— съязвил Берт, хотя и не хотел насмехаться над старейшиной.
—Если учесть, что этого парня до сих пор нет дома, то полагаю, что именно он причастен к смерти Павла...
—Ну и при чём здесь мой случай с нападением?— передёрнулся Бертран.
—Я тебя не узнаю, ты не даёшь мне слово сказать.— Гелеонт вёл себя слишком высокомерно и занудно, это не вписывалось в рамки его характера.— Мать Володарёва сказала также, что неделю назад окна в комнате Легонта кто-то обляпал кровью и оставил на стекле следы рук. А живёт эта семейка на четвёртом этаже, поэтому проделать сей трюк простому человеку невозможно либо для этого потребуются великие способности.
Запас оправданий у Бертрана иссяк. Против таких фактов идти уже трудно, отчего Гелеонт принял победную гримасу, дожидаясь слов Его Величества.
—Ты разговаривал с матерью Легонта?— уточнил Делус, задумчиво постукивая по столу.
—Представился работником Министерства внутренних дел, как обычно. До моего прихода она нисколько не переживала за сына и всё думала, будто я расследую убийство какого-то Валентина Охтина. Наверное, друг семьи...
—Этого всё равно недостаточно, чтобы выгонять юношу из нашего общества,— заключил Мартимиан.— Собери побольше сведений, узнай, что за Охтин и как его убили. Потом попытайся проверить этого пропавшего Пашиного приятеля. Если он сатанист, у нас должно быть досье на него.
—О, есть, есть,— закивал Аброн.— Молохов Александр Давыдович, 1976 года рождения...
—Это с Гелеонтом обсудите,— попросил экзарх и повернулся к Бертрану.— Что касается тебя, иди, оформляй опекунство над Легонтом и своди его на место прежней учёбы. Может, знакомая обстановка вернёт ему память, тем более рядом находится лиценциария.
—Но, месир, если мои опасения подтвердятся, его нельзя подпускать близко к нашим детям,— перебил Делуса настойчивый Гелеонт.
—Я уже сказал, чем тебе необходимо заняться,— холодно отреагировал правитель на его реплику.— Выполняй!..
Легонт уже несколько часов сидел без дела и старался побороть сон. Хотя, если подумать, следить за ним было некому, и он вполне спокойно мог улечься на обитую войлоком скамью, чтобы предаться беззаботному отдыху. Однако в голове засела бредовая идея, что спать ни в коем случае нельзя, иначе это как-то негативно скажется на его новом состоянии. Интересно, насколько долго хватит у него терпения?
Музей экзарха был действительно забавным. Здесь имелись разные вещи и фигуры, относящиеся к жизни бесов. Например, коллекция шерсти представителей нечисти из восьмидесяти стран. Или набор копий
Люцифериты выглядели страшнее всех. Почему-то за стеклом выставочной витрины стояли два чучела: одно красное, другое синее. Первое обладало большой лысой головой с вполне обычными рожками. Тело по пояс ничем не отличалось от человеческого, а вот ноги украшали мощные копыта, намного больше тех, что Легонт видел у Берта и Керета. Вдобавок, глаза у краснокожего люциферита были белыми, и этим он вызвал у Павла живой трепет. Синий собрат отличался от красного толстыми закруглёнными рогами, как у взрослого горного барана. Зато глаза его были чёрными.
—Выглядишь утомлённым,— тихо произнёс знакомый голос со стороны двери, и в музейный зал вошёл Бертран.
—Да, клонит ко сну, но Ульма сказала, что черти... то есть бесы не спят,— скороговоркой ответил парень, боясь, что его увидели с прикрытыми веками и посчитали, будто он дремлет.
—Ульма чересчур строга. Думаю, тебе можно было и поспать,— улыбнулся бес, пряча исцарапанные руки за спину.— Вижу, ты успел изучить всю классификацию наших сородичей. Ну и как они тебе?
—Ужасно,— признался Легонт, поднявшись с мягкой скамьи,— особенно моё сознание будоражат вот эти виды. Выглядят недружелюбно...
—Да, они такие и есть, но при этом по уровню развития и по своим способностям находятся над всеми нами. Впрочем, сатаниты и люцифериты встречаются крайне редко, их мало и они постоянно прячутся, даже от нас.
—Кроме жуткой внешности, чем ещё они от вас отличаются?— переспросил новичок и следом исправился.— То есть от нас...
—У них высокий интеллект, есть большие магические способности. Они сильны, ловки, расчётливы. Их трудно убить. В отличие от нас, они практически неуязвимы. Недостаточно ранить их рога, нужно кое-что ещё. Но тебе рано знать о них, этому научат в лиценциарии, в которую мы, между прочим, сейчас и наведаемся.
—Правда?— обрадовался парень.— Как здорово! Наконец-то я начну учиться, начну узнавать ваш мир, ваши законы, вашу биологию и всё остальное...
—Боюсь тебя разочаровать. Пока ты только подашь заявление на обучение. Как твой опекун, я обязан теперь устроить тебе жизнь. А занятия начнутся зимой, когда наберётся достаточное количество неофитов.
—В смысле, как это наберётся?..
—Понимаешь, в нашем экзархате так заведено. Неофиты появляются то часто, то редко. Основной пик новичков приходится на осень. Весной их уже не так много. Летом бывают единичные случаи, но в этом году не произошло ни одного.