Квартира 302
Шрифт:
Предисловие
Произведение создано по мотивам видеоигры Silent Hill 4: The Room. Silent Hill © является зарегистрированной торговой маркой компании Konami Computer Entertainment Tokyo, Inc. Прежде чем вы приступите к чтению, я хочу выразить здесь благодарность тем людям, которые помогали мне создавать это произведение. Начну список, разумеется, с SilentPyramid, чей всеобъёмлющий труд по анализу вселенной серии Silent Hill был во время написания романа главной звездой, указующей мне путь. Кроме того, я глубоко признателен Ashigaru и Istergul – посетителям форума Hometown.Ru, за
Часть первая
ЗАПЕРТАЯ КВАРТИРА
Глава 1
1
Несмотря на всю свою мерзость, ночные кошмары имеют хорошее свойство, за которое им можно простить если не всё, то многое: они проходят. Достаточно только открыть глаза и убедиться, что ты по-прежнему в стенах своего дома, нежишься на тёплой постели.
Хуже, если кошмар повторяется. Не каждый человек способен выдержать изощрённую пытку в виде ужасного действа, переживаемого заново каждую ночь. Но даже если так… лазейка всегда есть. Тонкая трещина, разграничивающая сон и явь. Переступая через неё, ты всегда выходишь победителем.
Но что, если кошмар не хочет заканчиваться, когда ты размыкаешь веки?
Что делать, если та самая граница между кошмаром и действительностью исчезает, оставляя лишь зыбучую болотную топь, где, раз оступившись, рискуешь провалиться в бездонную тину и никогда не вернуться к солнечному свету?
Человек не создан для такого существования. Его разум не способен долго держаться на плаву, играя по таким правилам. И его счастье, что подобного быть не может. Никогда. Ни при каких условиях.
Но…
Никогда не говори «никогда».
Генри Таунсенду крупно не повезло.
2
Первое, что он увидел, открыв воспалённые глаза – лопасти вентилятора, вращающиеся на потолке. Прохладный воздух спиралью спускался вниз, щекоча разгорячённое лицо. Человек шевельнулся на кровати и понял, что ещё жив – хотя бы потому, что всё тело ныло и ломало.
Жив. Это радовало.
Он сел на кровати, обхватил голову руками. Тошнота подкатывала к горлу, как морской прилив. Болела голова. Желудок скрутило так, что казалось – там, внутри, костёр из сухих поленьев.
Но все эти ужасы затмевала до отвращения чёткая картина сновидения – заляпанные кровью и ржавчиной стены, телевизор, транслирующий пустой белый эфир, и…
… и жуткое, исходящее могильными червями подобие человека, силящееся выползти из стены.
Это
– Господи, что за сон… – простонал человек. Голос был отравлен желчью. Теперь он в полную силу ощутил, насколько разбит, и обессиленно упал обратно на постель. Рано вставать, если он не хочет околеть на месте. В конце концов, ему некуда спешить.
Бесконечное вращение лопастей завораживало. Его глаза затуманились. Человек сам не заметил, как уснул. И в кои-то веки ему ничего не снилось.
3
Когда Генри пришёл в себя второй раз, было уже не утро. И даже не день – тени на рабочем столе лежали так, как обычно бывало часа в три-четыре пополудни. Сейчас он чувствовал себя гораздо лучше.
Генри встал с кровати, ожидая, что организм вот-вот закатит очередную истерику. К счастью, опасения оказались напрасными – если не считать ощущения, будто голова набита хлорной ватой.
Он надел брюки, брошенные на спинку стула, потом принялся за рубашку. Светло-голубая ткань смялась и кое-где потемнела. Надо бы постирать да погладить, рассеянно подумал Генри, отлично зная, что не сделает этого ни сегодня, ни завтра. У него хватало проблем, и грязная рубашка была последним делом, о котором стоило беспокоиться.
Облачившись, он почувствовал себя человеком. Одежда лучше, чем что-то иное, дало вспомнить: он есть Генри Таунсенд, двадцать восемь лет, исправный налогоплательщик и полноправный гражданин Соединённых Штатов. Не безымянное, безрукое-безногое существо, которое утром пялилось на вентилятор. Генри застегнул последнюю пуговицу на рукаве. Мир стал немного правильнее.
Но только немного.
Он посмотрел на телефон. В последний раз, когда вчера вечером он проверял его, аппарат не работал. В мембране была лишь звенящая тишина. Никаких предпосылок, что сегодня в трубке будет жизнерадостный гудок, не было – но Генри всё же в благоговейном трепете поднял рычаг. Пусто. Как и следовало ожидать.
Бросив трубку с плохо скрываемым раздражением, Генри направился к выходу из спальни. Но внезапная трель заставила его замереть. Телефон зазвонил… Секунду назад он не работал, ну а теперь решил подать голос.
Что за?..
Он обернулся очень медленно, с ощущением, что меж лопаток упёрли ствол пистолета. Телефон по-прежнему восседал на тумбочке у изголовья кровати – белый, пластмассовый, совершенно безобидный. Почувствовав взгляд хозяина на себе, он опять заверещал.
Сделав над собой усилие, Генри поднял трубку опять. На этот раз динамик не молчал: что-то беспрерывно скрежетало, хрустело, хрипело и визжало. У Генри немедленно заложило ухо.
– Алло? – громко спросил он, стараясь перекричать шум помех.
Здравствуйте, мистер Таунсенд. Вас беспокоят с телефонной станции. На вашей линии были небольшие неполадки, но теперь все проблемы устранены, и…
Чушь собачья. Это было бы даже не смешно.
– Помоги… мне… – прохрипела трубка искажённым женским голосом. – Скорее…
Генри моргнул:
– Алло?..
– … спас…
И снова вакуум, веющий космическим холодом. Будто остро отточенное лезвие ножа перерезало тонкую нить. Трубка в ладони налилась тяжестью олова. Генри постучал по корпусу аппарата, наугад нажал несколько кнопок. Голос не вернулся.