Лаки
Шрифт:
Привет, малютка! – сказал Тим Вэлз, привстав.
Мне восемнадцать, – соврала Бриджит. – Так что не зови меня малюткой.
Он склонился к ней поближе:
– Я всегда завожусь в полинезийских ресторанах. А ты?
У нее дрожали коленки, но она старалась не подавать виду.
– Что ты пьешь? – спросила она, бросив взгляд на его бокал.
– Неразбавленное виски.
– Закажи мне то же самое, – попросила она, моля Бога, чтобы у нее не спросили документов.
Как будто читая ее мысли, Тим сказал:
– Тебе всего восемнадцать,
Знал бы он всю правду!
– Я закажу тебе что-нибудь детское, а втихаря ты сможешь отхлебнуть мое виски. Пойдет?
Она счастливо кивнула. Какой он замечательный! И все понимает!
Обед был великолепен. По крайней мере, он выглядел великолепно. Бриджит от волнения не могла проглотить ни кусочка. Ей все не верилось, что она действительно сидит в ресторане в компании Тима Вэлза.
– Расскажи мне о себе, – попросил он за цыпленком. – Ты в самом деле внучка Димитрия Станислопулоса?
Она кивнула.
– Он умер, знаешь?
Да, читал где-то, – бросил он небрежно. На самом деле он прочитал все, что возможно. – Богатый был старикан, да?
Наверное.
Наверное. Он смотрел на хорошенькую белокурую девочку и прикидывал, как бы получше ее использовать. Угрызений совести Тим не испытывал. Она же его использует. Самой четырнадцать лет, а выдает себя за восемнадцатилетнюю. Уголовное дело. Серьезное уголовное дело. Опасное уголовное дело. Ей наплевать, что из-за ее вранья он может очутиться за решеткой. Если бы! С самого рождения ей все подносили на серебряной тарелочке и будут подносить всю жизнь. Он начинал немного не так, поскромнее. В четырнадцать Тим отбивался от отчима в сортире на дворе. Мисс Станислопулос, со своими большими голубыми глазками и золотистыми кудрями, возможно, даже не знает, что такое сортир на дворе.
Он задумался, какой у нее есть доступ к полагающимся ей деньгам. Четырнадцать – еще маловато. Без сомнения, ее окружают разные опекуны, и глаз они с нее не спускают.
Но если с нее не спускают глаз, то почему же она сейчас рядом с ним – хлещет его виски и ждет с нетерпением, когда же он ее трахнет?
Он задал ей еще несколько вопросов, выясняя, с кем она живет в Лос-Анджелесе, и получил полную информацию о чокнутой Алисе, матери Ленни Голдена.
А как ты добралась сюда? – полюбопытствовал он.
Ну... в такси. – Она замялась. – Я бы и сама доехала, но сейчас моя машина в ремонте.
Ах, вот как. И что же с ней случилось?
Что-то с двигателем. – Она отхлебнула из его бокала.
Хорошо бы он перестал задавать вопросы.
Какой марки твой автомобиль? – настаивал он.
Бриджит вспомнила о «порше» Ленни.
«Порше», – быстро сказала она.
Он играл с ней.
А какая модель?
Она встала.
Мне надо в дамскую комнату.
Он тоже приподнялся, сама вежливость.
– Пожалуйста.
ГЛАВА 106
Джерри
– Вот, полюбуйся, – указал Джерри на броский заголовок, что был рядом с изображением фактически обнаженной девушки: «Мэри Лу без прикрас... смотрите, слушайте... пять незабываемых страниц».
Стивен полюбовался. Ругнулся. Раскрыл журнал в поисках остальных фотографий.
Ты знал? – спросил Джерри.
Конечно, нет, – бросил Стивен сквозь сжатые зубы, глядя на иллюстрации.
– Ей следовало бы предупредить тебя, – буркнул Джерри. – Теперь все наши усилия пойдут ко всем чертям. Судьи пересмотрят решение, и ей самой придется платить Боннатти.
Стивен молча изучал мерзкие фотографии. Вот Мэри Лу в пустой ванне, одна нога небрежно свисает с края. Вот Мэри Лу в шезлонге, ноги раздвинуты, из одежды – только боа из перьев. И так далее. Каждая фотография, в лучших традициях определенного рода журналов для мужчин, подробно показывала самые интересные места.
Проклятие, – охрипшим голосом пробормотал Стивен.
Понимаю, – сочувственно проговорил Джерри. – Для тебя это удар. Ты-то полагал, что она – милый ребенок, и все такое. Но поверь мне – с женщинами никогда не знаешь, что они выкинут через минуту. Я...
Оставь при себе свою жалкую философию, – сердито прервал его Стивен, не отрывая взгляда от фотографий. – Это не Мэри Лу.
Стивен, я знаю, что ты увлечен ею, но...
Это не Мэри Лу, – повторил он. – Фотографии – подделка.
Что ты хочешь сказать?
Подделка. Монтаж, – взволнованно продолжал Стивен. – Ее лицо и чье-то тело. Ну неужели непонятно? Я же ясно говорю.
Ты уверен, что они не настоящие?
Джерри, дорогой. Я с ней живу. Уж кому, как не мне, знать, как она выглядит без одежды. – Он помахал журналом в воздухе. – Это определенно не Мэри Лу.
Ну так нам остается только представить доказательства, – логично заявил Джерри. – И снова передать дело в суд, на сей раз потребовав настоящую компенсацию. Если ты прав, дружище, то мы имеем дело с подарком судьбы. Они заплатят будь здоров сколько.
На все уйдет три, если не четыре года, – заметил Стивен. – Опять показания, бумаги, встречи, задержки. Всевозможные законные махинации.
Зачем ты рассказываешь то, что мне давным-давно известно?
Потому что я не уверен, пожелает ли Мэри Лу снова проходить через все круги ада. Скорее всего, ей захочется, чтобы эти фотографии никогда не увидели свет.
Невозможно. Журнал поступит в продажу с минуты на минуту.
А что бы ты чувствовал, если бы кто-нибудь так поступил с тобой? – яростно бросил Стивен.