Лада
Шрифт:
— Мужики же не умерли, и Всемил ваш при больной подруге здоров же?
— Ну сопит немного, но то скорее от сырости, — ответил Долгай. — Дожди ведь который день льют, а у них телега открытая. Они под ней девушку укрывают, а сами мокнут.
— Посмотреть бы, — повторил колдун.
— Не тяни, съезди посмотри, — позволил князь. — Кого-нибудь из врачей возьми. И ещё, коли они там третий день стоят, наверняка голодные. Поесть им возьмите.
— Сделаем, — кивнул дружинник и поспешил приказ выполнить.
— Купцов главу
— Проверить хочешь? — поинтересовался воевода.
— Конечно, уж больно неправдоподобная история. Князь город гибнущий бросил, казну забрал, потом вернулся… странно это. А у нас с ними союз. Мне правду знать надо. И коли солгал этот Всемил Перелесок, не жить ему тут, а коли не солгал, веры союзнику быть не может.
Князь долго разговаривал со старшим купцом, и тот пообещал что сегодня же снарядит в город, откуда Всемил с Ратибором прибыли, обоз. Просто так людей засылать — подозрительно, а купцы они завсегда в любой город вхожи, а коли купец не дурак, он много чего полезного узнать может.
— Возвращаются, — заметил приближающуюся из города процессию Ратибор. — Быстро князь Ждан вопросы решает.
— Нас убьют? — спросил вдруг Никита.
— Да ты что, дядь Никита, — воскликнул Всемил. — С чего им нас убивать.
— На всякий случай, — горько усмехнулся Ратибор. — Дабы заразу неизвестную в город не принесли. Их десять человек всего, трое не воины.
— Ратибор, мы не можем с ними драться, не может князь с нами так поступить.
— Мы думали и наш князь не мог, — бросил Ратибор. — А сделал.
— Здравы будьте, — от подъехавшей компании вперёд вышел мужчина средних лет с огненно–рыжими волосами и конопатым лицом.
— Это Жар, колдун здешний, — шепнул брату Всемил.
— И тебе не хворать, — слегка склонил голову Ратибор.
— Вы не бойтесь, мы с миром — Долгай, которого отправили вместе с колдуном, тоже спешился. — Вот, князь вам передать велел. Тут мясо, хлеб, молоко.
— Я говорил, он хороший, — заулыбался Всемил. — Я знал, не могут с нами плохо обойтись.
— А ты никак решил, что мы убивать вас едем? — удивился колдун.
— Были такие мысли, — не стал отрицать Ратибор. — Так уж вышло, что опасными мы гостями стали.
— Расскажи мне про болезнь что женщин ваших погубила, — попросил Жар. — Только подробно, как заболевали, как болезнь протекала, какие осложнения были. И девушку вашу мне бы посмотреть.
— Ты же понимаешь чем рискуешь, колдун? — спросил Ратибор. — Коли это снова та болезнь…
— Ну вы-то с братом живы и разве что соплями хворы, так что вряд ли мне что угрожает. Я ж не баба. И не бойся, коли был бы у нас приказ от вас избавиться, я бы с вас начать приказал, тех двоих убить легче было бы. Понять я хочу что у вас произошло и может помочь, если мне по силам.
Всемил вопросительно посмотрел на брата, тот кивнул и отошёл на шаг в сторону, колдуна вперёд пропуская.
—
Ратибор начал рассказывать. Всемил и Никита ему подсказывали, если тот что упускал, а колдун и врач тем временем Ладу осматривали.
— То есть в прошлый раз так же было? — спросил доктор. — Слабость сильная и жар?
— Да, — кивнул Никита. — Хотя нет, нет, жара тогда не было.
— Точно не было жара, — согласно кивнул Ратибор. — Только слабость. А у Лады жар. Жар у неё, понимаешь, дядь Никита, — радостно воскликнул он
— Жар, — закивал ювелир. — Жар, — он взял дочку за руку и прижал её ладони к своему сердцу.
— Телега у вас открытая, — сказал врач. — Предположу, что девушка ещё слабенькой была, а постоянные дожди и сырость наложились, вот её и свалило.
— Так у неё ни насморка, ни кашля. — Всемил шмыгнул носом.
— Так Ладушка всегда так болела, — воскликнул Никита. — Только жар у неё и ломота, полежит пару дней так, а потом снова бегает.
— О боги, — у Всемила камень с сердца упал. — Так мы её просто простудили? Это не та зараза, что город наш сгубила?
— Скорее всего, не та, — подтвердил Жар. — Только вот что это было непонятно. Проклятие на ней есть, но небольшое, и оно так подействовать не могло.
— Проклятие? На Ладушке? — испугался Никита. — Да кто же это мог?
— Другая девушка, судя по всему, из-за мужчины. Ни у кого дочь ваша парня не уводила?
— Нет, — покачал головой Никита и посмотрел на Всемила.
— Да она только с Любомиром встречалась, — растерянно сказал тот.
— А Любомир до того как в Ладу влюбиться, со многими крутил, — вздохнул Ратибор.
— Проклятие не сильное и не профессиональное, — сказал Жар. — Разозлила она кого-то сильно, вот в сердцах её и прокляли. Но оно действовало, и предположу, что Любомир ваш эту Ладу оставил.
Братья Перелески переглянулись.
— Угадал, — усмехнулся Жар.
— Ты снять проклятие можешь, добрый человек? — спросил Никита. — Я заплачу. Ратибор, у нас же ещё украшения остались?
— Уже снял, — успокоил его Жар. — И платы с вас за это не возьму, вам деньги ещё понадобятся.
— Князь, — Долгай кивнул в сторону, все повернулись и увидели ещё несколько всадников.
Ратибор, Всемил и Никита, поднялись на ноги и поклонились.
— Не та это болезнь, княже, — доложил Жар. — Просто девушка слабенькая была и простыла сильно.
Он коротко пересказал всё, что узнал и увидел.
— И, судя по всему, нам та эпидемия не грозит, — добавил врач. — Я всё же снова склоняюсь к тому, что это было скорее по колдовской части. Умерли только те, кто в городе остался.
Ратибор вздрогнул.
— Нет, некоторые из уехавших тоже умерли, — возразил Всемил. — Но мы не знали, что за болезнь, мы боялись, что коли больных женщин выпускать начнём, мор дальше пойдёт.