Шрифт:
Пролог
Репутация известного эрудита всегда помогала ученику седьмого класса Роману Денщикову правильно оценивать происходящие события, не опираясь на мнение окружающих. Лавровый венок признанного гуманитария не пытались оспаривать у него даже матёрые отличники класса. Любой из них понимал тщетность этой затеи, ведь Ромкина любознательность не знала пределов. Исключение составлял лишь один школьный предмет, который ему не нравился, – алгебра. Это было единственное дерево в саду науки,
Кое-что о крепкой мужской дружбе
Конец апреля в Западной Сибири – самый разгар весны. Не обошла она стороной и одно из многочисленных сёл близ западной границы Омской области. Полторы сотни дворов замысловатой линией вытянулись вдоль недалёкой лесной опушки. С другой стороны поблёскивали зеркала двух озёр, которые в половодье приближались почти к околице.
Природа набиралась жизненных сил. Днём по-летнему жарко припекало, а ночи бывали такими, что зуб на зуб не попадал. Просохли сельские улицы. Луга начинали щетиниться молодой травкой, которая, пробиваясь сквозь пожухлую, прошлогоднюю, придавала им неповторимый оттенок. Деревья покачивали ветвями с набухшими почками, источающими такой аромат, что начинала кружиться голова. Основными саженцами в сельских палисадниках были бузина, акация и яблоня-дичка. Тополь, сирень и берёзка попадались редко и считались чудачеством.
Из школы два закадычных друга, Роман Денщиков и Вася Сидоров, как всегда, возвращались вместе. Они часто так делали, когда совпадало количество уроков. На этот раз, кроме обычного портфеля, Ромка заметил в руках друга стопку книг, перехваченных шпагатом. В отличие от читавшего всё подряд Романа, Вася относился к чтению избирательно.
– Что, опять «ЖЗЛ» нахапал?! – глаза Ромки блеснули, как у кота, почуявшего мышь.
– На, посмотри. – Василий передал стопку другу. – Похоже, художественную литературу я отчитал.
Ромка поднял связку до уровня глаз. «Алгебра»… «Геометрия»… «Литература» и «Русский язык» – одни учебники с 5-го по 8-й классы.
– Пора начинать подготовку к выпускным экзаменам, – пояснил Вася, заметив безмолвный и удивлённый взгляд младшего товарища.
– А оно тебе надо? – фыркнул Ромка. – По-моему, ты любой экзамен сдашь без подготовки, прямо сейчас. Ты же лучший ученик класса! Твоя фотография на школьной Доске почёта висит!
– Висеть-то висит, но всё не так просто. Одно дело – текущий учебный процесс, и другое – выпускные экзамены, то есть подведение итогов за время обучения в целом. Это гораздо серьёзнее! Сегодня вот на классном часе мы целую лекцию прослушали и получили экзаменационные билеты по всем предметам.
– Потом что, десятилетку будешь оканчивать? – Ромка небрежно помахал упаковкой книг.
– Нет. – Василий забрал её у друга. – Думаю в Ишим, в ремеслуху податься. Либо в сельское на автослесаря. Или в железнодорожное,
– Программа максимум! – хохотнул Ромка.
– Но это потом, а сначала нужно эту кучу разгрести. – Василий снова махнул своей поклажей. – Так что, Ромашкин, придётся тебе со мной расстаться. Может, на пока, а может быть, и надолго. Прибивайся к другой компании или ищи нового друга!
Ромка в раздумье опустил голову, голос его зазвучал печально:
– Легко сказать… Вот так мы и теряем лучших и верных товарищей.
– Дружба – вещь взаимовыгодная, поэтому всегда найдётся кто-то рядом. – Василий был старше почти на полтора года, и это позволяло ему говорить снисходительно. – Бескорыстная дружба мужская бывает только в песне.
– А мы с тобой?! – Ромка завёлся с пол-оборота. – Сколько себя помню, столько ты рядом со мной. По-настоящему мы сдружились, когда я в первый класс пошёл. Ты ведь тогда мне свои учебники подарил!
– Корыстный оттенок можно найти всегда и везде, – ухмыльнулся Вася. – Учебники я тебе подарил, чтобы не сдавать их безвозмездно в школьную библиотеку. Ты год проучился и чистенькими отдал их моей младшей сестрёнке Танюшке. А она с ними в школу пошла.
– Ты же меня в шахматы научил играть! – подхватил правила игры Ромка.
– Мне партнёр нужен был, – ответил Василий.
– Кроссвордоманией заразил! – не унимался друг.
– Чтобы подсказки от тебя получать, когда сам справиться не в силах.
– Но у меня быстрее получается, потому что я решаю вразброс – знаю или не знаю. А ты упрёшься в цифровой порядок и пыхтишь! – попытался сгладить остроту ситуации Рома.
– У тебя лучше развито чувство опасности и меры. Я один раз без тебя в баню пошёл – и так напарился, что еле откачали, – воздал ему должное старший.
– Ты выиграл! – оставил за собой последнее слово Роман. – Ещё книги нас с тобой объединяют, только находит один, а читают оба. На гармошке твоей я лишь «Коробейников» да «Во саду ли, в огороде…» освоить успел.
– Да, с музыкой у тебя явные нелады. – Василий свернул на дорожку, ведущую к его дому. – По-моему, медведь тебе на ухо не только наступил, но ещё и потоптался!
– И всё равно я всё самое интересное от тебя перенял, – печаль в голосе Ромки продолжала сгущаться. – И вот… расставаться…
– Да не переживай ты так! – ободрил его Вася. – Пару дней с тобой побуду. Ну давай, до вечера!
И друзья расстались.
О «Кентавре»
Второй Магистр готовился к приёму соратников на личной территории. В его распоряжении была собственная комната, в которую, по сути, никто не заходил: братья-погодки служили в армии, а мама целыми днями пропадала на работе и появлялась здесь только для генеральной уборки. Право поддерживать повседневный порядок в своих владениях Второй Магистр оставил за собой. Вот и сейчас он подмёл пол и выдвинул на середину комнаты круглый стол. Книги, лежавшие на нём, убрал в шкаф.
– И всё в порядке! – заключил он, окинув убранство придирчивым мужским взглядом.