Чтение онлайн

– Главной свидетельницей?

– Да. Вся в черном.

– Черное мне не идет,- заявила Алитея.- На его фоне моя кожа кажется желтоватой. Папа запрещал мне носить черное даже когда умерла мама. А вот Анджеле черное идет,- с завистью добавила она.

– Как бы то ни было, вам придется надеть черное, чтобы вызвать сочувствие у присяжных. Однако не тревожьтесь - возможно, до этого дело не дойдет.

– Не дойдет?- В ее голосе не слышалось радости.

– У нас все еще нет доказательств против Бена.

– Вы не верите мне?

–

Лети, это не вопрос моей веры,- сказал Фицбраун.- Как вам известно, жизнь и свобода человека не зависят от чьих-либо слов. Сначала состоится рассмотрение дела, причем очень сложное, потом суд присяжных.- Он замолчал на секунду, пытаясь предугадать, как Алитея отреагирует на его следующие слова: - Вы согласитесь повторить свою историю в присутствии Бена?

– Конечно,- не задумываясь ответила она.

– Тогда поехали в Берген-хаус,- сказал доктор.- Только сначала хочу попросить вас еще раз провести меня по лабиринту. Вы не против? У меня есть план, но я не уверен, что смогу сам найти дорогу.

Они двинулись к лабиринту. Алитея была спокойна и безмятежна: ну что особенного, увидела гусеницу на капустном листе - так садовник по ее приказу уже убрал ее.

Она бодро вела Фицбрауна туда, где, по ее словам, бывший муж прикончил отца.

* 2 *

Они прошли мимо полицейского, охранявшего вход в лабиринт и углубились в коридор, созданный двумя рядами высоких тисов. Алитея уверенно шла вперед, изредка оборачиваясь и улыбкой подбадривая Фицбрауна.

– Первая часть - она заканчивается у скамьи - простая,- говорила она.Нужно всего лишь идти самой очевидной дорогой.

– Что вы подразумеваете под "очевидной дорогой"?

– Поворачивать направо, естественно,- ответила она.- Все так делают, потому что центр справа, и каждый поворот направо приближает к нему. Тот, кто строил лабиринт, рассчитывал именно на это, когда проектировал вторую часть.

Они миновали несколько скамеек, прежде чем дошли до так называемой срединной.

Алитея села и жестом пригласила сесть доктора.

– Это обязательно - задержаться здесь,- сообщила она.- Нужно запастись силами для того, что вам предстоит.

Фицбраун внимательно рассматривал деревья напротив.

– Именно здесь порвалась нитка Бена,- сказал он.- Когда мы были здесь в прошлый раз, то нашли обрывок.

– Кто "мы"? Ах да, конечно, вы и суперинтендант. И что вы с ней сделали?- встрепенулась Алитея.

– Маллет подобрал ее и, как положено, убрал в коробку.

– Значит, вы уже тогда начали подозревать Бена?

– Вовсе нет,- возразил Фицбраун.- Мы узнали, что это его нитка, только когда я разговаривал с его женой. Ваша сестра Анджела сказала, что это шерстяная нить и что у Сары нитки похожего цвета. В тот момент мы еще не знали про игру в Минотавра. А позже, во время нашей беседы, Сара сама рассказала мне о клубке, я даже не спрашивал ее.

– Она не могла поступить иначе, верно?- проговорила Алитея.- Вы не могли не заметить, что она вяжет из шерсти того же цвета, что и нить Бена,даже слепой увидел бы.

Ей пришлось быть честной в том, что очевидно. Это один из лучших способов защиты. Им пользуются все женщины. Разве вы не знали?

– Она действительно защищалась,- с сомнением сказал Фицбраун.Бедняжка!

– Почему вы так считаете?

– Потому что она решила, будто я атакую.

– А вы атаковали?

– Я просто собирал информацию.

– Вы? Зачем? Ведь вы не следователь - не настоящий, во всяком случае.

– Я всегда по возможности помогаю Маллету. Мы давние друзья, почти напарники.

– Вы и сейчас ему помогаете?

– Надеюсь, что да.

– Собираете информацию?- Алитея похлопала ладонью по скамье рядом с собой.- Садитесь.

– А не двинуться ли нам в путь?- предложил Фицбраун.

– Предупреждаю,- нахмурившись, проговорила она,- вторая часть сложнее и длиннее.

– Как такое может быть? Ведь они одинаковой длины. Я сам измерил по плану.- Доктор вытащил из кармана отданную ему копию плана лабиринта.

– О, да выбросите эту чепуху! Она вам не поможет. Вторая часть длиннее, потому что приходится возвращаться, даже когда знаешь дорогу. Если человек идет без проводника, ему никогда не выбраться самому, только случайно. Здесь можно бродить до изнеможения. Пошли.

Алитея протянула ему руку. Фицбраун на мгновение задержал ее в своей руке и выпустил.

* 3 *

Фицбраун полностью утратил способность ориентироваться. Как и в предыдущий раз, он перестал считать повороты и слепо следовал за Алитеей. Центр лабиринта находился где-то справа от них, но они часто поворачивали налево и ни разу не пошли в том направлении, которое казалось само собой разумеющимся. Алитея шла вперед уверенно и без колебаний. Она не совершила ни одной ошибки.

Когда дорожка сузилась, а вершины деревьев сомкнулись над головой, у Фицбрауна снова возникло нечто вроде клаустрофобии. Последние три поворота они преодолели очень быстро, и доктор понял, что без проводника он обязательно заблудился бы на этом участке несмотря на то, что хорошо помнил четкие указания Анджелы. Прежде чем он успел их повторить - "второй направо, первый налево, третий направо",- они уже были в центре лабиринта.

* 4 *

– Ну вот, дорогой, мы пришли,- объявила Алитея.- И что мы будем делать?- У нее был скучающий вид.

Фицбраун обошел площадку, оглядел четыре колонны по углам и колонну под солнечными часами. Надпись была обычной: "Я считаю только солнечные часы".

– Сомневаюсь, что здесь можно насчитать много солнечных часов,- заметил он, когда Алитея приблизилась к нему.- Чтобы сюда проник свет, солнце должно быть прямо над головой.

Алитея мелодично рассмеялась:

– Помню, когда я впервые привела сюда Бена, он сказал, что там, где я, все часы солнечные. Бедный Бен! Он повторял это каждый раз, когда мы приходили сюда.- Вдруг она резко добавила: - Нужно прислать сюда садов пика, чтобы он прибрался! Это отвратительно! Взгляните на траву!